Страстное убеждение (ЛП)

Кэтрин не смогла бы выбрать более неподходящего времени, чтобы добавить:

- Это тот человек, который вошёл в Вашу каюту с миской молока, Джудит, якобы для того котёнка, которого Вы приютили. Он был очень удивлён, что комната не пуста, когда заметил меня, работающей над Вашими платьями.

Джудит пришла в ещё больший ужас, осознав, что Натан, вероятно, ограбил её уже давно, а после этого ещё и занимался с ней любовью. Решил совместить приятное с полезным? Или он думал, что она станет на его сторону и будет защищать, если случится что-то подобное? У него было множество возможностей за эти четыре дня, чтобы ограбить их. Она сама предоставила их ему из-за котёнка. Неужели он использовал малыша в качестве предлога, чтобы остаться наедине в её каюте? И это был идеальный предлог, не так ведь?! А она сама, не подозревая об этом, подыгрывала ему, настаивая, чтобы он приносил ей молоко. И вчера вечером он ведь не сказал, что он не был преступником. А только то, что если он им и был, то теперь нет. Он – человек, играющий со словами, и им всем досталось только потому, что она была настолько наивна, что поверила ему!

- Почему ты не сказала нам, что он был контрабандистом? - спросил Джеймс.

Щёки Джудит зарделись, и она была вынуждена признаться:

- Потому, что это были всего лишь подозрения. Я думала, что смогу проследить за ним и выведать правду.

- Он пытался купить твоё молчание, не так ли? - мягко сказала Джорджина. - Играя на твоей привязанности.

- Вы хотели сказать, соблазнил меня, чтобы я молчала?

- Ну… да.

- Я убью его! - прорычал Энтони, соскочив с дивана.

- Подождите! - выкрикнул кто-то из моряков.

Но Джеймс успел схватить своего брата.

- Не сейчас, Тони. Сначала – драгоценности, а уже потом сможешь убить его, если так захочешь.

Матрос заговорил снова, но на этот раз в голосе его различалось лишь отвращение.

- Вы, богачи, невероятно странные. Нейт – не вор. Я могу поручиться за него.

Джеймс оттолкнул Энтони назад, прежде чем повернуться к человеку.

- Как?

- Я его первый помощник, - с гордостью сказал человек.

- До сих пор? - спросил Джеймс, а затем обратился к Натану. - А сколько ещё членов моего экипажа были раньше твоим?

Натан смотрел с нескрываемой яростью, потому, что другие два матроса крепко держали его за руки.

- Только Корки, и не впутывайте его в это дело.

- Это наталкивает на мысль, что у тебя должен быть сообщник, стоящий на стрёме, как это обычно бывает. Заприте их обоих, - сказал Джеймс Арти. - Дамы не должны присутствовать на допросе.

ГЛАВА 34

- Просто пусти меня к нему ненадолго, - сказал Энтони своему брату, расхаживая по капитанской каюте. - Я выбью из него место его тайника.

Джеймс поднял бровь.

- Я думал, ты уже покончил с той обидой.

- Он ограбил мою дочь. И получит за это с избытком, - Энтони посмотрел на Джудит, сидевшую на диване между Джорджиной и Джек, которые утешали её.

Руки Джеймса были скрещены, он стоял, прислонившись спиной к двери в весьма непринужденной позе. Но он весьма очевидно блокировал выход из комнаты, и это был довольно прозрачный намёк, что пока Джеймс не позволит Энтони прикончить кого-либо.

Джеймс сказал:

- Арти прочесал весь корабль, но учитывая, что наш вор – плотник, то он вполне мог сделать специальные места для схронов, так что искать бесполезно. Но я всё ещё собираюсь дать Тремейну несколько часов, чтобы он понял, что единственный его шанс не оказаться в американской тюрьме – это сотрудничество, возврат драгоценностей и упование на наше милосердие.

- Никакой пощады, Джеймс, - предупредил его Энтони. - Вернёт он драгоценности или нет, он всё ещё вор и заслуживает того, чтобы сгнить в тюрьме. И он контрабандист. Да он будет счастливчиком, если вообще когда-нибудь выберется из заключения.

Джеймс усмехнулся.

- Янки никогда не посадят его в тюрьму из-за того, что он английский преступник. Они скорее похлопают его по плечу за это. Кроме того, наши контрабандисты не отпетые головорезы, а результат непомерно высоких налогов. Они те, кто с ними не согласен, протестующие. Можно даже сказать, что они – революционеры. Они приняли вызов и начали борьбу, чтобы помочь остальным. Воришки драгоценностей из другой породы. Они крадут лишь ради своей выгоды или когда у них нет другого выбора.

- Что, чёрт возьми, это значит?

- Пожалуйста, вспомни, что Дэнни, моя невестка и твоя племянница, была воришкой. Так что ты можешь понять, как чрезвычайные обстоятельства могут заставить кого-то делать то, что они бы не хотели делать.

Энтони фыркнул.

- Не в этом случае. Этот человек не нищий. У него есть его чёртов корабль и довольно респектабельная недвижимость в Гемпшире.

- Вот именно.

- Что? О чём ты сейчас толкуешь вообще?

- Либо одно, либо второе, Тони, но не всё сразу. Если он вор…

- Если!?

- Тогда, всё остальное, что он говорил о себе – ложь, - продолжил Джеймс. - Допустим, что он вор, который проникает в дома богатых людей, прикидываясь плотником. Он слышит о нашей поездке, и что целых четыре состоятельных семьи будут на борту, а нам в команду требуется именно плотник. Богатая нажива, и всё в одном месте. Сбывшаяся мечта воришки, не так ли? И бесплатное путешествие на новый континент, где он может ограбить ещё кого-нибудь, прежде чем вернётся домой в Англию. Всё правдоподобно. Но совсем не правдоподобно, учитывая то, что он джентри6, дворянин и вор. Этот человек должен быть чертовски хорошим лжецом. Ты понимаешь, что он никогда бы не попал под подозрение, если бы кольцо не впало из его тайника, а он этого даже не заметил когда прятал остальное. Провалить дело из-за такой беспечности. Да чёрт меня раздери, если так.

- Я просто не могу поверить, что он лгал о «Жемчужине», - включился в их разговор подошедший к ним Бойд. - Что же, он даже дал имя кораблю. И нет, меня не укачало, у меня нет морской болезни, - раздражённо добавил он, прежде чем кто-то из двух братьев даже подумал бы об этом. - Я с нетерпением жду, чтобы помочь ему вернуть свой корабль в Нью-Лондоне.

- Я что, единственный, кого он не смог одурачить? - требовательно спросил Энтони.

- Не накручивай себя, Тони, - сказал Джеймс. - Тремейн, если это его настоящее имя, не глупый человек. Он не сделал бы то, о чём ты думаешь.

Энтони не стал отрицать другие его подозрения.

- Не сделал бы?

У него хватило наглости ограбит её, поэтому, я не могу поверить в то, что драгоценности – это единственное, что он у неё украл.

- Спроси у неё, - только и сказал Джеймс.

- Чёрта с два я стану спрашивать, - неловко ответил Энтони, глядя на дочь поверх плеча Джеймса. - Это должна была сделать Рослин, но её здесь нет…

- Джордж, - позвал Джеймс. - Спроси её!

- Джордж не знает, о чём мы разговаривали, - прошипел Энтони.

- Конечно же, знает, - ответил Джеймс. - Ты хочешь сказать, что Рос не может прочесть твои мысли с такой же лёгкостью, с которой Джордж читает мои?

Джудит слышала их достаточно хорошо. Когда её отец был зол, он редко молчал об этом.

- Единственное, на что он соблазнил меня, это дружба и доверие, - глухо сказала она. - Он убедил меня в своей правоте, в том, что он невиновен. Я должна была довериться своим инстинктам. Мне не следовало доверять ему.

- Это не твоя вина, дорогая, - заверила её Джорджина. - Он кормил тебя сказками, рассчитывая на твою природную добросердечность, конечно, ты поверила, - и добавила уже специально для Джеймса. - Как и все мы. И у него было уже достаточно времени, чтобы поразмышлять над всем. Так что заканчивай с этим, Джеймс, чтобы мы смогли поскорее оставить всё это в прошлом.

***

Корабельная комната для арестованных была, скорее, комнатой в которой могли «остыть» члены команды после драки или же временным пристанищем для тех, кто получил лёгкий выговор. Она не была предназначена для длительного пребывания. Она и комнатой для арестованных-то могла называться лишь потому, что вместо двери там были железные прутья. На самом деле, это была крошечная комнатка, одна из четырёх на камбузе, в которой кок хранил мешки с зерном.