Страница 80 из 197
—
Бывал, и не однажды! — ответил Кацитаисдзе.
—
Мы не тронем страну грузин. Мы только пройдем
через нее в кипчакские,степи, а оттуда пойдем обратно к
повелителю мира — Чингисхану. Мы такие же христиане,
как и вы. Мы боремся с мусульманами. Мы возвратим тебе
все товары, не только твои, но и русских купцов и награ¬
дим тебя вдобавок, если...
Субудай не спускал пронизывающего взгляда с плен¬
ника.
В ушах Шио звучали последние слова Тихона: «Беги
отсюда, Шио...» Он подавил нахлынувшую ярость. Лишь
бы выполнить завет погибшего друга, лишь бы уйти жи¬
вым, а там он знает, что делать!
Спустя некоторое время Шио сидел на кошме рядом с
Субудаем и угощался адарбадаганским вином. Он дал со¬
гласие провести монголов через Дарубандские ворота и
оказать им всяческое содействие, за что Субудай самолич¬
но пожаловал его золотой пайцзой.
311
После обильного ужина Шио проводили в отведенную
для него юрту.
Шио проснулся от шума. Он открыл глаза и увидел в
юрте Хамадавла. Его общество не очень-то обрадовало
Шио, но он не подал виду и спросил перса, что это за шум.
Хамадавл охотно рассказал ему, что ночью умер Кадан-
багатур: перед смертью он сказал, будто накануне вече¬
ром в монастыре старик настоятель чем-то угощал его и,
вероятно, подсыпал в пищу яду. За настоятелем послали
нукеров. Старик говорит, что ои принял монгольских вои¬
нов как гостей, зажарил для них барана и угостил вином.
Он клялся и божился, отрицая обвинение. Он сказал, что
церковь не позволяет своим служителям совершать такие
злодеяния.
—
Монголы не знают меры в еде. Кадан умер от об¬
жорства,— добавил Хамадавл.— Зря пытают старика...—
закончил он, выглядывая из юрты.
На площади, посреди монгольского стана, нукеры вби¬
ли четыре столба. Весь тумен собрался к месту казни.
На площадь вывели связанного настоятеля.
Джебе и Субудай восседали на возвышении.
Старик тихо молился перед казнью. В это время раз¬
дались громкие крики, и на площадь выгнали пленных мо¬
нахинь. С них сорвали одежды. Старик настоятель не мог
глядеть, как бесчестят его питомиц. Возведя глаза к небу,
побелевшими губами он шептал молитву. Но стоявший ря¬
дом с ним воин-монгол грубо дернул его за бороду и за¬
ставил глядеть на несчастных девушек. Стоны и крики
ужаса сливались с одобрительными возгласами монголов.
Когда монахинь уволокли с площади, старика привя¬
зали за руки и за ноги к столбам и развели под ним кос¬
тер.
Шио не мог выдержать зрелища всех этих ужасов. Оп
едва не потерял сознание.
Такие люди, думал он, действительно могли жечь и
затоплять мирные города, могли душить женщин и бро¬
сать в огонь детей, на конях взбираться по грудам чело¬
веческих тел.
Шио и раньше слышал рассказы о страшных злодея¬
ниях монголов, но то, что он увидел сейчас, превзошло все
слышанное им.
«Если они минуют Кавказский хребет, трудно будет
удержать их... Страшные беды несут они нашим наро¬
312
дам...— говорил Тихон перед смертью.— Беги от них,,,
Передай своему царю и киевскому князю...» — звучал в
ушах Кацитаисдзе голос умирающего Тихона.
Шио огляделся: вокруг не было ни души. Все устре¬
мились на площадь. Даже Хамадавл покинул его.
Шио вышел из юрты и направился, не привлекая ни¬
чьего внимания, к южному краю лагеря. Встречные ну¬
керы, видя его золотую пайцзу, почтительно уступали ему
дорогу. А он шел все дальше и дальше, ускоряя шаг.
Миновав крайнюю юрту, он вышел в поле, где стояли
повозки. К одной из них был привязан низкорослый креп¬
коногий монгольский конь. Не раздумывая, Шио вскочил
на неподкованного скакуна и во весь дух помчался на юг.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ
Если переведутся крестьяне,
Грузия лишится силы.
Арчил
Еще безжалостнее стал мстить своим обидчикам Миг¬
риаули после смерти Лилэ. Никого и ничего не осталось
у него теперь на этом свете. Единственным, ради чего
стоило еще жить, было мщение за поруганное достоин¬
ство. Лухуми беспощадно расправлялся с угнетателями
простых людей и этим словно умерял свое горе.
Царский двор решил во что бы то ни стало уничтожить
дружину Мигриаули — нельзя было и думать о далеком
походе, когда в тылу пылал огонь крестьянских восстаний.
Эгарслаиу Бакурцихели с большим войском поручили
стереть с лица земли стаи мятежников и не щадить иикого.
Бакурцихели действовал осмотрительно. Сначала он
установил через своих лазутчиков точное местонахожде¬
ние лагеря Мигриаули. Ночью он выступил тайно с боль¬
шими силами и окружил его.
Мятежники узнали об опасности слишком поздно. По¬
началу они решили не вступать в бой с царским отрядом
и уйти подальше в горы. Однако Эгарслан предусмотрел
и это. Он отрезал им пути к отступлению, заранее заняв
все проходы в горах.
У осажденных были запасы продовольствия. Они
укрепили стан и решили держаться до последнего.
Бакурцихели не спешил: он приготовился к длитель¬
ной осаде.
Прошел месяц, съестные припасы у осажденных стали
иссякать. Начался голод.
Наиболее малодушные и те, кто присоединился к дру¬
жине ради грабежа, стали поговаривать о сдаче.
С такими Мигриаули сурово расправлялся, хотя и сам
не мог не видеть приближения конца.
314
По совету Чалхии он послал к Эгарслану людей на пе¬
реговоры, Он просил выпустить его с дружиной за преде¬
лы Грузии.
Бакурцихели не принял этих условий. Он ответил, что
дает разбойникам еще неделю для полной сдачи. В про¬
тивном случае он грозил пойти на приступ.
По настоянию друзей Мигриаули опять послал к Эгар¬
слану людей с просьбой передать, что разбойники соглас¬
ны сдаться только самому царю или Шалве Ахалцихели.
Эгарслан передал эту просьбу в Тбилиси и стал ждать
ответа.
Визири убеждали Георгия, что он не должен вмеши¬
ваться в эти переговоры. Не пристало, дескать, царю го¬
ворить с разбойниками.
Но Шалва Ахалцихели выражал готовность встре¬
титься с главой восставших.
—
Нам предстоит далекий и трудный поход,— говорил
он,— Мигриаули пользуется поддержкой народа. Если
установить мир с мятежниками, это вернет доверие кресть¬
ян к царю. К тому же в отряде Мигриаули много метких
стрелков, и, вместо того чтобы избивать их, лучше исполь¬
зовать их против врага.
После недолгого колебания царь согласился с доводами
Ахалцихели и направил его к Эгарслану.
Между тем прошла неделя, и осажденные потеряли
надежду на возможность мирной сдачи, ибо никаких вес¬
тей от царя не приходило. Лухуми пришел к заключению,
что часть разбойников может спастись, если другая часть,
более многочисленная, проложит им путь сквозь вражес¬
кое кольцо, вступив в схватку с царскими воинами. Он
отобрал наиболее молодых и крепких дружинников и под¬
готовил их к вылазке под началом Карумы Наскидашвили.
Поздно ночью осажденные неожиданно напали на про¬
тивника. Отряд Карумы прорвался после жестокой схват¬
ки, цепь осаждающих снова сомкнулась вокруг оставших¬
ся в стане мятежников.
Мигриаули повернул коня и бросился прямо на Эгар¬
слана. Он уже занес над ним меч, но в этот момент в спину
ему вонзилась стрела. Лухуми свалился с коня.
Один из разбойников кинулся к вожаку в надежде, что
тот еще жив, взвалил его на плечи и понес. Но и его на¬
стигла стрела, и он рухнул вместе со своей ношей.
Когда Ахалцихели и Торелн прибыли в стан Мигриау-
315
ли, все было уже кончено. Большинство мятежников было