Страница 39 из 51
Восстание бывшие партизаны и белогвардейцы готовили профессионально. Область была разделена на 3 повстанческие округа: Коми-Пермяцкий, Березниковский, Надеждинский. В Пермский округ входило 22 района, в Красно-Уфимский — 18, в Свердловский — 22. Организация имела военизированную структуру, в которой первичными соединениями являлись взводы, сформированные в колхозах. На каждые 4 взвода от начальника повстанческого округа назначался уполномоченный. Для приобретения оружия был завербован председатель областного Осоавиахима Васильев, а позже и начальник артиллерии УРВО комбриг Блюм.[79]
Разоблачениями повстанцев на Урале дело не закончилось. 29 августа в Кремль поступила шифртелеграмма № 1723/ш от первого секретаря Свердловского обкома партии Столяра, в мае сменившего на посту руководителя партийной организации Кабакова. В ней говорилось: «В целях осуществления Вашего указания в строительстве Уралмаша, выполнения оборонного плана считаем совершенно необходимым снять с работы и арестовать Владимирова, тем самым предупредить возможность крупнейшей диверсии на заводе. Имеем неоспоримые данные о работе Владимирова в германской разведке. СТОЛЯР».[80]
Речь шла о самом директоре предприятия. В этот же день Ежов переслал Сталину еще одну копию телеграммы Дмитриева. Докладывая наркому «о ходе следствия по немецкому делу» на 25 августа, начальник УНКВД писал: на основании показаний арестованных «устанавливается», что уже с 1930 года спецслужбы Германии «командируют на Урал все больше агентов, ставя задачу проникновения на военные предприятия и «установления связи с контрреволюционными организациями…
Германская разведка привлекла к своей деятельности директора завода № 98 Малышева, директора Молотовского орудийного завода Премудрова, директора Верх-Исетского завода Колгуликина, директора военного завода № 10 Петрашко, директора Березниковского химкомбината Пучкова и его заместителя Рыцлина, начальника железной дороги имени Кагановича Шахгильдяна, секретаря Молотовского горкома Высочиненко, председателя Молотовского горсовета Федоренко, ряд других руководящих лиц. Широко организован шпионаж на военных предприятиях — заводах № 98, 10, 172, 19 и других».
Причем немцы не только получали сведения о характере, размере и номенклатуре производства. Чекисты раскрыли крупную диверсионную организацию, которая «ломала станки, организовывала брак и производила аварии»: на Уралмашзаводе, Березниковском и Соликамском комбинатах, на заводе № 10 и других предприятиях. Кроме того, в процессе следствия «был выявлен ряд новых организаторов поджогов на Уралмашзаводе, имевших место в 1933 году». И если ранее виновным в пожаре считали лишь германского подданного Иоста, то теперь чекисты установили причастность к этому поджогу «целой группы германских подданных» и «ряд советских граждан».
«Достоверно установлено, — сообщал Дмитриев, — директор Уралмашзавода Владимиров… является германским разведчиком. Был завербован в период пребывания в Германии в 1933 году и находился на связи с ответственным работником германского посольства в Москве Гензелем. Резидентура на Уралмашзаводе, состоявшая из 14 германских подданных, получила из-за границы для шпионско-диверсионной работы двести тысяч рублей, которые были распределены как среди немцев, так и среди привлеченных совграждан». Организаторами шпионажа являлись офицеры, «систематически приезжавшие из-за границы с заданиями рейхсвера», которые создавали «небольшие ячейки», действовавшие после их отъезда самостоятельно. «Установлено, что офицер рейхсвера Гримм, прибывший в Соликамск в 1933 году, пробыл там около года, создал необходимые связи, после чего был командирован рейхсвером в Бельгию».[81]
Конечно, утверждение о том, что руководители важных оборонных предприятий Урала оказались причастны к сотрудничеству с иностранными разведками, выглядело как сенсация. Но мог ли Сталин не верить комиссару ГБ 3 ранга, начавшему работу в органах еще в 1920 году и награжденному орденом Красного Знамени? И все-таки у Сталина, видимо, возникли какие-то сомнения, поскольку, обведя кружком перечисленные фамилии, на первом листе он написал:
«Т. Ежову. Кто же из названных лиц арестован, кто не арестован — из сообщения Дмитриева невозможно понять. Владимирова надо арестовать. Ст.». Поскольку протоколы допросов лиц, названных в сообщении, до сих пор не опубликованы, трудно сказать, какими конкретными данными располагало следствие. Поэтому приведем фрагменты телеграммы № 228 начальника УНКВД по Свердловской области, копию которой Ежов направил в Кремль 11 сентября.
«МЕМОРАНДУМ № 31019 Тов. ЕЖОВУ Из Свердловска от 10.9.37 г. В дополнение нашего № 970 доношу дальнейшие результаты следствия по делу Уральского повстанческого штаба. Установлена непосредственная связь к.р. националистической организации коми-пермяков с представителями финского правительства. Участник организации профессор Лыткин через агента финской разведки Удмуртской АССР писателя Герд связался с работником финского посольства в Москве Коонен, предложив услуги националистов» для «присоединения к Финляндии угро-финских народностей Урала».
Для согласования замыслов националистов Коонен предложил Лыткину «выехать в Финляндию», что тот и сделал, «добившись научной командировки за границу». В Хельсинки он связался «с пастором Маатенен, который устроил ему встречу с официальным представителем финского правительства. Последний одобрил планы националистов и, пообещав «поддержку повстанчеству деньгами», предложил «развернуть подготовку к вооруженному восстанию в момент «большой войны», в которую будет вовлечен и СССР».
Тот же Маатенен связал Лыткина и с офицером германского рейхсвера Шмидтом, который обещал поддержку повстанческого движения германской разведкой через «члена офицерской фашистской организации» подпоручика царской армии Даричева. На допросе Даричев показал, что по поручению полковника Эйтенера он «устроился работать в Коми-Пермлес и вошел в состав повстанческой организации», став «командиром роты повстанцев, состоящей из 4 взводов, организованных в колхозах».
Так, во взводе, организованном Даричевым в Тукачевской лесотракторной базе, он назвал «командиров взводов: бывшего командира Тяпугина, возглавляющего взвод в Купроссном колхозе; председателя колхоза кулака Постоногол комвзвода Доежского колхоза; кулака Якимова — комвзвода Крохалевского колхоза; бывшего белогвардейца технорука Тукачевской лесотракторной базы Порсева — комвзвода, созданного на базе; унтер-офицер царской армии кулак Бормотов, дезертировавший в Белую из Красной Армии… лично расстреливавший пленных красноармейцев, назвал личный состав возглавляемого им взвода, охватывающего колхозы Верховского сельсовета Кудымского района. Взвод Бормотова имел оружие: 7 винтовок, 1 револьвер, 200 патронов — все отобрано».
Далее в документе перечислялись командиры взводов и рот, созданных в десятках районов области. При этом Дмитриев обращал внимание на показания арестованного «прапорщика царской армии Мызникова», являвшегося «заместителем генерала Миончинского — начальника Надеждинского повстанческого округа». Среди уполномоченных округа командирами рот являлись: «Ивдольского района — Арапов, руководитель кулацкого восстания в 1918 году; Верхотурском — Милехин, бывший белый офицер; Новолялинском — Касьянов, бывший белый казак, трудопоселенец. Надеждинский батальон состоял из 8 взводов численностью в 25–30 повстанцев в каждом и подрывной команды».
Из показаний арестованных следовало, что основными участниками организации являлись бывшие белогвардейские офицеры, а «связи Уральского повстанческого штаба с Миончинским осуществлял бывший секретарь горкома Смирнов». В соответствии с планом вооруженного восстания, согласованным «лично Миончинским… с бывшим зам. командующего УРВО Василенко», Надеждинский «батальон должен был захватить город Надеждинск, вывести из строя заводы металлургии и военный завод № 75, взорвать электростанцию». Уже в первый день войны предусматривалось «вывести из строя заводы оборонного значения», «разрушить железнодорожные мосты через Каму, Пермь и Сарапул», организовать «срыв мобилизации путем… отравления источников питания и уничтожения железнодорожного парка на второстепенных линиях».
79
АП РФ. Ф. 3. Оп. 24. Д. 31 8. Л. 97.
80
РГАСПИ. Ф. 558. On. 11. Д. 57. Л. 59.
81
АП РФ. Ф. 3. Оп. 58. Д.254. Л. 98-103.