Страница 82 из 197
Шио сообщил о том, что приключилось с Тихоном.
Дарбази поручил Шио передать киевскому князю и
половецкому хану завещание Тихона и повести перегово¬
ры с ними о заключении союза против общего врага. Шио
снабдили соответствующими посланиями от грузинского
царя.
Совет утвердился во мнении, что поход на Грузию и
дальнейшее продвижение на север через Дарубандские
ворота монголы отложат до весны.
Но монгольские военачальники двинули на Грузию
войска внезапно, в зимнюю стужу и бездорожье.
Георгий Лаша получил предупреждение от монголов:
«Извещаем царя Грузии, его эмиров и подданных, что
весь земной простор, от восхода солнца до заката, самим
319
небом отдан нам. Всякий, кто покорится нам, спасет себя
от гибели и отведет смерть от жен и детей своих и близких
своих. Всякий, кто не покорится, окажет нам сопротивле¬
ние, погубит себя, обречет на верную смерть весь род свой.
Если вы покоритесь и окажете подобающие почести нам,
мы не нанесем вам вреда, милостиво пощадим и воздадим
вам по заслугам. Однако, если вы посмеете ослушаться и
понадеетесь на силу свою, на недоступность ваших кре¬
постей и численность войск ваших, все это будет тщетным,
мы растопчем вашу спесь, повергнем ниц и сотрем с лица
земли вашу страну».
Мысль о сдаче без боя на милость вероломного и беспо¬
щадного врага никому не пришла в голову. Рассчитывать
на помощь соседей не приходилось, и было решено высту¬
пить против монгольских орд с имеющимся шестидесяти¬
тысячным войском.
Рассказ Шио Кацитаисдзе на тайном заседании дар¬
бази просочился в народ и породил самые различные
толки.
—
Бывший царский телохранитель, одноглазый Лу¬
хуми, оказывается, жив. Он бежал из Грузии, сделался
монгольским военачальником и теперь ведет на Грузию
вражеские войска, чтобы отомстить царю,— рассказыва¬
ли друг другу воины.
Военачальники старались опровергнуть этот слух, го¬
ворили, что Лухуми давно умер. Но набранные в войско
крестьяне не хотели верить им и стояли па своем.
Монголы находились на расстоянии однодневного пере¬
хода от грузинского войска, раскинувшего стан в долине
Куры. Наутро предстояло большое сражение, и воинам
11 Гр. Абашидзе
321
надо было как следует отдохнуть, чтобы встретить врага
во всеоружии.
Царь поужинал и рано ушел спать в свой шатер.
Светало... Небо заволокло рваными черно-багровыми
тучами.
Военачальники уже поднялись. Грузинский стан про¬
сыпался, слышались звуки труб и барабанов. Шли по¬
следние приготовления к сражению.
Военачальники пригласили царя иа сторожевую баш¬
ню посмотреть на вражеский лагерь.
Над Хунанской долиной поднимался бледный рассвет.
Бескрайнее заснеженное поле, словно саранчой, было по¬
крыто монгольским войском. Между Гачиани и Бердуджи
до самого горизонта двигались бесчисленные черные те¬
ни; кое-где еще дымили затухавшие костры.
Тишина нависла над безбрежным, словно море, вра¬
жеским станом.
Долго смотрели царь и военачальники на монгольские
войска, сохраняя мрачное молчание.
—
Много их,— вздохнул царь.
—
Их больше, чем песчинок в море и звезд на небе,-^
подтвердил Мхаргрдзели.
Царь вернулся в крепость и созвал военный совет.
На совете все в один голос отметили, что враг много¬
числен и силен.
Иванэ Мхаргрдзели, Варам Гагели и эристави эретский
были за то, чтобы немедленно начать наступление. Они
гозорили, что грузинские войска находятся в лучшем
положении, и советовали не давать передышку врагу, из¬
нуренному долгим переходом.
Царь слушал внимательно.
Военачальники Западной Грузии молчали, ничем не
выдавая своих мыслей.
Царь окинул взглядом собравшихся.
—
Кто еще желает высказать свое мнение и подать
совет? — спросил он.
С места медленно поднялся Ахалцихели. Он низко
поклонился царю и вельможам и заговорил спокойно
и размеренно:
—
Царь и князья, могущественные и победоносные, не
раз повергавшие врагов отечества! Вы все слышали о том,
322
сколь умелы татары в сражении на равнине, ибо степь —
их родина. Они искусны и проворны, когда сражаются в
долине. Но в нашей стране много теснин и ущелий, и мон¬
гольские всадники окажутся бессильными против грузин¬
ского строя, ибо они непривычны к бою среди ущелий
и скал. Сейчас нам пришлось бы сражаться на равнине,
к тому же покрытой снегом. Монгольские кони не подко¬
ваны и им будет легко, а наши подкованные кони будут
скользить и утопать в снегу. Я советую не вступать в бой
на равнине, где у врага будет несомненное преимущество
над нами, а отойти в горы, там-то мы им дадим сражение!
—
Как можно отступать теперь! — возмущенно пре¬
рвал Шалву Барам Гагели.— Отступать, когда родину на¬
шу топчет враг, разоряет наши владения, истребляет
людей!
—
Не посоветует ли нам Ахалцихели покинуть и Тби¬
лиси и скрыться в горах!..— язвительно проговорил
Иванэ Мхаргрдзели.
—
Если у царя и вельмож не болит сердце за разоре¬
ние. и порабощение нашей отчизны и наших владений,
мы одни готовы сразиться с врагом. Если мы не обратим
монголов в бегство, то и жизнь наша нам не нужна! —
крикнул эристави эретский.
Царь понял, что продолжение спора грозит раско¬
лом.
Бедствия от монгольского нашествия терпели пока что
только три окраинные области Грузии — Гаги, Сомхити
и Эрети. Вот почему таким гневом звучали слова эретского
эристави. Владетели этих трех областей были единодуш¬
ны на совете.
Разумом царь склонялся к доводам и советам Ахалци¬
хели. В другое время, при спокойном обсуждении, пре¬
имущество его плана было бы очевидным для всех.
Но теперь, когда каждый князь считал, что судьба Гру¬
зии зависит прежде всего от судьбы его собственных
Ьладений, спокойно посовещаться, чтобы выбрать луч¬
ший с военной точки зрения план, было невозможно.
Важнейшим условием победы царь считал сохранение
единства среди самих грузин. Отступление, хотя и на
более выгодные позиции, могло вызвать гибельный
раскол.
Бледный от ярости Ахалцихели продолжал стоять на
своем.
11*
323
Рубец на щеке его подергивался. Ои ждал, когда
вельможи успокоятся, чтобы закончить сбою речь.
—
Легко говорить Ахалцихели, его владения, Тори
и Ахалцихе, далеко отсюда! — злобно проговорил Мхар¬
грдзели.
Эти слова были последней каплей, переполнившей
чашу терпения Шалвы.
—
Не желание уйти от боя и не страх заставляют
меня предлагать это! — воскликнул он.— Просто я ду¬
маю, что так будет лучше для всего царства. Но если вас
не убеждают мои речи и вы не хотите меня слушать,
пусть будет по-вашему.
Георгий и умом и сердцем был на стороне незаслу¬
женно оскорбляемого Ахалцихели, но не мог вступиться
за него, ибо только подлил бы этим масла в огонь. Пока
никто из военачальников не вздумал примкнуть к плану
Ахалцихели, царь сам разрешил спор.
—
Ия считаю, что следует дать сражение в этой доли¬
не. Облачимся в доспехи и с помощью божьей и под защи¬
той святого креста рассеем врагов.
Был принят план сражения, предложенный Иванэ
Мхаргрдзели.
Левым крылом командовал он сам, правым — Варам