Страница 40 из 66
— Так а это что, правда, что эта бандура не работает?
— Какая бандура?
— Ну эта, что нас сюда закинула?
— А с чего Вы взяли?
— Ну так слухи ходят по пароходу…
— А Вы меньше слухам верьте, Валерий Игоревич! У Вас все? А то, мне некогда!
— Нет, не все. Владимир Евгеньевич, так может и я на что сгожусь? Ведь я тоже стрелять умею.
— Ну?! Интересно! Хорошо, предоставим Вам такую возможность. При следующем абордаже включим Вас в абордажную партию! А пока помогите в трюме ценности закрепить, если хотите помочь. А то, ведь шторм надвигается!
— Да, да, конечно! Спасибо!
Когда визитер ушел, Березин покачал головой, а Карпов, наблюдавший за этой сценой и с трудом сдерживавшийся, расхохотался.
— Вот же навязалось чудо на мою голову… Одно хорошо, что хотя бы вреда от него нет. Стрелять он умеет… Андрей Михайлович, включите его в абордажную команду. Пусть постреляет. Может, хоть тогда дурь выветрится…
— Так ему же оружие давать страшно. Еще своих перестреляет.
— А Вы его впереди всех пустите. Может быть, даже по испанцу какому попадет. Или, испанец по нему…
Карпов улыбнулся, поняв намек. Что делать, господин Немчинов уже давно исчерпал свою полезность. И стал носителем очень многих неприятных секретов. А если есть возможность эту неприятность устранить, соблюдая все приличия, то почему бы и нет?
Выгрузка галеона неожиданно затянулась, так как золота было много. Действительно много. С палубы неслись шутки и смех, все радовались такой богатой добыче. Драк больше не было, предупреждение «доктора» Карпова возымело действие. Но вот, все ценности перешли в трюм «Тезея». Карпов предложил закончить с последним кораблем с грузом серебра, пока ничто не мешает. А то, еще свидетели появятся. А потом уже решать, что делать дальше. Березин взвесил все за и против, и согласился. В конце концов, и так почти все ценности испанского конвоя перекочевали на «Тезей». Осталось только серебро и сравнительно немного золота на «Нуэстра Сеньора де лас Ньевес». А после этого можно и плюнуть на оставшихся шестерых, если что-то помешает. Там крохи по сравнению с тем, что уже удалось захватить. Нельзя объять необъятное…
«Тезей» отошел от разграбленного корабля, и вскоре за кормой прогремел взрыв. Все шло по отработанной схеме. Расставшись со своим ценным грузом, «Нуэстра Сеньора дель Кармен» взлетел на воздух, оставив после себя только облако черного дыма, да деревянные обломки на воде. С находящегося неподалеку второго галеона наблюдало больше сотни испанцев, стоявших на палубе. Для них дальнейшее не представляло тайны, так как «Тезей» сразу двинулся в их сторону.
Подходить близко к лежавшему в дрейфе галеону Леонид не спешил, и остановился в шести кабельтовых, заняв позицию со стороны носа по левой скуле парусника. В бинокль были хорошо видны солдаты в кирасах и шлемах на палубе. Похоже, сдаваться испанцы не собирались. Здесь же, неподалеку, ожидала вся «москитная флотилия», готовая ринуться в атаку. Леонид глянул на Березина.
— Что делать будем, Владимир Евгеньевич? По хорошему, или по плохому?
— Попробуем по хорошему. Андрей Михайлович, дайте указание «Беркуту»…
Катер с поднятым белым флагом направился к галеону. В противоположность предыдущему кораблю, с этого стрелять не стали, а беспрепятственно подпустили катер к борту. Завязался разговор и через радиостанцию все было более-менее слышно. Испанец, который вел переговоры, неплохо знал английский. В конце концов, соглашение было достигнуто. Испанцы отдают весь ценный груз в обмен на жизнь, свободу и корабль со всеми остальными грузами. На личное имущество экипажа и пассажиров никто покушаться не будет. В принципе, против таких условий грабежа возразить испанцам было нечего. Катер отошел от борта и вышел на связь, сообщив, что испанцы согласны сдаться на предложенных условиях. Карпов дал команду, и «скифы» пошли вперед.
Леонид смотрел в бинокль на испанский галеон и на то, как абордажная команда поднимается на палубу и берет ее под контроль. Все двенадцать «скифов» стояли под бортом, и на них сейчас во все глаза глядели испанские матросы. На палубе ситуация развивалась довольно мирно. Солдаты, сверкая кирасами на солнце, выстроились перед надстройкой, но агрессивности не проявляли. Вышедший вперед офицер перебросился парой фраз с командиром группы абордажников, и после этого отдал какую-то команду. Солдаты положили мушкеты на палубу и расступились, давая дорогу пиратам. Часть абордажников осталась на палубе, а большая часть устремилась внутрь корабля…
За всем этим Леонид наблюдал в бинокль. Он и сам не мог понять, чем ему не нравится ситуация. Уж слишком легко испанцы согласились. Хотя, при таком «наглядном воздействии»…
— Андрей Михайлович, дайте команду «Беркуту» занять позицию в сотне метров с носа по левой скуле испанца. А мы подойдем поближе и станем напротив борта.
— А зачем, Леонид Петрович?!
— Не нравится мне это… Уж слишком все хорошо…
Карпов удивился, но передал приказ «Беркуту» по радио. Катер тут же сорвался с места и вскоре занял указанную позицию. «Тезей» дал ход и двинулся в сторону галеона. «Скифы» все также стояли под бортом испанца. На палубе ничего не происходило.
Неожиданно звуки выстрелов разорвали тишину. Очевидно, стреляли внутри галеона, так как звук был приглушен. Все сразу пришло в движение. Испанские солдаты, стоявшие до этого спокойно на палубе, бросились на пиратов в самоубийственную атаку. Их нельзя было упрекнуть в трусости, они попытались использовать свой единственный шанс, понадеявшись на свое численное преимущество и на то, что с этого дьявольского пиратского корабля не будут стрелять по своим. Увы, они не были знакомы с автоматическим оружием двадцать первого века, иначе бы много раз подумали, чтобы решиться на такое. Блокирование палубы спецами из будущего было сделано грамотно и автоматные очереди тут же сразили первых нападавших. Стальная кираса восемнадцатого века — плохая защита от пули века двадцать первого. И тут вместе с автоматами ударили пулеметы абордажников, выкашивая все, что было перед ними. Атака испанцев захлебнулась сразу же, и дальше превратилась в расстрел безоружных. Некоторые испанские солдаты пытались схватить мушкеты, лежавшие на палубе, но тут же падали, прошитые пулями. Все, кто находился на мостике «Тезея», смотрели, затаив дыхание. Применять свое палубное вооружение было нельзя. Катер, лежавший в дрейфе неподалеку, тоже не стрелял, опасаясь задеть своих. Но вот стрельба стала стихать, звуки выстрелов слышались все реже и реже. Очевидно, абордажникам удалось сломить сопротивление испанцев. Наконец, ожило радио.
— «Тезей» — «Ястребу-семь», у нас тут заваруха. Испанцы попытались…
Яркая вспышка, окутанная облаком черного дыма, сверкнула на месте галеона. Грохот взрыва прокатился над морем. Корабль на несколько мгновений просто исчез, окутанный дымом. Вверх и в стороны полетели обломки, некоторые из которых упали рядом с катером, едва его не задев. Облако дыма стало сносить ветром, и когда он рассеялся, на месте, где совсем недавно находился галеон, плавала только куча обломков. Экипаж «Нуэстра Сеньора де лас Ньевес» не пожелал сдаваться врагам и прихватил их вместе с собой в ад. А может, в рай… Живым это неведомо…
В рубке «Тезея» стояла тишина. Все потрясенно молчали. Леонид очнулся первый, схватив трубку радиостанции.
— «Беркут» — «Тезею»!!! Живы?!
Ответили не сразу, но спустя какое-то время в динамике все же раздалось.
— «Тезей» — «Беркуту». Вроде живы, только в башке до сих пор звенит.
— Обследовать место аварии, подобрать выживших!
— «Беркут» понял. Выполняю.
Катер дал ход и подошел к месту взрыва. Далее двигался очень осторожно, расталкивая обломки. Было видно, как кого-то втаскивают на борт. Покрутившись несколько минут среди обломков, остановился.
— «Тезей» — «Беркуту».
— На связи «Тезей».
— Подобрали четверых наших. Испанцев никого. Есть два полузатопленных «скифа». Больше ничего ценного, одни обломки.