Страница 27 из 142
И, наверное, серьёзно ушиблась бы, если бы её не подхватили.
— Ангел мой, что вы здесь делаете?
Ричард выглядел крайне обеспокоенным. Опустившись рядом на колени, он нежно, но надежно прижал её к себе, а она обрадовалась этому объятью и разозлилась, что он заставляет её радоваться таким мелочам.
— Каблучок! — прохныкала она.
Ричард быстро задрал её юбку и посмотрел вниз. Изящная туфелька Джози действительно застряла между старых корней, и каблучок сверзился на бок. Ричард осторожно извлёк ножку в белом шёлковом чулке из покалеченной туфельки. Ступня у Джози была такой маленькой, что когда он прикладывал её к своей ладони, ладонь оказывалась длиннее. Он не удержался и, наклонившись, припал губами к её прелестной ножке. Сквозь тонкую ткань чулка Джози чувствовала жар его поцелуя.
Она тихо ахнула от неземного наслаждения, рождённого этой лаской. А Ричард, легко подняв жену, готов был нести её назад, как вдруг…
Дин-дон, дин-дон…
Совсем рядом. В сером змеистом тумане…
Дин-дон, дин-дон…
— Холодно, как холодно, — прошептала Джози, и он ещё сильнее прижал её к себе.
И тут появилась старуха. Жуткая, всклоченная, в лохмотьях. На поясе у неё висел колокольчик. В кривых узловатых пальцах она держала посох. Старуха шла мимо, будто не замечая их, и напевала себе под нос:
— Я садовником родился,
Не на шутку рассердился,
Все цветы мне надоели,
Кроме…
— Что это? — дрожа всем телом, спросила Джози, ещё теснее обнимая мужа.
— А вот этого, любовь моя, вам лучше не знать, — сказал Ричард. И голос его, обычно теплый и бархатный, сейчас имел призвук стали.
Он поцеловал Джози в лоб, прошептав какие-то слова, и она тихонько отключилась. Затем, придерживая её одной рукой, он снял сюртук и бережно уложил на него своё сокровище.
Он чувствовал их присутствие разрядами электричества вдоль позвоночника. Выпрямившись, он осмотрел пустырь и насмешливо произнёс:
— Ну что же вы! Выползайте!
И они полезли — серые, юркие, мерзкие… Они хихикали, явно издеваясь над ним:
— Отдай! Отдай нам цветочек!
— А вы попробуйте возьмите! — не менее издевательски, в тон им, ответил он.
Синее пламя, ярко полыхнув в глазах, стало разливаться по телу, искажая черты и члены. Тварь, давно ожидавшая своего часа, радостно выпускала когти и крылья. Длинные клинки загорелись в её лапах, и тут же слились воедино, образуя гигантские садовые ножницы…
— Ты — Садовник? — по их серым рядам пробежала дрожь.
Адское создание расхохоталось и ответило голосом, мало похожим на человеческий: