Страница 26 из 87
Девушка поднесла платок ко рту, крепко сжала его зубами.
— Я побывала по обоим адресам, которые дал мне Рене, — продолжала она, — по никто там не знает моего отца. Может быть, Рене солгал или напутал? Нет, не может быть. Он совершенно точно назвал фамилию отца. Где мне теперь искать его? Если мне не повезёт, то как дальше искать? У них зверская полиция, служба сыска.
Не снимая рук с руля, Фан Тхук Динь внимательно и спокойно слушал девушку. Пока она говорила, он не перебивал её ни единым словом; он молчал даже и тогда, когда она умолкала. Закончив рассказ, Ханг уже была готова заплакать, но он улыбнулся.
— Чему ты улыбаешься? — спросила она удивлённо. — Ну скажи что-нибудь, успокой меня. Может быть, Рене соврал мне? Не приложу ума, где можно найти отца, что делать? Я очень за него беспокоюсь.
Лицо Диня по-прежнему сияло от улыбки.
— Успокойся, — сказал он. — Возможно, Рене не лжёт. Но если всё, что он сказал о твоём отце, правда, то ты должна радоваться. Ведь ты уже предупредила его об опасности.
— Как это? — снова удивилась девушка. — Я его даже не видела. Ведь по обоим адресам мне сказали, что ничего не знают об отце, что я ошиблась.
— Ты очень взволнована и поэтому ещё но успела до конца осознать все стороны дела. Я хочу тебе задать вопрос: люди, которых ты спрашивала об отце, но не назвала им пароль, разве они уже не предупредили его об этом? — Глаза Ханг радостно засветились. Динь продолжал: — Конечно, ты больше не поступай так наивно. Теперь я тебе задам второй вопрос: если ты была на явке, которой пользуется отец, и там тебя, постороннего человека, не связанного с их организацией, видели, то возникает вопрос, может ли отец оставаться на этой квартире? Или же он, как только узнал, что явка раскрыта, немедленно сменил место проживания?
— Верно! — чуть не закричала от радости Ханг. — А я даже не подумала об этом. У меня совсем помутилось сознание. Знает ли отец, как я волнуюсь за него? — Постепенно она стала успокаиваться, продолжая от волнения перебирать в руках платочек.
— Итак, — тихо сказал Динь, — отцу уже всё известно. Рене тоже знает, что он предупреждён. Отец найдёт способ избежать ареста. Теперь ты можешь возвращаться домой, отдохнуть и больше ни о чём не беспокоиться.
Машина свернула на улицу Во Зи Нгуи. Ханг всё ещё дрожала от испуга и радости. Динь как бы невзначай спросил её:
— Рене не говорил, когда он вернётся во Францию?
— Он сказал, что не позднее чем дней через десять.
— В Сайгоне он живёт по старому адресу?
— Нет, он живёт в гостинице «Мажестик», номер «двадцать восемь».
Машина остановилась перед домом Ханг. Динь быстро вышел, открыл дверцу.
— Заходи в гости, — пригласила его Ханг, выходя из машины.
— Извини, в другой раз. Сейчас ты должна отдохнуть. Спокойной ночи. Встретимся завтра.
— Спасибо, — сказала она, ласково посмотрев на него, — Если бы не ты, то эта ночь была бы самой страшной в моей жизни.
Как только Тхюи Ханг вернулась домой, Фан Тхук Динь снял с себя маску спокойствия и равнодушия. Он увеличивал и увеличивал скорость, направляясь к гостинице «Мажестик». Поставив машину на стоянке, он быстро прошёл через автоматические двери в здание, приблизился к столику, за которым сидела дежурная. За её спиной находился ящик с пронумерованными полочками. На одних из них лежали ключи, другие были пусты. Он посмотрел номер «двадцать восемь». Ключа на полочке не было. «Значит, Рене здесь», — подумал он и сказал девушке:
— Я хотел бы увидеть господина Рене из двадцать восьмого номера.
— Поднимитесь, пожалуйста, на второй этаж и поверните налево, — отозвалась девушка, очаровательно улыбнувшись.
Он прошёл мимо лифта к лестнице. Если Рене ещё не спит и надумает погулять, он непременно будет спускаться по лестнице. Мимо него прошла ярко накрашенная девица. Она вызывающе посмотрела на Фан Тхук Диня. Поднявшись на второй этаж, Динь остановился у двери в комнату № 28. Он вновь стал спокойным, уверенным. Из-за слегка открытой двери раздавалось какое-то невнятное бормотание на французском языке. В комнате находился молодой мужчина лет тридцати. Он был одет в пижаму.
— Добрый вечер, господин Рене, — сказал, входя в номер, Фан Тхук Динь. — Прошу извинения, что пришёл навестить вас в столь поздний час. Вы заняты?
Узнав Фан Тхук Диня, Рене широко открыл дверь.
— Здравствуйте, господин Динь, — сказал он. — Нет, я не занят. Каким счастливым ветром занесло вас ко мне? Прошу, заходите…
Номер, который занимал Рене, был светлый, просторный. Рене жестом руки пригласил гостя сесть. Достал хрустальные бокалы.
— Немного мартини? — предложил он.
— Рад встрече с вами.
— Господин советник занят? — спросил Рене, отпив глоток мартини. — Да… были дни, когда вы, тогда ещё бедный студент, бродили по Парижу. А теперь вы советник, доверенное лицо президента. Для меня великая честь, что вы не забыли такого маленького человека, как я.
Они чокнулись бокалами.
— За ваше здоровье!
— За успехи на вашем жизненном пути, — сказал Рене. Он сел в глубокое кресло напротив Диня, поставил бокал на стол. — Вы разыскали меня в такой поздний час. У вас наверняка есть ко мне какое-то срочное дело.
— Да, — ответил Фан Тхук Динь напрямик! — Так же как в Париже, когда вы разыскивали меня. Мне понравился откровенный разговор, который тогда состоялся между нами.
— Тогда я нуждался в вас и поэтому пришёл к вам, — сказал Рене, улыбаясь. — А теперь, я уверен, вы нуждаетесь во мне. Могу ли я быть вам чем-нибудь полезен? Вам, видимо, необходим специальный рейс самолёта нашей компании? — осторожно допытывался Рене.
— Правы те, кто говорит, что французы любят шутку, — сказал Фан Тхук Динь, рассмеявшись. — Я думаю, вам хорошо известно, что для меня организовать спецрейс не проблема. Нет, господин Рене, меня привело к вам другое. — Он посмотрел прямо в лицо Рене и сказал: — Позвольте мне быть предельно откровенным с вами. Я хочу купить у вас список кадровых работников Вьетконга, работающих в Сайгоне — Шолоне.
— Откуда вам известно об этом списке? — спросил Репе, слегка побледнев.
— Неважно. Вы должны только знать, что мы хорошо заплатим.
Рене молчал.
— Теперь вам этот список не нужен, — продолжал Фан Тхук Динь. — Ведь французы уходят из страны. Вы скоро вернётесь во Францию. И, я думаю, вам понадобятся деньги, чтобы открыть своё дело и обеспечить себе хорошее будущее. Какая будет для вас польза, если вы передадите этот список своему руководству? Если же вы его не передадите, то ваш авторитет в глазах руководства тоже не упадёт. Я думаю, мы должны сойтись. Нам нужен этот список, а вам нужно открыть дело во Франции…
Рене подлил вина в свой бокал и разом осушил его. Он продолжал молчать. Фан Тхук Динь достал сигарету из лежавшей на столе пачки, закурил.
— Я думаю, вам не следует долго размышлять, — продолжал он. — Сделка, которую я предлагаю, не нанесёт ущерба Франции. Если вы не продадите нам этот список, то мы будем искать возможности обесценить секрет, который вы храните. Честно говоря, уже тот факт, что нам известно о наличии у вас этого списка, существенно обесценивает значение вашей тайны. Я уверен, господин Рене, что вы ещё раз захотите вернуться во Вьетнам и вам будет нужна наша помощь…
— А для кого вы покупаете этот список? Зачем он вам? — спросил Рене.
— Дорогой друг, — рассмеялся Фан Тхук Динь, — в принципе вам не следовало бы задавать подобного вопроса. Но коли вы хотите знать и в подтверждение моего к вам расположения, я скажу: это задание дал мне президент Нго Динь Дьем. Мы используем этот список для тех целей, которых вы не смогли добиться.
— А если о списке спросит моё руководство?
— Будьте спокойны. Вы можете сохранить у себя оригинал. Мы обеспечим потную секретность. Я только попрошу, чтобы вы передали список своему руководству, если вы решите это сделать, неделю спустя после того, как вручите его мне. Давайте договоримся, что мы сдержим слово.