Страница 41 из 74
— Это мы слыхали.,. Мать тоже говорит, что я тюрягой кончу. А что мне, на завод идти ишачить? Или в шиномонтаж? Я как Сережа не хочу жить, вечно на сигареты у всех стрелять!
Я опасливо проводил взглядом шестиугольную сиреневую платформу, проплывшую по диагонали из левого нижнего угла комнаты в сторону окна. Сквозь платформу просвечивала мебель, но наверху крутился шершавый темный сгусток, похожий на свернувшегося дикобраза. Макина улыбнулась.
— Ты стремишься к независимости. Это оправданно и похвально. Но за любые достижения приходится платить, верно? Перелезая через забор, всякий раз рискуешь оставить кусок штанов. Наше основное разногласие состоит в том, что в моем маленьком обществе материальное благополучие достижением не считается. Скорее наоборот, Наставницы рассматривают материальные стимулы в учебных программах именно в контексте опасных заблуждений. Так учили Забытые, и в этом они правы.
— А, так вам нравится жить, чтобы всем поровну? У нас раньше тоже хотели, чтобы всё поровну. Мать говорит, что полный отстой вышел, жрать нечего было!
— Не поровну, Саша, а по реальным потребностям. Человеку нет необходимости иметь два дома или три автомобиля. Он пользуется одним домом и одним средством передвижения. Зато, если ему захочется пожить в горах или, наоборот, возле океана, всегда найдутся желающие поменяться с ним...
— Ага, так я и поверил! Найди таких дураков, чтобы незнакомым свою хату оставили...
— В сегодняшней ситуации у меня есть лишь немного времени, чтобы привить тебе элементарные навыки социальной гармонии... Остается надеяться, что лучшее возьмет верх. Я попытаюсь объяснить в двух словах, что происходит в метрополитене, только потому, что надеюсь на твою помощь.
— Выходит, что я тебе все-таки нужен, как и Скрипачу?
— Ты мне не нужен для проращивания семян. Ты мне нужен для того, чтобы его найти и остановить.
— Что?! Тут я тебе не помощник.
— Неужели ты не понимаешь, что большинство людей его попросту не замечает, как не замечает и моих штампов, и меня? Мы все — и люди, и полиморфы — постоянно используем ментальный экран для защиты от внешних санкций. Когда я просмотрела записи четвертого, как ты шел за ним в метро я была поражена.
— Это тот, что поймал мальчика?
— Да, он успел его отключить...
— Так он меня что, затылком видел?
— Обзор круговой. То, что ты принимаешь за их глаза, всего лишь имитация.
— Почему же он меня не...
— Не поступило соответствующей команды.
— Спасибо, Лиза.
— Пожалуйста. Мне было любопытно понять, откуда ты такой взялся. Саша, вряд ли я найду человека, такого же, как ты, способного заметить Скрипача. Я буду продолжать поиск, но теперь все усложнилось. Он знает, что я здесь, и знает, как выглядят мои штампы. Не внешне, конечно, есть масса иных параметров, которые невозможно изменить. Он их почует, как самая лучшая собака.
— Так он что, стоит и играет на какой-то станции? Тогда можно поспрашивать нищих, они своих конкурентов знают. И вообще, там же целая мафия — и бандиты попрошаек пасут, и менты...
— Он играет, но отыскать нелегко. Он играет для тех, кто его может услышать, чтобы привлечь их внимание и просканировать мозг. Скрипач выбрал неординарный образ для воплощения. С одной стороны, таким образом он пропускает мимо себя массу народу, отфильтровывая тех, кому можно подсадить семена, а с другой стороны, никто на него не смотрит. Никому не интересен нищий музыкант.
— Но вы-то можете его засечь?
— Он не полиморф, и он не хочет быть найден. Вот уже месяц, как я ежедневно спускаюсь в метро. А до этого два месяца я искала его следы во всех группах новостей. Потом мне посчастливилось: я обнаружила волну от его усилителя.
— От чего?
— От того, что ты назвал бы звездолетом.
— И где же ваши звездолеты? — ехидно поинтересовался я.
— Мой усилитель — здесь, но к звездам мы не летаем, — невозмутимо повела рукой Макина. — Десятки поколений Мастеров так и не сумели решить эту задачу. Забытые сделали из нас идеальных сторожей. Можно сколько угодно играться с космическим кораблем в пределах атмосферы, но дальше путь закрыт. И так обстоит дело почти со всеми их техническими устройствами: лежит под рукой, но не дотянуться.
— Потому что вас мало?
— Так думают Мастера. По оценкам Ложи, требуется около восьмидесяти тысяч освобожденных разумов, чтобы слиться в цепочку биокомпьютера. Тогда мы построим усилитель, способный преодолеть тяготение.
— Восемьдесят тысяч доноров?! Ого-го... А мы зато давно полетели в космос и без вас!
— В создании ваших ужасных ракет участвует в десять раз больше народу... А где Скрипач спрятал свой усилитель, предстоит узнать. По всей видимости, мальчик держит его в свернутом состоянии, где-то вдали от города...
— Я, может, и дурак, но не до такой степени. К твоему сведению, это мой дом, и номер на парадной есть, а никакой не звездолет.
— Мне сложно подобрать перевод, хотя язык достаточно богат... Усилитель — наиболее подходящее слово. Многофункциональный комплекс циклического жизнеобеспечения, в том числе для длительного пребывания в агрессивных средах.
— И он летает?
— М-м-м... Он не летает, как ваши космические челноки или как самолеты. Извини, но нет смысла объяснять тебе технологии, которые даже фундаментальная физика пока не рассматривает. Еще раз подчеркну: Забытые поступили чрезвычайно хитро. Это только кажется, что они бросили нужные вещи. Оставленные ими усилители не могут подняться в космос, программа поддержания здоровья действует только в поселке и так далее...
— А здесь... Ну, у нас, в Москве, для тебя вредно?
— Сашенька, мне так не хочется тебя пугать, — вздохнула Лиза, — но то, что ты видишь, это защитная оболочка.
— Скафандр?
— Не совсем так. Это больше чем скафандр.
— Покажи мне! Ну, здесь-то ты можешь расстегнуть?
— Могу, но не буду. Я заболею. В трюмах усилителя поддерживается адекватный состав атмосферы, такой же, как за климатическим барьером в поселке. Ты ничего не почувствовал, но как только вошел, тоже оказался в защитном костюме. Иначе ты заразил бы меня.
На секунду я почувствовал себя запертым в чреве огромного космического корабля, одна лишь атмосфера которого способна растворить человеческую кожу за пару минут...
— Так они... — Я не находил слов. — Так эти сволочи заставили вас дышать другим воздухом?!
— В поселке даже атмосферное давление выше, чем везде. — Макина смотрела на меня очень грустно. — Скажем так: за право получить теплую работенку при военной базе персонал поплатился очень многим. Уже много поколений мы не совсем люди, а всего лишь охранники подземных хранилищ...
— А что там, в хранилищах?
Лиза посмотрела на меня очень странно:
— Наверное, то, за чем Забытые планируют вернуться.
— И на кой черт я с тобой связался? — сокрушенно пробормотал я. Полеты сквозь стены меня уже не радовали, и прочих чудес тоже не хотелось. Я думал лишь об одном: как спрятаться от Пети и Вовы, которые неминуемо припрутся в третий раз, — Не могла ты свою ракету где-нибудь в деревне посадить? Чем тебе эта халупа приглянулась?
— Как ни парадоксально это прозвучит, но усилителю, способному к многократной развертке внутреннего пространства, требуется внешняя фиксированная оболочка, не подверженная изменениям. Приборы можно запустить на открытом воздухе где-нибудь в лесу, и под водой, и даже под землей. Большой роли не играет, автономное существование было бы обеспечено, хотя энергии уйдет на порядок больше... Я понимаю, тебе тяжело преодолеть традиционные представления о пространственном конструировании...
В компактном виде весь усилитель, или, если так проще, космический корабль, легко помещается в пробирке. Но это с точки зрения догматов вашей физики, из которых следует, что больший объем нельзя уместить в меньшем. При этом совершенно упускается из виду, что указанные законы применимы лишь в координатных сетках с заранее заданными жесткими параметрами, иначе все построения рушатся... Тебе непонятно?