Страница 26 из 49
Катя улыбнулась, внимательно наблюдая за ковеном.
– А какие тут рыбы водятся? – спросила она.
– Самые жизнелюбивые. Уклейки, колюшки… больше никто не выживает.
Дети Ши тем временем выстроились в круг и взялись за руки. В этом неподвижном хороводе Кате померещилось что-то древнее, жутковатое. Внутри круга замерла Итлинн со своей метлой.
– Смотри, сейчас полетит, – не удержался Дима.
– Может, и полетит, – серьезно возразила Катя. – Какие-то они все нереальные. Эти плащи… длинные волосы… Не понять, где парень, где девушка.
– Это они, наверно, на своих Ши хотят быть похожими, – сказал Дима. – Нет, типичная секта.
С берега донеслось стройное, размеренное хоровое пение. Дети Ши тронулись с места и пошли хороводом против часовой стрелки. Пели, повторяя каждую фразу раз по десять, на неизвестном мелодичном языке, опознать который Катя не смогла даже приблизительно.
– Каравай-каравай… – насмешливо пробормотал Дима.
Катя шикнула на него. Действо ее увлекло. Не прекращая пения, хоровод расцепился и превратился в полукруг. Итлинн с метлой выступила вперед, поклонилась озеру. Поющие замолчали. Достав какой-то мешочек, Итлинн принялась что-то бросать на все стороны света, протяжно выкликая непонятные слова и фразы. Потом мешочек был убран, и Итлинн подняла обеими руками метлу. Дети Ши, выстроившись за ней цепочкой, громко запели. Итлинн медленно пошла к воде, размахивая перед собой метлой, как заправский дворник.
– Решили устроить уборку территории? – пробормотал Дима. – Дело нужное…
– Нет, она разметает туман, – не отрывая взгляда от берега, прошептала Катя.
Итлинн шаг за шагом уходила к воде, в туман. Кате казалось, что взмахи метлы действительно создают вокруг Итлинн и следующих за нею Детей Ши некий коридор в туманной завесе.
– Посмотри, – прошептала Катя, сжимая руку Димы. – В тумане проход!
– Интересный оптический эффект, – без особого пиетета отозвался Дима. – Называется «Дети Шизы уходят в мир тухлых духов».
Поющие постепенно исчезали из виду, растворяясь в тумане. За спиной последнего из Детей Ши стена тумана сомкнулась. Пение замолкло. Наступила тишина.
Катя и Дима стояли молча и ждали. Но ничего не происходило. Где-то вдалеке прошумела электричка.
– Ну, они ушли. И что дальше? – спросил Дима.
– Не знаю, – зябко поеживаясь, ответила Катя. – Наверно, скоро вернутся. Давай еще тут постоим.
– У тебя нос красный, – покосившись на Катю, сообщил Дима. – А губы синие.
– Ну и что? – с вызовом спросила Катя. – Очень красивое цветовое сочетание.
Вместо ответа Дима обнял Катю за плечи и прижал к себе.
– Погрейся, – прошептал он. – Ты чего так съежилась?
– Я не съежилась, – пробормотала Катя.
От волнения у нее колотилось сердце. Но отодвигаться от Димы она не стала. Только жмурилась и замирала, когда Димины ладони легко касались ее волос.
Прошло минут десять. Катя и Дима, обнявшись, стояли под ольхой. Дети Ши прочно обосновались в мире призраков.
– Все, я согрелась, – сказала Катя.
Дима тут же ее отпустил.
– Пошли, поищем этих ряженых, – предложил он. – А то действительно закоченеем.
На берегу никого не было. Повсюду в траве валялись объедки и всякий мусор. Полоска сероватого песка, уходившая в воду, была испещрена разнообразными следами.
– Вот их следы! – объявил Дима. – Целая куча отпечатков, и все идут в одном направлении… Опаньки, как интересно!
– Что там? – подбежала к нему Катя.
Дима указал на песок. Два десятка отпечатков ног шли к воде и обрывались у самой кромки. Обратных следов не было.
– Они что, в воду ушли? – поразилась Катя. – Или улетели?
– Похоже на то, – пробормотал Дима. Он тоже был удивлен.
Катя и Дима постояли несколько минут, глядя на следы.
– Мне кажется, они не скоро вернутся, – сказала Катя. – Пошли-ка на станцию.
Глава семнадцатая
Катя, Дима и мертвая девушка
Молодого эльфа узнать нетрудно – пакостит очень неуклюже.
Дима и Катя, не особо торопясь, пошли обратной дорогой в сторону железнодорожной станции. Туман, как будто исполнив свою роль, стремительно таял. Скоро от него осталась только сизая дымка у самой земли. Верхушки деревьев золотило солнце. Катя подумала, что такое нежно-голубое небо бывает только сразу после рассвета. Лахта просыпалась; тут хлопали дверью, там бранились, где-то заводили машину… Несмотря на ранний час, на станции уже толпился народ.
– Ты куда сейчас – домой? – спросил Дима. – Хочешь, провожу?
Катя посмотрела на Диму и решила, что домой ей не хочется.
– Может, погуляем? – предложила она. – Смотри, какое небо. Днем жарко будет.
– Давай, погуляем, – сразу согласился Дима. – Здесь?
– Ну, я не знаю. Можно и здесь. А купаться тут где-нибудь можно? Только не в том озере…
Дима немного подумал и предложил:
– Пошли пока по этой улице, вдоль железной дороги. Пройдемся до Ольгино, ты ведь не торопишься?
Катя не торопилась.
Справа высились розовые от солнца сосны, а в зарослях рябины прятались дачи; слева, за железной дорогой и почти пустым шоссе, чернел густой лес.
– Лахта плавно перетекает в Ольгино, – пояснял Дима. – А дальше начинается довольно приятный лес. Где-то там, в самой чаще, заброшенный карьер. Я в детстве с отцом туда купаться ездил. Правда, давно. Последний раз – лет пять назад.
– И что там, хорошо?
– Потрясающе. Представь себе синее-синее озеро с крутыми берегами. Со всех сторон – бор. Сосны, черника, земляника… Посреди карьера – песчаные островки. А на них цветет алый иван-чай. Переплывешь на такой островок, ляжешь на спину, греешься на солнышке, смотришь на облака…
– Да, наверно, здорово, – вздохнула Катя.
– Мы с отцом туда один раз ездили с палаткой, – продолжал Дима. – С ночевкой. Мне тогда лет десять было. Вечером костер жгли, рыбу жарили. Может, потому так и запомнилось, а на самом деле и нету там ничего особенного…
– А кто твой отец? – спросила Катя.
– Он врач. Точнее, фармацевт. У них небольшая фирма – витамины выпускают, биодобавки всякие. Мама тоже врач, она вместе с ним работает. А твои родители кто?
– Мама – учительница, а папа… – Катя задумалась. – Ну он, в принципе, инженер, но работает не по специальности – мастером на мебельном производстве. Зато деньги зарабатывает. Учитывая, какая безработица у нас во Пскове, это очень даже неплохо.
«Надо бы им все-таки позвонить, – подумала она. – Сказать, что провалилась…»
Разговаривая о всякой всячине, Катя и Дима шли вдоль железной дороги, пока не уткнулись в глухой забор. На заборе что-то было написано по-фински.
– Ну здрасте, – огорчился Дима. – Это что за новости?
– Перейдем на ту сторону, – предложила Катя. – Я вижу, там тоже дорожка.
Катя и Дима пересекли железную дорогу, перебежали через шоссе. Велосипедная дорожка, которую заметила Катя, шла возле самой трассы, по краю мрачного сырого леса. Через несколько сотен метров она свернула влево и потерялась между елями. Катя в нерешительности остановилась.
– В чем дело? – спросил Дима.
– Мы же вроде собирались на карьер…
– Знаешь, там теперь все перекрыто, а через лес я, боюсь, не найду. Да и сыро, еще роса не сошла. Пошли дальше.
– Как-то меня этот лес не вдохновляет.
– А это не лес. Это Петровский лесопарк. Вполне цивильное место. Сюда люди из города гулять приезжают, воздухом дышать, грибы собирать…
– Здесь нет грибов, – возразила Катя. – Разве что мухоморы. Посмотри, тут же сплошной ельник и папоротники.
– Ну не знаю, я не спец. Зато тут нормальные дорожки.
Катя посмотрела под ноги и обрадовалась.
– Тут есть лошади! – сообщила она, указывая на глубокие отпечатки копыт. – Обожаю лошадей!
– Я слышал, где-то здесь есть конюшня, – сказал Дима. – Можно взять лошадей напрокат. Хочешь?