Страница 68 из 197
святой отец,— ответила Иринэ, приглашая Сабу пересту¬
пить порог.
Ту ночь отшельник провел в монастыре. Долго он бе¬
седовал с Иринэ, укрепляя ее для предстоящей борьбы
с царем земным.
Иринэ встретила Лилэ сдержанно. Она строго осмот¬
рела ее с ног до головы. Лилэ была красива, но Иринэ
все же подумала, что не так давно сама она не уступала
по красоте царской наложнице.
...Иринэ была дочерью небогатого азнаури.
Испытывая постоянную нужду, родители отдали свою
седьмую дочь в монастырь Шуамта.
В монастыре Иринэ стала взрослой девушкой. Редкая
ее красота вызывала зависть со стороны сестер во Хри¬
сте. Они поначалу держали ее в темной и сырой келье,
полуголодной. Но молодость и крепкое здоровье помогли
Иринэ выдержать все испытания, и ее красота станови¬
лась все ярче и заметнее. Посещавшие монастырь попе¬
чители и епископы осеняли себя крестным знамением при
виде «сатанинской прелести» монахини и, с трудом отве¬
дя от нее глаза, шепотом говорили настоятельнице, что
нужно зорче следить за тем, чтобы свято хранились из¬
вечные устои монастырского уклада. Давно вышла
за мрачные монастырские стены молва о красоте Иринэ,
и сластолюбивые эристави и азнаури часто посещали бо¬
гослужения, чтобы хоть издали поглядеть на красавицу.
Когда царь охотился в Эрети вместе с трапезундским
кесарем Алексеем Комнином, он заметил в женском хоре
прекрасную монахиню. Кахетинский эристави решил уго¬
дить царю и, на свой страх и риск, приказал слугам тайно
похитить ее. В тот же день исчезла Иринэ и еще одна кра¬
сивая монахиня, Теклэ.
Три дня и три ночи царь и трапезундский кесарь дер¬
жали в своих шатрах «Христовых невест».
264
Первую ночь, проведенную с Георгием, Иринэ про¬
плакала, но уже на следующий день она примирилась со
своим новым положением, значительно более привлека¬
тельным, чем суровая монастырская жизнь. А на третий
день, обманутая любовным неистовством Лаши, она
искренне поверила в силу его чувства и возмечтала стать
царицей Грузии. Несравненная красота ее и всем из¬
вестная слабость царя к женским прелестям, казалось,
давали основания для этих грез. Но, увы, самодержцы,
пресытившись ласками юных монахинь, отправили опо¬
зоренных послушниц обратно в монастырь.
Прощаясь с Иринэ, царь решил утешить ее дорогим
подарком. Так как под рукой ничего не оказалось, он снял
с себя золотой образок с изображением архангела, когда-
то принадлежавший Давиду Строителю. Этот образ спас
Давида от смерти. «...В Картли обороняли некую кре¬
пость, и царь отдыхал в шатре своем в одной тонкой со¬
рочке. И вот, в полдень, кто-то из врагов пустил стрелу
в царский шатер, и попала она в маленький золотой образ,
висевший иа груди Давида, и промысел божий отвел
смерть от него». После чудесного спасения Давида Стро¬
ителя образок стал реликвией грузинских царей и пере¬
ходил от государя к государю. Его-то и подарил Лаша
плачущей девушке, словно простую безделушку. В пер¬
вые горестные минуты подарок царя показался Иринэ
унизительным, но впоследствии, когда время притупило
остроту боли, а проведенные с Георгием ночи преврати¬
лись в самые сладкие воспоминания всей ее жизни, не¬
счастная монахиня полюбила образок — единственного
свидетеля ее кратковременного счастья.
Другая монахиня, Теклэ, не смогла перенести своего
позора и презрения, явно выказываемого ей в монастыре,
и повесилась.
Иринэ же поборола в своем сердце горечь обиды,
закалила себя в несчастье, привыкла к своему поло¬
жению и, лелея надежду когда-нибудь отомстить царю
земному, стремилась возвыситься перед владыкой небес¬
ным.
Скоро подвижничество Иринэ сделалось примером для
других. Она беспрерывно молилась, постилась, по всей
строгости выполняла монастырский устав.
Постоянная забота о спасении души и умерщвлении
плоти очень скоро сказалась и на ее внешности: тридца¬
265
тилетняя женщина ссутулилась, прекрасное лицо ее пре¬
ждевременно поблекло.
Благочестивые деяния матери Иринэ привлекли вни¬
мание отцов церкви.
Вскоре ее объявили настоятельницей монастыря всех
святых в Арагвском ущелье.
Иринэ вела долгую и упорную борьбу за умерщвление
своей греховной плоти и за спасение души исключительно
для того, чтобы, вознесясь над другими и опираясь на все¬
могущую церковь, встретиться лицом к лицу с царем Гру¬
зии, который безжалостно растоптал ее девичью честь,
унизил ее, а потом отвернулся от нее, пренебрег ее кра¬
сотой,— встретиться и безжалостно отомстить ему.
Сколько лет готовилась Иринэ к этому дню! Для это¬
го отказалась она от радостей мирских, от земного сча¬
стья. Ведь многие блестящие кахетинские дворяне, пле¬
ненные ее красотой, предлагали похитить ее из монасты¬
ря и вступить в брак, предлагали руку и сердце даже по¬
сле не оставшегося ни для кого тайной пребывания ее в
царском шатре. Но благочестивая подвижница отводила
от себя всякое искушение.
И когда отшельник Саба посвятил ее в свои намере¬
ния, настоятельница несказанно обрадовалась. То, что Са¬
ба остановил свой выбор на ней, Иринэ приписала божь¬
ему повелению.
Она долго молилась, чтобы бог укрепил ее в предсто¬
ящей борьбе и даровал ей победу над царем.
Утвердившись в духовной силе постом, молитвами
и ночным бдением, она стала готовиться к встрече с Геор¬
гием.
Когда монахиня увидела красоту Лилэ, ей стало жаль
своей загубленной молодости, заживо погребенной в мона¬
стырском мраке, безрадостно пролетевших лучших лет
жизни, и долго сдерживаемый вздох вырвался из ее груди.
Вероятно, царь, ослепленный своей любовыо, скоро
явится сюда, и Иринэ не хотелось предстать перед ним
некрасивой. Трудно вернуть былую прелесть, заставив¬
шую Лашу отличить ее когда-то из сотни монахинь. Но
глаза Иринэ по-прежнему сверкают под тонкими дугами
бровей, маленький рот ещё не потерял своих изящных
очертаний.
С того дня, как Иринэ переступила порог монастыря,
она ни разу не видела своего отражения* ни разу не по¬
266
смотрела на себя в зеркало. Белила и румяна никогда
не касались ее лица. И ей захотелось испытать теперь то,
чего она не смела сделать прежде. Игуменья тайком от
сестер во Христе нарядилась перед зеркалом в богатое
платье. И, глянув на свое отражение, она вспомнила о Ли¬
лэ. Как могла изнуренная годами лишений, постами и мо¬
литвами монахиня соперничать с юной красотой Лилэ?
Задержится ли хоть на миг взгляд царя, безумно влюблен¬
ного в свою прекрасную Лилэ, на изможденном лице игу¬
меньи!
Иринэ захотелось уничтожить красоту соперницы. Она
решила ускорить то, что должны были сделать время, го¬
ды страданий и умерщвления плоти. Надо было постричь
Лилэ в монахини прежде, чем царь нападет на ее след.
Она причастила возлюбленную царя, дала ей в руки
большую СБечу и приказала остричь ее под звуки молитв
и пения хора монахинь.
Крест-накрест прошлись ножницы по чудной головке
Лилэ, и черные кудри ее упали на холодный камень мо¬
настырского пола.
Долго сдерживаемые слезы покатились по щекам Ли¬
лэ, она безвольно опустилась на колени.
Было уже за полночь, когда сторожа прибежали бу¬
дить чутко спавшую настоятельницу.
Всадники с факелами в руках окружили монастырь
и громко стучали в ворота.
Иринэ перекрестилась, еще раз помолилась богу, что¬
бы он укрепил ее в ее решении, и, строгая и неумолимая,