Страница 522 из 532
– Ну, тогда я могу сказать только одно: «Берегитесь криков, когда будете искать клад».
– Сэр, вы говорите намеками, и я не понимаю вас, как не понимал и того, зачем вы оставили блокгауз и дали мне карту!
– Я не могу сказать ничего больше, так как это чужая тайна; могу только подать вам слабую надежду: если мы с вами уцелеем к тому времени, когда выберемся из этой волчьей западни, то обещаю вам употребить все старания, чтобы спасти вас!
Лицо Сильвера просияло.
– И родная мать не сделала бы для меня больше, чем вы! – вскричал он.
– Это первое, что я вам могу сказать. А второе – держите мальчика около себя и, если понадобится помощь, зовите меня. Прощайте, Джим!
Доктор пожал мне руку через палисад, кивнул Сильверу и быстрыми шагами направился к лесу.
Глава XXXI
В погоне за кладом
– Джим, – сказал мне Сильвер, когда мы остались одни. – Я спас вам жизнь, а вы спасли теперь мою. Ведь я слышал, как доктор предлагал вам бежать, а вы отказались. Мы должны теперь крепко держаться друг за друга и тогда не пропадем!
Нам крикнули, что завтрак готов, и мы уселись на песке около костра. Видно было, что разбойники не жалели ни дров, ни мяса, последнего было изжарено гораздо больше, чем мы все могли съесть и, когда завтрак кончился, один из разбойников со смехом бросил в огонь оставшиеся куски. Но Сильвер, сидевший со своим попугаем на плече, ничего не заметил по поводу такой расточительности.
– Ну, друзья, – сказал он, – счастливы вы, что за вас думает такая голова, как моя. Теперь мы возьмем клад, а там будем искать и шхуну, и, наверное, найдем ее. Во всяком случае, преимущество на стороне тех, у кого есть шлюпки. Что же до заложника, то пока мы его побережем, а когда найдем клад, то дадим ему его долю за все добро, которое он оказал нам!
Разбойники весело смеялись этим словам, а у меня сжалось сердце. Я знал, что если бы только Сильверу было это выгодно, он пожертвовал бы мной, не долго думая. Но если бы даже он и сдержал свое слово относительно меня, то и тогда мне угрожала опасность. Что могли мы сделать с ним вдвоем против пяти здоровенных матросов, если бы у них проснулись какие-нибудь подозрения?
Меня беспокоила также судьба моих друзей. Почему они бросили блокгауз? В этом скрывалась какая-то тайна, как и в словах доктора: «Берегитесь криков, когда будете искать клад». Эти тревожные мысли не давали мне покоя, и на сердце у меня было очень тяжело. Не мудрено поэтому, что я почти ничего не ел и с грустью думал о предстоящих поисках клада.
Наконец мы отправились на розыски. Вероятно, наше шествие имело очень странный вид со стороны. Все были в матросском платье и все, кроме меня, вооружены. Впереди шел Сильвер с двумя ружьями, кортиком за поясом, пистолетами в каждом кармане и с Капитаном Флинтом на плече. За ним выступал я, обвязанный кругом толстой веревкой, свободный конец которой Сильвер держал в руках. Затем шли остальные матросы, одни – с заступами и лопатами, другие – с ветчиной, сухарями и водкой для обеда. Отправились мы в полном составе, не исключая и матроса с простреленной головой, и прежде всего спустились на берег к шлюпкам. Из предосторожности решили взять с собой обе лодки, на которых мы и разместились. Толкование красного креста на карте вызвало спор еще дорогой. Там было сказано следующее:
«Большое дерево на склоне «Подзорной трубы»,
от С. до С. В.-В.
Остров Скелета В. Ю.-В., через В.
Десять футов».
Бухта ограничивалась плоскогорьем, которое примыкало на север к южному склону «Подзорной трубы», а на юге переходило в Фок-Мачту. Вершина плоскогорья поросла соснами, среди которых там и сям поднимались более крупные их представители; но которое из них было «большим деревом» Флинта – это, конечно, можно было решить только на месте и при помощи компаса. Однако это не мешало всем разбойникам спорить об этом до ожесточения. Подъехав к устью речки, мы вышли из лодок и стали подниматься на плоскогорье. Сначала почва была топкая, так что подниматься было очень трудно, но потом грунт мало-помалу становился более твердым. Мы приблизились к лучшей части острова. На каждом шагу попадались цветущие кустарники, и зеленые рощицы мускатного ореха чередовались с розоватыми стволами тенистых сосен. Свежий бодрящий воздух был пропитан пряным и сосновым ароматом. Разбойники шли врассыпную, весело перекликаясь друг с другом, и только я с Сильвером отстали от остальных, так как ему было нелегко подниматься по каменистому склону.
Пройдя с полмили, мы достигли уже вершины плоскогорья, как вдруг один из разбойников громко вскрикнул от ужаса. Все бросились к нему и увидели зрелище, от которого у меня мороз пробежал по коже: на траве, у подножья сосны, лежал человеческий скелет, покрытый кое-где уцелевшим рубищем и обвитый ползучими растениями.
– Это был, наверное, моряк, – сказал Джордж Мерри, щупая обрывки платья. – Сукно настоящее матросское!
– Понятное дело, – подтвердил Сильвер, – откуда же здесь взяться епископу?! Только лежит он как-то чудно!
Действительно, скелет лежал в неестественной позе: ноги были вытянуты и приподняты, а руки, закинутые за голову, как у человека, собирающегося нырнуть, были обращены как раз в противоположную сторону.
– Я догадываюсь, что это значит, – сказал Сильвер. – Это – компас. Вон там выдается, точно зуб, вершина Острова Скелета. Посмотрим, совпадает ли это с компасом!
Оказалось, что скелет указывал прямо на остров, и на компасе, поставленном в том направлении, можно было прочесть В. Ю.-В. через В.
– Черт возьми! – вскричал Сильвер. – Это, наверное, дело рук Флинта. Даже жутко становится, как вспомнишь о нем. Он был здесь с шестью матросами, убил всех и тело одного из них положил сюда вместо компаса. Этот, наверное, был высокого роста, и волосы желтые. Да это, должно быть, Оллердайс! Помните Оллердайса, Морган?
– О, о, – отвечал Морган, – как не помнить! Еще он занял у меня денег и взял с собой мой нож!
– Нож-то мы должны найти около него, – сказал кто-то. – Флинт был не такой человек, чтобы лазить по чужим карманам!
– Это правда! – согласился Сильвер.
– А между тем тут нет ни кортика, ни денег! – сказал Джордж. – Очень странно!
– Странно, – заметил Сильвер. – А ведь если бы Флинт был жив, жутко нам было бы теперь, товарищи, а?
– Я собственными глазами видел, как он умирал! – сказал Морган. – Билли водил меня к нему!
– Понятно, он умер! – прибавил другой. – Но уж если кому бродить по земле после смерти, так это ему. Надо правду сказать, грехов за ним водилось немало!
– Ну, будет болтать, – сказал Сильвер. – Днем-то уж он во всяком случае не станет блуждать по земле. Идем живее за кладом!
Мы тронулись в путь, но разбойники притихли, веселых голосов уже не раздавалось, хотя солнце по-прежнему ярко светило, и все кругом улыбалось нам.
Глава XXXII
Голос из-за деревьев
Поднявшись на плоскогорье, все сели немного отдохнуть. Отсюда открывался во все стороны широкий вид. Перед нами виднелся лесной мыс, окаймленный пеной бурунов, сзади – бухта и Остров Скелета, а дальше – большое пространство открытого моря. Прямо напротив поднималась «Подзорная труба», местами поросшая соснами, местами изрытая ущельями. Кругом была полная тишина, и только издалека долетал глухой шум морского прибоя, да слышалось жужжание насекомых в траве.
– Здесь три высоких дерева, – сказал Сильвер. – Найти среди них то, которое нам нужно, будет чистым пустяком. Уж не подкрепиться ли нам сначала обедом, а?
– У меня весь аппетит пропал, как я вспомнил о Флинте! – проворчал Морган.
– А ведь, в сущности, вы должны благодарить судьбу, что он умер! – сказал Сильвер.
– Чертовски скверно выглядел этот Флинт, – прибавил с содроганием один разбойник. – И лицо совсем синее, брр!
– Это у него от рома, – заметил Джордж. – Да, совсем синее, как сейчас помню!
Под тяжелым впечатлением от скелета разбойники говорили шепотом, почти не нарушая окружавшей тишины. Тем резче показался высокий, дребезжащий голос, неожиданно раздавшийся из-за деревьев: