Страница 78 из 197
своими правителями города, всякое сопротивление со сто¬
роны населения было обречено на неудачу, ибо сплочен¬
ной силе монголов могла противостоять только такая же
сила.
Объединенных усилий, единой воли, единого плана
обороны не было.
Шах Мухаммед бежал. Он узнал о падении Бухары
и Самарканда лишь при переправе через Джейхун. Немно¬
гие оставшиеся ему верными приближенные сообщили,
что его вельможи состоят в тайном сговоре против него
и готовят покушение на его жизнь. Той же ночью Му¬
хаммед покинул свой шатер и ночевал в другом. А наутро
оставленный шатер оказался изрешеченным бесчислен¬
ными стрелами.
Отступая в глубь страны, не доверяя даже своим совет¬
никам и приближенным, шах Мухаммед нигде не задер¬
живался и двигался все дальше и дальше, сея на своем
пути страх и тревогу.
Для преследования шаха Чингисхан отрядил двух
военачальников — Джебе-ноиона и Субудай-багатура, по¬
ставив каждого во главе одного тумена — десяти тысяч
воинов.
—
Если увидите, что вам его не одолеть,— приказал
хан,— немедленно шлите гонцов за помощью; если силы
его окажутся малыми, нападайте не мешкая! Мы слыхали,
что шах, объятый страхом, бежит от нас и не способен
отразить удар. Не возвращайтесь назад без Мухаммеда.
Если он укроется в неприступных горах или исчезнет как
бесплотный дух и станет невидимым глазу, ураганом во¬
рвитесь в его страну и развейте ее в прах.
Джебе и Субудай — верные псы Чингисхана — зани¬
мали города и крепости, преследуя шаха по пятам, не
давая ему передышки. Иной раз у спутников шаха не
было времени даже развести огонь и сварить для него
горячую пищу.
Шах в отчаянии бросался из стороны в сторону, на¬
правлялся то к Багдаду, то к Гиляну, но монголы насти¬
304
гали- его, и снова он мчался от них, едва живой от страха,
все дальше и дальше.
Наконец он добрался до Мазандерана. Мазандеранскив
правители предложили ему укрыться на одном нз остро¬
вов в Хвалынском море. Мухаммед послушался и пере¬
брался на остров.
У берегов Хвалынского моря монголы потеряли след
шаха. Но зато они напали на след его гарема. Свернули
в сторону, захватили жен Мухаммеда, его золото и драго¬
ценности и отправили все это Чингисхану.
Этот удар доконал обезумевшего хорезмшаха.
Правителей соседних стран охватили растерянность
и отчаяние. Лазутчики Чингисхана распространяли слух,
будто сам бог послал Чингисхана покарать весь мир, что
монголы выполняют волю господшо, поэтому всякое со¬
противление им бессмысленно и обречено иа неудачу.
Трепещущие перед неодолимой силой монголов вла¬
стители мусульманского мира покорно • ждали вторжения,
чтобы сдаться им без сопротивления.
Рассказ послов, вернувшихся из Хорезма, еще больше
укрепил веру грузин в то, что им удастся захватить
Багдад.
Грузины, двигавшиеся на Багдад, могли ие опасаться
мусульман.
Надо было выиграть время, осуществить задуманное,
пока восточные правители не -очнулись и не изменилась
выгодная обстановка.
Грузины спешили, усиленно готовились к походу. Они
вооружали свои войска и войска вассальных стран, гото¬
вили продовольствие. Трапезундская империя намерева¬
лась завоевать Иконийский султанат и Никейскую импе¬
рию, чтобы обезопасить с запада грузинский тыл от
враждебно настроенных Кей-Кавуса и Ласкаря... Эта по¬
следняя задача требовала большого напряжения сил, со¬
гласованных действий и осторожности, ибо будущие про¬
тивники Трапезунда были достаточно сильны.
Между тем монголы двигались к половецким и южно-
русским степям.
В Грузинское царство они стали засылать своих лазут¬
чиков и соглядатаев. Дороги заполнили толпы бродяг-дер-
вишей и христианских монахов. Они распространяли не¬
305
вероятные слухи о том, будто бы монголы сами христиане
и подняли карающий меч против неверных, что они хотят
освободить священные христианские земли от мусульман.
«И тогда Темучин собрал всех монголов,— говорили
они,— и сказал им: я пошел к горе, именуемой Балик, и
услышал слово божье. И сказал господь так: дарую я от¬
ныне весь мир Темучину и нарекаю его Чингисханом».
Другие рассказывали:
«И когда Чингис стал ханом, вступил в Хатайскую
землю и вошел в храм Христов, он увидел образ владыки
нашего Иисуса и преклонил колена перед ним и рек: вот
тот, кто явился мне на горе Хатайской. И возлюбил Чин¬
гисхан всем сердцем господа нашего, и всевышний бла¬
гословил его и посвятил в сокровенные замыслы свои.
И он все соблюдает в точности. Предводимый крестом,
выступил он против иноверных язычников на радость
всем христианам».
Грузины слышали, как беспощадно разоряют монголь¬
ские орды страны Востока, какое смятение царит во всем
мире ислама. Все это, казалось, подтверждало рассказы
странников.
Грузинские вельможи поверили в то, что монголы по¬
следователи Христа и забота грузин сводится лишь к тому,
чтобы как можно скорее подготовиться к дальнему похо¬
ду, чтобы монголы не опередили их в освобождении гроба
господня.
Караван русских и грузинских купцов двигался из
Адарбадагана в Грузию. С ними ехал и русский посол
Тихон.
Задержавшись на юге, он теперь, опасаясь, как бы
монгольские орды не нагнали караван, торопился добрать¬
ся до Грузии. Вместе с ним спешил на родину старейши¬
на грузинских купцов Шио Кацитаисдзе.
Караван подходил к грузинской границе. Погонщики
считали себя уже вне опасности, когда купцы заметили
передовой отряд монголов.
Монголы разоружили сопровождавшую караван охра¬
ну, связали всех и погнали к своему лагерю. При попытке
оказать сопротивление Тихон был ранен. Чтобы доставить
его живым, пришлось посадить на верблюда.
306
Когда русских и грузин везли по Аррану, их глазам
предстала необычная картина: все поле было покрыто
чем-то белым — не то булыжниками, не то огромными
грибами.
Эти грибы, или булыжники, росли, становились шире
и выше. И наконец стало ясно, что это бесчисленные юрты
монголов, крытые войлоком.
Десять юрт, расположенных по кругу, составляли одно
кольцо, или курень, в центре которого стояла белая вой¬
лочная палатка для старшего в курене — десятского.
Монгольский стан, построенный по куреням, делился
на два тумена — десятитысячных отряда. В середине каж¬
дого тумена выделялась юрта, в отличие от остальных бе¬
ленная известью. Над такой юртой возвышался белый вы¬
сокий столб, к которому были прикреплены буйволиные
рога и конские хвосты.
Юрты эти принадлежали предводителям туменов, про¬
славленным военачальникам Чингисхана — Джебе-нои-
ону и Субудай-багатуру.
В одной из них отдыхал, лежа на боку, Джебе. Из-за
плеча его выглядывала голова его любимой легавой Мер-
геиа.
Тонкая, словно у муравья, талия Джебе не соответ¬
ствовала чрезмерно широким плечам.
Как только собака видела, что ее хозяин укладывается
на кошму, она тут как тут — подползала под бок, устраи¬
валась поудобнее и, навострив уши, поглядывала кругом,
чтобы никто не смел нарушить покой ее повелителя.
Обнажая острые зубы, она угрожающе рычала на
пленниц, которых проводили перед Джебе.
Утром этого дня отряд Кадан-багатура совершил на¬
бег на монастырь в Гаги, на юге Грузии, разграбил его,
угнал скот и забрал в полон наиболее красивых монахинь.
Этих монахинь доставили Джебе и Субудаю вместе с