Страница 19 из 28
— Я не знаю, смогу ли сделать это, Келли. — Ной смотрел прямо перед собой, на белую стену гаража.
Келли закусила губу, не желая перебивать.
— Он сидел и смотрел на меня с такой надеждой в глазах. Я хочу выполнить обещание и вернуть ему прежний вид. Я хочу быть героем, которым он, похоже, меня считает.
Келли коснулась его руки.
— Что же тебя останавливает? — спросила она.
— Что, если у меня не получится? — Ной повернулся к Келли.
В его взгляде была боль, которую она видела и раньше. Теперь он ее не скрывал и не пытался контролировать.
— Я боюсь погубить еще одного человека, Келли.
Еще одного?
— Ной…
Он вылез из машины и вошел в дом, хлопнув дверью. Келли вздохнула. Если Ной не откроется ей в ближайшее время, он просто взорвется, и все его тайны, все его чувства выплеснутся наружу, на всеобщее обозрение, и он ничего не сможет с этим поделать. Она молилась о том, чтобы он позволил ей помочь, но он был слишком упрям.
Глава 11
Келли прилегла вздремнуть. После приема обезболивающих она становилась очень вялой, и Ной сам уговорил ее поспать, сказав, что отдых поможет ей быстрее выздороветь. Сегодня Келли сняла фиксирующую повязку, пообещав, что будет осторожна. На прошлой неделе Ной сделал ей микродермабразию и надеялся сделать еще одну на следующей неделе. Если удастся работать над ее раной настолько часто, насколько это возможно с медицинской точки зрения, вероятно, процесс заживления будет гораздо более коротким, а шрам — менее заметным.
Ною было очень трудно забыть о том, что он врач. Но прямо сейчас у него на уме было совсем другое. Кое-что очень забавное. Ему не терпелось показать Келли свой сюрприз, но она все еще спала. Он пошел на кухню и увидел пузырек с таблетками, стоящий на барной стойке. На него нахлынули воспоминания. Он так долго жил, видя вокруг пузырьки от таблеток, чаще всего пустые, хотя куплены они были всего несколько дней назад. Ной вспомнил, что, дав Келли таблетку, убрал пузырек на место. Посмотрев на часы, он понял, что сейчас как раз время приема следующей таблетки. Но что этот пузырек здесь делает? Он высыпал таблетки на стол и принялся считать. Их было меньше, чем должно было быть. Получается, она снова приняла лишнюю таблетку. Схватив пузырек, Ной ринулся в комнату Келли. Он чувствовал себя так, будто его предали. Если она лгала ему, он больше не станет ей помогать. Не говоря уже о том, что он не сможет продолжать ее лечить, если она не будет следовать его указаниям.
Келли лежала на боку, положив руки под здоровую щеку. Окно было открыто, и вечерний бриз раздувал занавески. Рыжие пряди танцевали по ее плечам, дыхание Келли было тихим и нежным. Войдя в комнату, Ной поставил пузырек на ночной столик и присел на край кровати. Келли пошевелилась, ее веки приподнялись, и через некоторое время она посмотрела на него.
— Ты принимала таблетки без моего ведома? — спросил Ной, даже не пытаясь скрыть негодование.
Келли моргнула:
— Я приняла одну перед сном. Думаю, я поторопилась, сняв фиксирующую повязку. Рука начала болеть еще сильнее, чем прежде.
Он взял пузырек, вошел в ванную комнату и выбросил таблетки. Когда он вернулся, Келли уже встала и, казалось, была очень рассержена.
— Зачем ты это сделал? — закричала она.
— Потому что боюсь, что у тебя разовьется зависимость. Я тебя предупреждал — если ты сделаешь это снова, я их выкину.
Келли рассмеялась:
— Этого не произойдет, Ной. Я всего лишь приняла таблетку немного раньше, чем нужно. Мне все равно пришлось бы выпить ее через шесть часов. От этого не может быть передозировки.
Одно это слово причинило ему боль. Образ Малинды, лежащей на полу, врезался в его память на всю оставшуюся жизнь. Он представил на ее месте Келли, и ему стало плохо.
— Если ты хочешь и дальше оставаться в моем доме, ты будешь делать то, что я говорю, когда я говорю, или я больше не стану тебя лечить. Я думал, этот вопрос мы уже решили.
Келли отступила:
— Ничего себе. Гм… хорошо. Успокойся. Я обещаю больше не делать ничего без твоего разрешения.
Еще несколько секунд Ной смотрел на нее, пытаясь взять себя в руки, а главное, вспомнить о том, что перед ним не Малинда, а Келли, у которой, скорее всего, нет проблем с наркотиками.
Вспомнив о своем сюрпризе, он сказал:
— У меня есть для тебя сюрприз. Я надеялся, что ты будешь присутствовать при доставке, но ты все проспала.
— Что же это? — спросила Келли с сияющей улыбкой. — Может, собака? Я всегда мечтала завести собаку, такую же, как та, которую я оставила в Канзасе.
Он рассмеялся:
— Нет, это не собака. Но эту вещь ты тоже оставила в Канзасе.
Она сдвинула брови и покачала головой:
— Мой потрепанный джип со сломанным гудком и старый гриль?
Взяв Келли за руку, Ной повел ее к двери:
— Перестань строить догадки. Сейчас сама все увидишь. — Войдя в комнату, он включил свет и отошел в сторону. — О боже, — завизжала она. — Ной, этого не может быть!
Видя ее реакцию, он понял, что не зря заказал бильярдный стол и его установку.
— Я сам обожаю эту игру и давно подумывал о том, чтобы приобрести стол, поэтому, когда ты упомянула о бильярде, я понял, что пора это сделать.
Келли вошла в комнату и провела рукой по зеленому сукну бильярдного стола:
— Будет непросто играть одной рукой.
Подойдя к ней. Ной улыбнулся и присел на стол рядом с тем местом, где лежала ее рука.
— Для этого я здесь, не так ли?
Келли затрепетала.
— Мы что, будем играть прямо сейчас? — спросила она хриплым голосом.
Ной понимал, что прежде всего он должен быть врачом и другом, но его либидо считало иначе. Черт, как же он хотел ее. Темно-рыжие волосы спадали ей на плечи, лицо было не тронуто макияжем, а его огромных размеров рубашка почти спадала с ее стройного плеча. Он знал, что под этим хлопком нет бюстгальтера, потому что после принятия ванны в первый день она не просила его помочь ей его надеть. На ней были крошечные джинсовые шорты с бахромой, открывающие бедра. Ною было интересно, как она умудрилась застегнуть молнию и пуговицу без его помощи.
— Да, — сказал он, глядя на ее губы. — Мы будем играть прямо сейчас. Я возьму кий. — Он никогда прежде не играл в столь возбужденном состоянии.
Келли сложила шары в треугольник, а он обработал мелом кончик кия.
— Я буду стоять за тобой, — сказал он.
Она улыбнулась:
— Я смогу бить левой рукой, если ты будешь придерживать кий с правой стороны.
— С удовольствием.
Он просунул кий между ее талией и левой рукой. Келли взяла его и придвинулась ближе. Его лицо было всего в нескольких дюймах от ее волос. Вдыхая, Ной ощущал цветочный аромат, который, казалось, всегда окружал Келли. Он придвинулся еще ближе, так, чтобы его рот оказался рядом с ее ухом.
— Наклонись чуть ниже. Расслабься, — прошептал он. — Ты тяжело дышишь. Не торопись. Сосредоточься на том, чего ты хочешь. — Черт. Если он сейчас же не заткнется, в его джинсах появится дыра.
— Я делала это и раньше. — Келли склонила голову, чтобы посмотреть на него через плечо.
Ее губы коснулись его рта, и Ною пришлось сдержаться, чтобы не завладеть ими.
— Но это было тогда, — напомнил он. — Я здесь, чтобы помочь тебе вспомнить, как это делается.
— О, я думаю, что помню, — сказала она со знойной улыбкой.
Ной сглотнул.
— Держи кий крепче, — сказал он, положив свою левую руку поверх ее. — Не торопись. Будь с ним нежна и не пускай в ход слишком рано. — «Ради всего святого, заткнись, Ной». Зачем использовать партию в бильярд в качестве жалкой прелюдии?
— Понятно, — сказала Келли, толкая кий вперед и заставляя разноцветные шары раскатиться по столу. Два полосатых шарика мгновенно упали в лунки.
— Хорошая работа, — сказал он, выпрямляясь и чувствуя давление под молнией. «Молодец, Ной, так держать. Только эрекции тебе и не хватало».