Страница 22 из 41
«Официальные» и оппозиционные балкарские организации в 2007 г. соревновались друг с другом в риторике по проблеме Приэльбрусья. Дополнительным фактором напряженности здесь стало возбуждение в июле 2007 г. уголовного дела против директора национального парка «Приэльбрусье» Далхата Байдаева по подозрению в уклонении от уплаты налогов. На вышеупомянутом митинге в Нальчике 14 июля Байдаев был назван в числе «принципиальных руководителей», отстраненных властями республики от работы (дело против него было прекращено Эльбрусским районным судом 19 февраля 2008 г.). Беппаев, выступая на пресс-конференции в Нальчике 29 августа 2007 г., заявлял: «Особенно нас волнует ситуация в Эльбрусском районе республики, которая продолжает ухудшаться».
При этом Беппаев в 2006–2007 гг. многократно публично подчеркивал свою лояльность Канокову. Более того, в ряде выступлений он с разной степенью открытости проводил и такую мысль, что за балкарской оппозицией стоят силы, потерявшие власть в республике.[22] При этом нельзя исключить и того, что Беппаев и возглавляемая им балкарская организация в этот период как-то были вовлечены в не всегда простые отношения внутри администрации Канокова — иначе трудно было бы объяснить заявления Беппаева о подготовке неких нежелательных для балкарцев документов «отдельными чиновниками» в Доме правительства республики (об этом он говорил, например, на пресс-конференции в Нальчике 15 мая 2007 г.).
Вопреки ожиданиям оппозиционных балкарских активистов, по нашим оценкам, не получили значимого резонанса в балкарской среде их многочисленные выступления против празднования 450-летия присоединения Кабардино-Балкарии к России в августе 2007 г. Основной пафос этих выступлений состоял в том, что учреждение этого общереспубликанского юбилея никак не учитывает признанной историками даты присоединения Балкарии к России — 1827 г.[23] По всей видимости, население — вне зависимости от национальности — было более заинтересовано в возможных «бонусах», которые республика могла получить в связи с юбилеем, а не в исторических аспектах данного мероприятия.
Перед выборами в Государственную думу деятельность балкарской оппозиции «высветилась» в связи с межпартийным противостоянием, однако республиканским властям удалось нейтрализовать этот фактор. Напомним, что выборы тогда проходили только по партийным спискам. На начальной стадии предвыборной кампании Совет старейшин балкарского народа оказал поддержку «Справедливой России», на тот момент воспринимавшейся как «вторая партия власти». В региональном списке «Справедливой России» по Кабардино-Балкарии первоначально значился глава местного самоуправления Эльбрусского района Хизир Макитов. Республиканское руководство осенью 2007 г. гласно причисляло представителей балкарских организаций, недружественных «Алану», к своим оппонентам. Говоря на совещании в Нальчике 14 ноября 2007 г. о положении в республике накануне выборов в Госдуму, Каноков заявил, что ожидает протестных акций от СПС, а также от «Справедливой России», которую, по его словам, поддерживал Совет старейшин балкарского народа: «Не исключено, что эти партии планируют использовать мобилизационные возможности и опыт проведения протестных акций названных национальных объединений в период выборной кампании. Однако, думаю, нам удастся минимизировать либо вообще исключить подобное развитие процессов». Поскольку в региональном списке «Справедливой России» на момент выступления Канокова состоял Макитов, такое заявление было фактическим признанием того, что руководитель крупного муниципалитета рассматривается республиканской властью как политический оппонент.[24] Такое положение дел было преодолено непосредственно перед выборами: тогда Совет старейшин неожиданно объявил о поддержке «Единой России», а Макитов вышел из списка «Справедливой России», которая в итоге набрала в республике менее 1 % голосов, упустив шанс получить солидный процент в балкарских районах. Скорее всего, действия Макитова и Совета старейшин были продиктованы нежеланием становиться в оппозицию Владимиру Путину, возглавившему федеральный список «Единой России», а также существовавшими в национальных республиках умонастроениями, суть которых сводилась к тому, что в Думе необходимо иметь «своего» депутата, а этого при действующей системе думских выборов можно добиться, только соревнуясь с соседями в количестве голосов за «Единую Россию».
Как показали дальнейшие события, послевыборное перемирие было недолгим и не позволяло говорить о каком-либо серьезном соглашении между республиканскими властями и оппозиционными лидерами. Можно сказать, что в течение всего 2008 г. «балкарский вопрос» занимал в республике более значимое место и таил большие угрозы, чем в 2006–2007 гг. При этом, на фоне относительной пассивности других балкарских организаций, возрастала роль именно Совета старейшин балкарского народа. Прежде чем перейти к изложению основных событий 2008 г., перечислим те факторы, которые, на наш взгляд, стали причиной нового обострения:
1. Смена глав ряда северокавказских республик в первые месяцы работы Дмитрия Медведева в должности президента РФ (замена Мустафы Батдыева на Бориса Эбзеева в Карачаево-Черкесии, Мурата Зязикова на Юнусбека Евкурова в Ингушетии) дала надежду тайным и явным противникам Арсена Канокова на то, что и у Кабардино-Балкарии может появиться новый глава; соответственно особый импульс получили все политические комбинации, направленные против действующей республиканской власти.
2. По мере приближения выборов Народного собрания республики (март 2009 г.) активизировалась борьба в местной элите; в частности, возросла политическая активность тех депутатов и бизнесменов, которые занимали заметное положение в Кабардино-Балкарии во времена Валерия Кокова, однако позднее утратили часть влияния и столкнулись с реальным риском оказаться за бортом нового парламента.
3. Во второй половине 2008 г. началась заметная консолидация черкесских (в том числе кабардинских) национальных движений, период их явной слабости и раздробленности завершился (подробнее см. в главе «Карачаево-Черкесия»). Это активизировало и другие национальные движения, в том числе балкарские.
Первая половина 2008 г. характеризовалась нарастающей активностью Совета старейшин, новыми раундами борьбы с ним республиканских властей и снижением роли «официального» балкарского движения «Алан». Менее чем через два месяца после выборов Государственной думы, 14 января 2008 г., Совет старейшин балкарского народа был признан Верховным судом Кабардино-Балкарии экстремистской организацией и запрещен. Верховный суд России, однако, 18 марта это решение отменил, направив дело на новое рассмотрение. Одновременно в марте 2008 г. мировой суд в Нальчике начал рассматривать уголовное дело в отношении председателя исполкома Совета старейшин Балкарии Оюса Гуртуева, обвиняемого в клевете на президента республики Канокова. Дело было возбуждено еще 20 августа 2007 г. следственным комитетом при прокуратуре Кабардино-Балкарии, причем представители данного ведомства публично комментировали ход расследования, которому, очевидно, придавали большое значение. Основанием для возбуждения дела стало заявление, поданное Гуртуевым в Генпрокуратуру РФ, в котором Каноков обвинялся в экстремизме. Повторное рассмотрение дела Совета старейшин 30 мая 2008 г. было приостановлено Верховным судом Кабардино-Балкарии до принятия мировым судом решения по уголовному делу Гуртуева, что представители Совета старейшин назвали незаконным. Внимание к личности Гуртуева летом 2008 г. было увеличено и нападением, которому он подвергся 24 июля в Нальчике в подъезде дома, где живет его мать. Сам пострадавший заявил о заказном характере преступления, предположив при этом, что заказчики стоят «на несколько уровней ниже властных структур».
22
Политика Канокова по отношению к формальным и неформальным центрам власти, сложившимся до него в республике, — тема, выходящая далеко за рамки настоящего очерка. Предельно кратко эту политику на первом этапе можно было бы, на наш взгляд, охарактеризовать как попытку создать максимально широкую коалицию, в которую входили бы как люди Кокова, так и те, кто был удален от власти при прежнем республиканском руководителе. Добиваясь отставок наиболее одиозных фигур коковского окружения (в том числе из республиканских ведомств прямого федерального подчинения, включая силовые), Каноков не лишал старые «семейные» кланы их позиций в бизнесе, но при этом протягивал руку дружбы и тем представителям бизнеса, которые при Кокове были на положении отверженных — например, Адальби Шхагошеву, одному из ведущих по республиканским масштабам бизнесменов. Шхагошев, баллотируясь в Госдуму в 2003 г., испытал на себе всю мощь коковского административного ресурса и проиграл, а на выборах в Госдуму в 2007 г. вошел в республиканский список партии «Единая Россия», возглавляемый Каноковым.
23
Подробнее о юбилее, одновременно праздновавшемся в Адыгее, Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии, см. в главе «Адыгея».
24
Макитов был не единственным «знаковым» для балкарского движения персонажем в списке «Справедливой России». Первую строку в нем занимал Хачим Кармоков. в 1991–1993 гг. — председатель Верховного Совета Кабардино-Балкарии, с 1995 по 2000 г. — председатель Счетной палаты РФ, с 2001 по 2007 г. — представитель парламента Кабардино-Балкарии в Совете Федерации. Наполовину балкарец, наполовину кабардинец. Кармоков неоднократно публично выступал против изменения границ муниципальных образований в республике. Во время смены власти в Кабардино-Балкарии осенью 2005 г. полпред Дмитрий Козак предложил Владимиру Путину кандидатуру Кармокова наряду с кандидатурой Канокова. Впоследствии Кармоков достаточно жестко оппонировал Канокову и республиканскому отделению «Единой России». Среди республиканских политиков первого уровня балкарские активисты, пожалуй, симпатизируют Кармоковув наибольшей степени (причем уже достаточно давно — вот что в декабре 1991 г. писала о нем, в ту пору председателе Верховного Совета, балкарская газета «Тёре»: «Когда он (Кармоков. — К.К.) откровенен, он прав и блестящ»). Однако в ходе думских выборов не было каких-либо свидетельств того, что на сегодняшний день Кармоков обладает в республике значительными личными ресурсами влияния. Сразу после выборов Госдумы Кармоков, не поддержавший, по-видимому, декларативного перехода части балкарских лидеров на сторону «Единой России» и Канокова, лишился поста сенатора. Сейчас республиканская власть называет его в числе своих оппонентов