Я не сдамся!

Замираю, будто меня парализовало. Странно такое слышать. Или я придумала эту фразу?

— Верила? — переспрашиваю, уже решив, что мне показалось.

— Да, — подтверждает она быстро. — Немного, — дополняет после паузы. — Но все же верила.

— Только нашей веры не хватило, — шепчу в ответ, закрывая глаза.

Не хочу снова плакать. Не имеет смысла. Не поможет. Не станет легче.

— Я тоже устала, — так же тихо произносится внутри. — Верить, что все будет хорошо. Верить, что завтра будет лучше, чем сегодня. Верить, что мечты когда-нибудь станут реальностью. Слышишь, я устала. Просто устала. Хватит уже, брось ты свои желания. Не стоит того. Не стоит.

— Не могу, — не задумываясь даже, просто знаю. Не раз пыталась бросить. Это не сигарета, что можно выкинуть в окно. Не получается закончить. Уже не раз хотела дописать последнюю строчку и больше никогда не начинать новую историю. Графоман, любитель, рифмоплет… — Я всегда сомневалась, что у меня выйдет написать что-то стоящее. Даже то, что оценили читатели, мне кажется недостойным внимания.

— Внимания кого?

— Издательства, редакторов, журналов… — перечисляю зачем-то, понимая, что мне, в общем-то, плевать давно. — Мне бы хватило зарплаты в месяц за то, что я пишу. Или за что-то другое, но чтобы время для моего хобби осталось. На самом деле я просто люблю писать, вот и все.

— Но слишком часто об этом забываешь, — с грустью раздается внутри, тоскою сжимается сердце. — Ты знаешь, чтобы написать что-то стоящее, надо объединиться с душой.

— Ну да, — с хриплым смешком прерываю ее речь, — только душа у меня – стерва.

— Опять… — с обидой уже ощутимой. — За что ты так?

— Не знаю. — Правда, не знаю. Наверное, просто хочется выплеснуть весь свой негатив. Плюнуть самой себе в душу? Как же, это мы умеем. — Извини.

— Интересная фраза, — вдруг шепчет она как-то по-кошачьи нежно.

— Прости?

— Плюнуть самой себе в душу, — повторяет она мои мысли. Значит, мне даже не требуется ей отвечать, и так все слышит. — Ты же любишь такие, да?

— Люблю.

— Ну чего грустишь? Хочешь, подкину еще одну? — предлагает игриво. А я устала, просто устала, так же как она. Не хочу. Снова браться за ручку? Что-то писать? Зачем? Кому это нужно? — Мне.

И снова удар, уже словно по ребрам. Задыхаюсь, извиваюсь на кровати. Больно, укололо что-то в сердце, не могу продохнуть. Зачем же так? Я уже сполна настрадалась.

— Ты еще помнишь, что с тринадцати лет мечтаешь стать писателем с большой буквы? — скрежечет она, принося мучения. — А ведь первое свое стихотворение ты написала именно тогда. Помнишь? Чтобы маму свою порадовать, помнишь?

— Хватит! — кричу сквозь слезы. Наконец вдохнула, захрипела. Вытираю лицо. Бесполезно. Слезы уже катятся ручьем. Их не остановить.

Я мечтала, мечтала. Мои книги на полках в библиотеке, жизнь в достатке, замечательный любящий муж… мечтала. Зачем? Все всегда идет по чьим-то чужим планам. Всегда.

— Почему не бросишь тогда все это?

— Не знаю! Не знаю. Не знаю… Оставь меня в покое! — зарываюсь в подушку.

Уснуть бы. Что-нибудь приснится. Вдруг что-то хорошее. А может, не проснусь вовсе.

— Ты все равно не хочешь этого, — как бы невзначай кидает она. — Ты дочку любишь. Не оставишь ее, верно?

Молчу. Какой смысл что-то отвечать?

— Я фразу тебе обещала еще одну. Слушай. — Настырная. Это она постоянно мешает мне засыпать. — Заколоть бы сердце свое, да не на брошь или заколку…

— А ножом наточенным поострее, чтоб сразу в бездну, — слова сами вырываются откуда-то из подсознания.

Зачем? Не надо, не надо… лучше уснуть. Ведь никто не оценит.

— И в душу плюнуть себе, ядом чтоб, в эту барахолку, — усмехается в ответ она, не оставляя меня в покое.

— Это ей подарок мой вечный и безвозмездный, — произношу уже с улыбкой, как обычно, быстро сдаваясь. — Задавить бы стерву эту, что так часто мое сердце ранит…

— Только ль станет легче? — странно, но одновременно с этим чувствую ее грусть.

Замолкаю. Боюсь ответить. Я и не знаю ответ. Не знаю. Она тоже молчит. Но в голове столько строк, столько мыслей. Отказаться? Бросить? Душа? Эй, душа, слышишь? Спасибо за фразы. Думаю, смогу написать что-то. Может, не стоящее, но хотя бы тебя порадовать. Ты ведь будешь рада, а? Хотя бы ты…

— Мне чудится или ты улыбаешься? — уже не язвя, интересуется она, почему-то проигнорировав мой вопрос.

— Да ладно тебе, это ненадолго, — все еще чуть блаженно, вдохновенно, строя возникающие строчки в ряд. Главное, ничего не забыть. Ничего не забыть… как назло клонит в сон.

— Согласна, — после долгой паузы произносит душа, отвечая на мои мысленные слова. И немного погодя, когда я, кажется, почти уже заснула: — А жаль… Я не хочу снова превратиться в стерву…

За­колоть бы сер­дце свое, да не на брошь или за­кол­ку,

А но­жом на­точен­ным по­ос­трее, чтоб сра­зу в без­дну,

И в ду­шу плю­нуть се­бе, ядом чтоб, в эту ба­рахол­ку.

Это ей по­дарок мой веч­ный и без­возмез­дный.

За­давить бы стер­ву эту, что так час­то мое сер­дце ра­нит…

Толь­ко ль ста­нет лег­че? Я са­ма от­ве­та на воп­рос не знаю.

Да ку­да мне смер­тной? Без ду­ши за­чах­ну. Это по­нимаю.

Ты не злись, бро­дяж­ка, я сов­сем не злая. Я сов­сем не злая.

Прос­то жить ус­та­ла, не хо­чу так боль­ше, что­бы боль­но,

Толь­ко про­дол­жаю по­тому, что не мо­гу ина­че.

Ты ду­ша – не стер­ва, это я слиш­ком час­то ме­няю ро­ли,

Слы­шишь? Ес­ли б вмес­те, ста­ли бы бо­гаче.

Ес­ли б толь­ко вмес­те, но, увы, я са­ма сбе­гаю,

Сле­зы, нер­вы, бо­ли… не­ту во всем этом прав­ды.

Я те­бе спа­сибо от­че­го-то не го­вори­ла рань­ше,

А сей­час бла­года­рю. Ведь с то­бой жи­вая. Я с то­бой жи­вая…

~Поделитесь частичкой души~

Всем…

Тепла хочется.

Хотя бы руки согреть о костерок чьей-нибудь души.

Чтобы выслушали.

Чтобы поняли.

Чтобы немного, хотя бы чуточку, но чтобы легче в груди.

А кому до меня есть дело? Кому нужны чьи-то мелкие проблемы?

Лишь буквы на вашем экране.

Только буквы, ни больше, ни меньше.

Только буквы...

Складываю слова, иногда их рифмуя, пытаясь привлечь внимание своими стихами.

Выходит, но все не то. Какие-то жалкие потуги быть принятой, понятой, услышанной.

И между строк всегда одно и тоже.

Кричу, плачу, зову... никто не слышит.

Ищут лишь ровный ритм, какой-то смысл, новые-новые-новые рифмы.

Люди, наверное, стали глухими.

Я всего лишь хочу внимания.

Не надо мною восторгаться.

Не верю. Не достойна я восторга или особого отношения.

Но хорошее слово немного согревает.

Заставляет порой улыбнуться.

Люди на самом деле все разные, но невыносимо одинаковые.

Я сама из числа таковых. Замечаю ли? Вряд ли.

Люди...

А что люди?

Разве они должны хоть что-то взамен дарить?

Обмен энергией и бла-бла-бла. Все не то.

Хочу чтоб от сердца шли слова, только от него.

А выходит, что жалуюсь, заставляю...

Так жалко.

Готова разрыдаться, закричать на весь мир, добраться до Бога.

Да, конечно, если бы он был.

Докричалась бы лишь до хрипа, да боли в горле.

Докричалась... а смысл в чем?

Снова что-то вымаливать? Для себя, для других, без разницы.

Мир, скажи, а ты меня слышишь?

Мой голос хоть немного тебя тревожит,

может, просто надоедает.