Страница 4 из 96
Я молчал, оглядевшись в поисках часов. У него их не было, вот ублюдок.
— Так, несколько лет назад, когда я выступал на конференции в Европе, позвонила моя жена и начала утверждать, что стен в прачечной пульсируют. Именно так она и сказала. Пульсируют, словно живые. Она описывала это как гудение, которое едва ощущалось в комнате. Я предположил проблему с проводкой. Её это… Скажем так, возмутило. Через три дня, как раз перед тем, как я собирался ехать домой, она позвонила еще раз. Ситуация ухудшилась. Теперь гудение в стене стало уже слышимым уже во всем доме. Она не могла уснуть. Она чувствовала вибрацию, как будто что-то неестественное готовилось прорваться в наш мир.
На следующий день я вернулся домой, где обнаружил свою жену сильно расстроенной. Я сразу же осознал, почему мое предположение о неисправной проводке было столь оскорбительными: это был звук чего-то живого, чего-то огромного. Так что несмотря на буквально валившую меня с ног усталость и смену часовых поясов, я не придумал ничего лучше, чем пойти в гараж, взять инструменты и вскрыть стену. Угадайте, что я там обнаружил.
Я не ответил.
Угадайте!
— Я не уверен, что хочу знать.
— Пчелы. Они построили целый улей стене, от пола до потолка. Десятки тысяч пчел.
Его лицо озарилось от рассказа этого забавного анекдота. А почему бы и нет? Ему же за это платят.
— Так что я одел перчатки и шляпу, обмотал лицо жениным шарфом и облил улей инсектицидом. Я убивал их тысячами. Только потом я осознал, что пчелы достаточно ценны, и местный пчеловод действительно приехал и забрал весь улей совершенно бесплатно. Наверное, он бы и сам мне доплатил, если бы я не поубивал так много в самом начале.
"Хм..."
— Понимаете?
— Да, ваша жена думала, что там чудовище, а оказалось, что это пчелы. Так что и моя маленькая проблемка наверное тоже всего лишь пчелы. Не о чем волноваться.
— Боюсь, вы не поняли. В тот день оказалось, что очень могучий и чрезвычайно опасный монстр существует на самом деле. Спросите у пчел.
За 36 часов до Вспышки
— Видишь меня? – спросил я.
— Ага, - ответила веснушчатая рыжая девчонка на экране моего ноутбука. У Эми Саливан были собранные в хвостики волосы, которые я любил, и огромная ироничная футболка с небрежно намалеванным орлом и американским флагом, которую я ненавидел. Она была на ней словно палатка.
— Как прошел сеанс? – спросила она.
— Господи Иисусе, Эми, нельзя начинать разговор со своим парнем с вопроса о том, как прошел его назначенный судом сеанс психотерапии. Такое нужно смягчать.
— Ой, извини.
— Это чувствительный вопрос.
— Ладно, забудь.
— Приедешь на День Благодарения? – спросил я.
— Ага. Скучаешь, да?
— Ты знаешь, что я не могу быть сам по себе.
— С тобой все будет нормально? - сделав паузу на очередной глоток чая, спросила она, - Не по поводу психотерапии, а вообще?
— Твоей, эмм, соседки по комнате нету?
— Нету.
— Окей. Да, все нормально. Все тихо.
— Оно напугало меня, той ночью, - сказала она.
— Знаю, что напугало.
— Такого давно уже не было…
— Знаю.
— Если снова произойдет что-то такое…
— Я снова выстрелю в него из арбалета. Я же говорил.
— Ты говорил со своим врачом об этом?
— Тоньше, Эми.
— Ну, мне любопытно.
«Как я умудрился найти девчонку, у которой еще хуже с общением, чем у меня самого»?
Она снова отхлебнула из чашки и выскользнула из кадр. Ей приходилось держать чашку на весу левым запястьем. Обрубок на месте ей левой кисти. Подростком, еще до того как мы познакомились, она попала в аварию. Она лишила Эми левой руки и родителей, наградив хроническими болями в спине и титановым стрежнем в позвоночнике. Она отказывалась сделать протез, потому что считала, что они выглядят «жутко». Но считал, что с титановым стержнем и механической рукой она была бы примерно на 10 процентов киборгом, что я находил весьма возбуждающим.
Мы с Эми «встретились» в старших классах, на специальных занятиях для детей с расстройством «поведения». Что мне, что ей там было не место, но она была там из-за того, что под действием обезболивающих укусила учителя, а я – по чистому недоразумению (задира доставал меня до тех пор, пока я не набросился на него и не выколол глаза – ну вы знаете, какими бывают дети). Наш волшебный роман начался с полного взаимного игнорирования на протяжение пяти лет, когда я знал её лишь по грубому прозвищу, данному каким-то мудаком. Однажды нас с Джоном в качестве одолжения попросили расследовать её исчезновение. Не такое уже трудное дело, оно заняло всего пару дней, чтобы докопаться до истины (её похитили чудовища).
Отставив в сторону чай, она спросила: " Так какой он из себя, этот психотерапевт?"
— Все как в кино, Эми. Они стараются разговорить тебя и ждут, что ты скажешь, будто тебя посетило озарение, - ответил я. Подумал секунду и добавил, - И это была она а не он. Ей примерно двадцать два. Грудастая. Она постоянно сводило все к сексуальным намекам. Как она сказала, врач должен держать руку на пульсе, и схватила меня за пах. Потом мы трахались на столе, а там и время кончилось.
— Как я и говорил, все как в кино, - добавил я, пожав плечами, - Анальный Психиатр 6.
Она вздохнула и отхлебнула еще чаю.
— Ну, думаю, ты не особо по мне скучаешь.
— Погоди ка… Мы что, не должны заниматься сексом с другими людьми, Эми? По-моему, мы о таком не договаривались.
Она не ответила и не засмеялась, и я продолжил:
— Да ладно тебе, ты же понимаешь, что если одному из нас захочется с кем-нибудь переспать, то тебе с этим будет куда проще. Я - чокнутый парень, который видит монстров и стреляет в разносчиков пиццы. Ты – очаровательная рыженькая. Тебе достаточно зайти в мужское общежитие колледжа и сказать: «Я женщина. Я хочу секса», и тут же два десятка парней выстроятся в очередь с розами и всем таким дерьмом. А мне придется постараться.
— Почему вы, парни, всегда так говорите? Для девчонок это также сложно.
— Ерунда. В каждом баре полно парней, отчаявшихся с кем-нибудь переспать и полно девчонок, отчаявшихся отбиться от своры похотливых мужиков. Это просто так и есть, это биология. Для девчонок все намного проще.
— Это просто невозможно. Гетеросексуальный секс подразумевает одного мужчину и одну женщину. Это значит, что мужчины и женщины получают секса поровну. А это значит, что количество шлюх и отчаявшихся с каждой стороны одинаково.
— Так… Не может быть.
— А ты подсчитай, - пожала она плечами.
— И да, чтобы снять этот вопрос, я скучаю по тебе.
"Я знаю."
— Без тебя некому портить мне кино.
Эми обладала сверхчеловеческой способностью найти в любом фильме один изъян, после чего этим фильм уже нельзя будет смотреть с тем же удовольствием, что и раньше. Во время марафона фильмов Джорджа Лукаса на выходных, она объяснила мне, что если бы Индиана Джонс остался бы дома, то это никак бы не отразилось в мире: нацисты все равно открыли бы ковчег и испарились. Затем, во время просмотра Звездных Войн, она поставила кино на паузу, когда один из персонажей назвал истребитель Люка Икс-вингом, что, сказала она, было совершенно невозможно, поскольку это название основано на форме английской буквы Икс, которую жившие давным-давно обитатели далекой-далекой галактики никак не могли видеть. Господи Иисусе, в моем описании она просто стерва.
— Как твои занятия? – сказал я в камеру, - Уже дошла до той части, где учат делать вирусы? А то я знаю людей, которым я бы хотел их послать.
— Если под «вирусом» ты понимаешь программу, которая случайно вешает всю операционную систему, когда ты пытаешься её запустить, в таком случае, думаю, все, что я до сих пор делала, может им считаться. О, а ты знал, что можно хакнуть телефонный коммутатор при помощи свистка из коробки с хлопьями?
— Эм, если это какой-то хакерский слэнг…