Страница 6 из 25
Морские просторы на суше! Это на «новых землях»! Можно ехать не один день и не встретить селения. По этим степям носились когда-то полчища древних монголов. И серебристые травы били по животам лохматых лошадей. Ни морскому, ни лесному воздуху не сравниться с воздухом степей. Он так же чист, как в океане, так же напоен живительными запахами, как весенний лес, но не почувствуешь в нем сырости и прели. Только моряк и житель степей ощущают всю необъятность мира, который хочется пересечь из края в край.
Казахстан- страна привольных степей. Долгие годы лежали в ней нетронутыми десятки миллионов гектаров земли, и вот в первые же три года молодые энтузиасты подняли почти 20 миллионов гектаров земли, ждавшей труда, готовой давать богатые урожаи.
Земли эти считались непригодными. Еще в начале нашего века Владимир Ильич Ленин писал, что они непригодны «…не столько в силу природных свойств тех или иных окраинных земель, сколько вследствие общественных свойств хозяйства в коренной Руси, свойств, обрекающих технику на застой, население на бесправие, забитость, невежество, беспомощность». Нужно было пасть старым устоям крестьянского хозяйства, освободиться от средневековых пут сельскому труду,нужна была великая революция и социальные изменения на селе,чтобы, как предвидел В.И. Ленин, в деревне произошел «громадный подъем производительных сил, громадное повышение уровня техники и культуры». Ильич говорил тогда, что «каждый шаг вперед в земледельческой технике и каждый шаг в развитии действительной свободы населения создает не только возможность добавочных вложений труда и капитала в старые земли, но и возможность утилизации «необъятных» количеств рядом лежащих новых земель».
И вот на новые земли, о которых говорил Ленин, пришли теперь люди, освобожденные от былых оков,- более трехсот тысяч энтузиастов. Они вооружены новыми представлениями о труде как о деле чести, доблести и геройства. Новая техника, которой управляют эти энтузиасты, стократ умножает силы человека, помогает творить чудеса без чудес, осваивать необъятные пространства с такой быстротой, о которой несколько десятилетий назад люди и мечтать не могли.
Первая борозда. Тракторы! Это их разгружали комсомольцы в лютый сибирский мороз на занесенной снегом железнодорожной станции! Это их изучали они по чертежам, сидя в холодных землянках при свете керосиновых ламп, это на них, на непокорных пока им стальных конях, неумело передвигая рычаги, пробовали новоселы свою силу, это на них прокладывали свои первые борозды…
Каким праздником для всей комсомольской братии была каждая такая борозда!
Все вышли тогда в поле, собрались на «земле молодости». Здесь и москвичка с завода малолитражных автомашин, похожая на Зою, здесь и дивчина с Полтавщины, здесь и слесарь с московского завода, командовавший разгрузкой состава в буран… Здесь и первый тракторист нового совхоза, первый не потому, что он лучше всех, а потому, что он поведет в степь первый трактор, проложит за горизонт первую борозду…
Взревел двигатель, загрохотали гусеницы, радостно закричали ребята… Двинулся трактор, врезался в целину металл, вскипела за трактором черная тучная волна… Побежали комсомольцы вдоль первой в степи пахоты, побежали, обгоняя друг друга, запевая песню:
Вперед, заре навстречу,
Товарищи, к борьбе…
Древко знамени легко вошло в сочную землю.
Мы молодая гвардия рабочих и крестьян!
Все уменьшался силуэт машины, скоро перевалит трактор за выпуклую линию горизонта… Только к вечеру вернется радостный паренек с обветренным лицом, вернется, прокладывая последний километр бесконечной, как степные дали, первой борозды…
За все тысячелетия, сколько лежит здесь нетронутой дикая земля, не знала она такой могучей силы.
Да, могуч новый пришелец степей!… По плечу ему изменить их лицо, преобразить их, подчинить себе…
Могуч этот новый человек своей вечной молодостью, кремневой волей, любовью к жизни, страстью к борьбе, могуч он несравненной техникой, которой сумел овладеть!
Рабочие государственного предприятия в степи, молодые рабочие юного совхоза, собрались в землянке поздно вечером после прокладки первой борозды. Никому не хочется спать! Хочется мечтать о будущем, представить степь сначала черной, а потом золотой, с гордостью поговорить о стальных своих конях, о тракторах, выспросить о них все, узнать, кто их построил, кто выдумал.
КОМСОМОЛЬСКИЙ ОКЕАН
В Голландии существует замечательная поговорка: «Бог создал мир, а Голландию — голландцы».
Недавно мне привелось побывать в этой интересной стране.
Автомашина мчалась по равнине. Направо и налево простирались возделанные поля, аккуратно квадратные, размежеванные каналами. С самолета вся страна, кажется шахматной доской. Через равные расстояния попадались почти одинаковые здания ферм с огромными покатыми крышами, под которыми размещались не только комнаты фермеров, но и скотные дворы и даже сыроварни.
Вдоль голландского шоссе рядом часто идет судоходный канал (с уровнем воды выше, чем асфальт шоссе), железнодорожное полотно и обязательно специальная дорожка для велосипедистов. Велосипедистами являются почти все жители Голландии — от десятилетнего мальчугана до семидесятилетней старушки.
Голландия — страна ровная: ни гор, ни лесов там нет. Есть где разгуляться морским ветрам, которые испокон веков крутят знаменитые ветряные мельницы, ставшие неотъемлемой частью голландского пейзажа.
Мы мчимся по равнине. Но что это возвышается перед нами? Какой-то странный холм. Словно огромный стол, стоит он среди равнины. Продолговатый, сверху плоский, покрытый деревьями, каких нигде нет вокруг, с крышами домов среди зелени.
Подъехали ближе. Очень странно! На крутом склоне холма видны полуразрушенные деревянные сооружения, которые в старину строились для защиты от морских волн. Старые причалы и… даже (на трехметровой высоте) просмоленная корма лодки…
Перед нами остров Шокланд- бывший остров бывшего моря- на равнине, отгороженной ныне от Атлантики грандиозной дамбой, строителю которой, инженеру Лели, голландцы поставили памятник. Равнина с возвышающимся на ней «островом» — бывшее морское дно. Это так называемый «польдер» — голландская целина, отвоеванная трудолюбивыми людьми у моря, точно так же, как отвоевали раньше у болот их предки почти всю эту страну.
Значительная часть Голландии расположена ниже уровня моря, от которого она защищена грядой песчаных дюн. Там, где дюны ненадежны, голландцы издавна сооружают искусственные плотины. Защищаясь от морских вод, они перекачивали воду из канала в канал с помощью своих знаменитых ветряных мельниц и вместе с тем осушали болота, создавали земли, удобные для сельского хозяйства. С тех пор и говорят голландцы: «Держи ноги сухими».
Непрекращающаяся борьба с водой сделала голландцев наиболее энерговооружеиными уже в ту пору, когда ездил к ним учиться Петр I.
Борьба со стихией шла, однако, с переменным успехом. В конце XII века разразился небывалый по силе шторм и море прорвало дюны, устремилось в глубь страны… Было бы трудно представить все ужасы того наводнения, если бы не было фотографий подобного же несчастья, вызванного гитлеровцами (в канун своего краха и капитуляции), взорвавшими «на прощание» дамбу. Наводнение затопило плодородный польдер с городами и фермами… Упорные голландцы ликвидировали последствия злодеяния фашистов.
Год за годом они осушают морской залив, существовавший 700 лет, отвоевывают у моря «целину». С географических карт стерто название залива. Он стал озером и получил имя от впадающей в него реки Эйзельмеер. Но и озеро, из которого непрерывно выкачивают воду, мелеет, уступает земледельцам свои берега. Берега эти на полтора метра вглубь пропитаны солью. Но сооруженный искусными мелиораторами дренаж позволяет дождям промыть почву, сделать ее плодородной.