Страница 23 из 41
Среди публичных шагов Совета старейшин летом 2008 г. можно отметить митинг в Нальчике 29 июня. Относительно новыми моментами в митинговой риторике были следующие. Во-первых, критика ораторов в первую очередь была нацелена не на высшее руководство республики, а на силовиков (что можно объяснить продолжающимися судебными делами против Совета). Во-вторых, декларировалась солидарность с теми представителями республиканского казачества, которые также, по словам митинговавших, сталкиваются с несправедливым отношением со стороны правоохранительных органов. В-третьих, критике подвергся принятый накануне, 26 июня, Народным собранием Кабардино-Балкарии Закон о выборах, согласно которому новый состав Народного собрания выбирается исключительно по партийным спискам.
На таком фоне осенью 2008 г. в балкарских районах произошло событие, сравнимое по резонансу с происходившим в Тырныаузе в 2005 г. Оно имело место 15–17 сентября возле балкарского села Кенделен в Эльбрусском районе. Через село должны были проехать участники конного похода, посвященного 300-летию Канжальской битвы, в ходе которой кабардинцы победили войска крымского хана. Вдохновителями похода выступили несколько национальных организаций. Жители Кенделена двое суток не позволяли участникам похода проехать через село, заблокировав единственную дорогу. Республиканские власти однозначно встали на сторону всадников: высокопоставленные чиновники правительства и администрации президента республики выезжали на место и добились разблокирования дороги, а Каноков, ранее подписавший распоряжение о праздновании юбилея Канжальской битвы, публично осудил поведение жителей Кенделена. Программа празднования в итоге была исполнена до конца, однако процессия направилась в объезд Кенделена, установив памятник битве недалеко от села.
Кенделенские события были примечательны тем, что в них участвовали не только политически ангажированные личности, но и обычные жители балкарских предгорий. Причем, в отличие от событий в Тырныаузе в 2005 г., на этот раз массовое выступление не было напрямую связано с какими-либо практическими, значимыми в повседневной жизни проблемами, а касалось далекой истории, а точнее, идеологии, формируемой вокруг реальных или вымышленных исторических фактов. Правда, можно сказать, что здесь в одной точке сошлись и мотивы, издавна волнующие балкарскую национальную интеллигенцию, и обстоятельства, «задевающие» простых сельчан. Последние, судя по рассказам очевидцев кенделенских событий, были недовольны планами строительства монумента Канжальской битве поблизости от села. Это напрямую связывалось с отторжением от села так называемых «межселенных территорий» (см. раздел 5.2 настоящей главы). Недовольство же кенделенским «походом» со стороны балкарской интеллигенции носило более комплексный характер. Прежде всего, балкарские авторы, отметившиеся публикациями (в основном в Интернете) по поводу юбилея, ставили под сомнение саму значимость этого события, масштаб победы над крымским ханом, приводили доводы в пользу того, что роль крымского хана и после его поражения в Канжальской битве в 1708 г. оставалась на Северо-Западном Кавказе весьма значительной.[25]
Однако претензии этим не ограничивались. Юбилей стал поводом выразить протест против общего преувеличения, с точки зрения некоторых балкарских авторов, роли Кабарды в истории Северного Кавказа. Процитируем комментарий заместителя председателя Совета старейшин балкарского народа Руслана Бабаева, опубликованный в Интернете по горячим следам кенделенских событий 23 сентября: «Следует учесть, что Кабарда, по мнению этих же историков [пропагандирующих юбилей Канжальской битвы. — К.К.], в те времена представляла собой не просто рядовое государство, а «империю», включавшую в себя подвассальные народы…» Такое мнение, на взгляд Бабаева, «так вскружило головы околонаучной молодежи, что норовит стать нехорошей закваской для конфликтных ситуаций в регионе». Причем, с точки зрения этого представителя Совета старейшин, позиция его оппонентов совпадает с точкой зрения властей республики: «Это идеологическая платформа для нынешнего руководства КБР для оправдания экспансионистских устремлений…» Интерпретация событий 300-летней давности, которая вызвала недовольство у только что процитированного автора, была представлена в официальной «Кабардино-Балкарской правде».[26]
Активизировавшийся осенью 2008 г. спор о роли разных народов в истории Кабардино-Балкарии прошлых веков и о том, какой из них раньше оказался на ее территории, в действительности идет в местной научной среде как минимум с 1930-х гг. Политическое значение этого спора очевидно хотя бы по тому, как он ожесточился после 1957 г., когда балкарцы, вернувшиеся из сталинской депортации, «отвоевывали» себе статус коренного народа республики, какового они лишились в трудах официальных историков сталинского периода.[27] Протестующие против празднования юбилея Канжальской битвы фактически утверждали, что теперь республиканское руководство вынуждает их заново решать эту же задачу. Для понимания событий в Кенделене, возможно, особое значение имеет то, что некоторые теории считают балкарцев и близкородственных им карачаевцев переселенцами из Крыма — потомками крымских татар[28] (такие теории разделяются далеко не всеми современными историками).
Таким образом, кенделенские события затронули старые, но от этого не менее уязвимые болевые точки — возможно, вопреки замыслу организаторов конного похода (заметим, что это был далеко не первый конный поход, проводившийся черкесскими организациями). Эффект этих событий распространялся не только на балкарское, но и на кабардино-черкесское национальное движение. Например, руководитель кабардинской национальной организации Кабардино-Балкарии «Адыгэ-Хасэ» Магомед Хафицэ в октябре 2008 г. заявил СМИ, что события в Кенделене «сплотили все адыгские национальные движения и организации, народ».
При этом позиция Совета старейшин балкарского народа по кенделенским событиям получила серьезную поддержку с тех сторон, откуда Совет раньше ее не получал или получал в гораздо меньших масштабах. Так, еще до окончания противостояния в Кенделене, 16 сентября депутат Государственной думы балкарец Михаил Залиханов направил на имя президента РФ Дмитрия Медведева телеграмму, в которой назвал складывающуюся в республике ситуацию «чрезвычайной» и заявил, что создается новый очаг «противостояния». «Популяризация псевдоисторических событий, провоцирующих «адыгский» сепаратизм; популяризация идеи создания «Великой Черкессии от моря до моря» — такая политика, по замыслу ее авторов, должна привести в конечном счете к отделению Кабарды от России и разрушению Российского государства», — утверждал депутат Госдумы. Его выступление наверняка воодушевило балкарских активистов, так как ранее этот депутат в целом избегал конфликтов с республиканской властью.
Возможно, более существенным фактором стала поддержка протестов Совета со стороны казачьих организаций Кабардино-Балкарии, а также со стороны руководимой Беппаевым общественной организации «Алан», в этот раз не противопоставлявшей себя балкарской оппозиции. Казачьи представители присутствовали и выступали на съезде Совета старейшин в Нальчике 11 октября. Съезд прошел на улице (здание балкарского театра, где его планировалось проводить, оказалось закрытым[29]) и вновь озвучил вопрос об отделении Балкарии от Кабарды. В итоговом документе съезда о кенделенских событиях ничего не сказано, однако наблюдатели были согласны в том, что съезд во многом был реакцией именно на празднование боевой годовщины.
Резолюция съезда, по сути, повторяет требования балкарских форумов начала 1990-х гг.:
«а) Восстановить принципы образования Кабардино-Балкарии на условиях Постановления ВЦИК РСФСР от 16.01.1922 г.
б) Во исполнение Федерального закона «О реабилитации репрессированных народов» завершить до 1.02.2009 г. полную территориальную реабилитацию репрессированного балкарского народа, имея в виду восстановление (в пределах их землепользования по состоянию на 8 марта 1944 г.) всех четырех противоправно ликвидированных районов компактного проживания балкарцев…
в) Обеспечить на всей территории КБР, являющейся субъектом Российской Федерации, неукоснительное соблюдение норм Федерального законодательства, особенно Федерального закона № 131-Ф3 от 6.10.2003 г. «Об основных принципах организации местного самоуправления на территории Российской Федерации».
г) До полной реализации вышеперечисленных мер приостановить, а затем и отменить на территории КБР действие всех законодательных актов республики, противоречащих Федеральным законам, имея в виду, в первую очередь, законы КБР № 12-РЗ и № 13-P3 от 27.02.2005 г.,[30] признанные определением Конституционного суда РФ от 3 апреля и 2 октября 2007 г. противоречащими Конституции РФ».
25
О военной роли Крымского ханства на Кавказе в XVIII веке, вплоть до присоединения Крыма к России в 1784 г., см., напр.: Бобровников В.О., Бабич И.Л. (ред.). Северный Кавказ в составе Российской империи. — М.: Новое литературное обозрение, 2007. — С. 42–54. Критический анализ различных интерпретаций Канжальской битвы см. в статье В. Каширина «Еще одна «Мать Полтавской баталии»? К юбилею Канжальской битвы 1708 г.» (ИА REGNUM, 28.09.2008).
26
Ср.: Бгажноков Б. Победить или умереть: к 300-летию Канжальской битвы // Кабардино-Балкарская правда, — № 154, - 12 августа 2008 г. Автор статьи, доктор исторических наук Барасби Бгажноков — директор Института гуманитарных исследований правительства КБР и Кабардино-Балкарского научного центра РАН. В статье Бгажнокова упоминается о значимости Канжальской битвы для других народов Северного Кавказа: «Канжальская битва нашла отражение и в фольклоре балкарцев, осетин, многих других народов Северного Кавказа. «Кабарда с Крымом воюют, если Кабарда не выдержит, что нам делать», — поется в одной из балкарских песен (песня «Ачеева Ачемеза»)». Некоторые из балкарских авторов в Интернете отрицали наличие упоминаний о Канжальской битве в этом произведении.
27
Подробно об этом см.: Шнирельман В.А. «Быть аланами»: интеллектуалы и политика на Северном Кавказе в XX веке. — М… Новое литературное обозрение. 2006 (часть IV. гл. 1–3).
28
См., напр.: Тамбиев И. Карачай прежде и теперь. — Ростов-на-Дону: Северный Кавказ, 1931
29
«Кавказский узел», 11 октября 2008 г.
30
Республиканские законы 2005 г., на основании которых были введены «межселенные территории» (подробно см. раздел 5.2 настоящей главы).