Страница 29 из 74
Забавно, как слово «люблю» могло растопить мою ярость.
Мышцы моего живота расслабились, как и всё тело.
Чувствуя мою податливость, он скользнул двумя руками вокруг меня и прижал к своей груди.
Когда-то я любила валяться с Люком, особенно когда он говорил, что любит меня. Однажды, мой мир вращался вокруг него. Я скучала по тем дням. Скучала по уверенности, что кто-то любит меня, и лежа сейчас, я поняла, что скучала по ответной любви со своей стороны.
— Я никогда не переставал любить тебя. Было больно, когда ты рассталась со мной. — Парень погладил рукой мою спину. Сейчас его касание казалось знакомым и правильным. Знакомое казалось правильным.
— Тогда почему так сильно давил на меня из-за секса? Почему не мог подождать, пока я не буду готова? — Моё сердце тоже разбилось, когда я бросила его, но меня тошнило от постоянных ссор. Он давил на меня каждую секунду — прося, желая большего.
— Не знаю. Я хотел узнать, каково это, заниматься сексом. Думал, если дам тебе время, мы сойдёмся через пару недель, но потом… — Благодаря моим друзьям, он знал, что случилось потом. — Можно спросить?
Я не была уверена, что хотела услышать очередной «вопрос» Люка, моё тело поднялось и опустилось с раздражённым вздохом.
— Конечно. — Почему бы и нет?
— Ты ещё любишь меня?
Я облокотилась и заставила себя посмотреть на Люка.
Действительно посмотреть: на его голубые глаза, чёрные волосы и лицо, которое я когда-то любила целовать и ласкать.
— Я всегда буду любить тебя, но я не влюблена… пока нет. Даже в самых диких мечтах я не представляла, что ты захочешь снова быть со мной после того, как я стала фриком.
Его палец погладил мою щёку.
— Ты никогда не была фриком, Эхо. Не для меня. Я провёл полтора года, ожидая, пока ты разберёшься в себе. Мой мир будто стал на место в тот день, когда ты вернулась в кафетерий. — Мои глаза расширились. Вау. Просто вау.
— Я хочу, чтобы ты снова в меня влюбилась. Думаю, нам нужно продолжить с того, на чём мы остановились. Мы должны переспать.
Я так резко втянула воздух, что громко ахнула.
— Что?
— Не сейчас, но скоро. Могу поспорить, если мы это сделаем, ты снова в меня влюбишься.
Я понимала, что походила на золотую рыбку в маленьком аквариуме, с постоянно открывающимся и закрывающимся ртом. Странно, но я добилась желаемого — я могла заняться сексом с кем-то, кто любил меня — но я забыла добавить, что хотела любить этого человека в ответ.
— Не знаю.
Он просто улыбнулся.
— Поспи. Утро вечера мудренее.
Поспать. Ах, как смешно.
***
— Святые угодники, Эхо! Ты впадаешь в зимнюю спячку на полтора года, а затем пробуждаешься с фанфарами! — Лила закончила переодевать свой церковный наряд в обтягивающий розовый свитер и голубые джинсы. — Люк признался, что всё ещё тебя любит — кстати, я же говорила! А вонючий Ной Хатчинс пытался тебя поцеловать. И ты ещё жаловалась, что умрёшь девственницей?
Я продолжала рисовать, лежа на кровати, которую Люк покинул за пару минут до прихода Лилы.
— Не особо пока рассчитывай на это.
— Ха! — Она подобрала свои золотистые волосы в хвостик. — Люк буквально молит тебя об этом, а Ной… ну, судя по тому, что я слышала, заниматься сексом Хатчинс умеет лучше всего.
— От кого слышала? — спросила я слишком быстро и со слишком большим энтузиазмом. Я упёрлась глазами в свой набросок и заставила себя продолжать работать над ним. Может, Лила не заметила мой внезапный и громкий всплеск.
Подруга плюхнулась на кровать.
— О-о-о, моя малышка Эхо влюбилась в мальчика-игрушку. Я бы с удовольствием посмотрела на него без футболки. Могу поспорить, ради таких кубиков умереть можно. Эмма из группы поддержки развлекалась с Ноем, в перерыве между своими парнями прошлым летом. Хотя, скорее, это она была у него на закуску. Девушка сказала, что он просто снёс ей крышу.
Кончик моего карандаша сломался. «Козёл, козёл, козёл, козёл. Невероятно сексуальный, очень милый козёл.»
— Та-а-ак, и кого ты выберешь? Парня, который тебя любит, или парня, которого ты хочешь?
Как такой вопрос мог прозвучать из уст кого-то столь неземного? Добрая волшебница Глинда была той ещё пошлячкой.
Смысла прятаться за своим блокнотом для набросков больше не было. Я откинула его и сломанный карандаш на тумбочку.
— Люк, может, и любит меня, но он не особо задумчив.
Лила прилегла рядом со мной и взяла меня за руку.
— Твоя правда. Он погружен в себя и узко мыслит – лишь о том, что ему угодно. Но у тебя есть к нему чувства.
— Но я не влюблена в него. — Не то чтобы я была влюблена в Ноя.
Я тяжко вздохнула. Боже упаси, если я хоть три секунды не буду думать о нём.
— Хатчинс сексуален, — сказала Лила, — но ты знаешь, что это ни к чему не приведёт. Ты только начала возвращаться к своей прошлой жизни. Если вы начнёте встречаться — это будет социальным кошмаром. Кроме того, у тебя нет к нему чувств.
Парень поделился со мной габмургером и заставил смеяться. Не вежливым подсмеиванием. Не искусственным. Громким смехом, из-за которого люди оглядывались. Из-за которого молоко носом идёт. И я рассказала ему о маме, после чего он нашёл способ поднять мне настроение.
— Эхо, — сурово сказала девушка. — Пожалуйста, скажи, что у тебя нет чувств к этому парню.
— Это не важно, — пробурчала я. — Он не пойдёт на танцы в честь Святого Валентина.
— Ага. Очень странный ответ, но сойдёт. Итак, меняем тему. Тебе нужно начать пить противозачаточные. — Уже второй раз за день у меня появились схожие черты с золотой рыбкой.
— Вовсе нет.
— Ещё как да. Ставлю свою сумку с «Большим Буддой», что ты присоединишься к остальным за обеденным столом и дело будет сделано к выпускному. Не знаю, правда, с кем. — Она тут же прошептала «Люк», прежде чем вернуться к нормальному тону. — Но тебе определённо нужно начать пить противозачаточные.
Противозачаточные? Это означало разговоры о сексе, а я считала себя счастливицей, поскольку избежала его с любым из своих родителей.
— Папа сойдёт с ума.
Лила скатилась с кровати, взяла меня за руку и потянула.
— Э нет, подруга, не будем доводить папочку до приступа. Настало время шопинга!
***
Пятью мучительными часами позже, Эшли и Лила наконец выбрали мне платье на танцы. Если только я не собиралась появляться в наряде матери невесты, я не могла найти что-нибудь с длинными рукавами. Мы остановились на чёрном атласном платье без шлеек со средне обтягивающей юбкой и подходящими чёрными атласными перчатками до бицепсов.
Мы с Лилой попивали латте за столиком в ресторанном дворике, пока Эшли расплачивалась с баристой.
— Сейчас, — прошептала девушка.
— Что сейчас? — У меня жутко болели ноги и голова.
— Мачеха вне себя от радости из-за нашего девичника. Придерживайся сценария и всё будет в порядке.
Мои глаза расширились. «Вот дерьмо». «Сейчас» означало время, когда мы уговорим мачеху купить мне противозачаточные.
Эшли села за стол.
— С вами было так весело, девчонки! Помните, как мы ходили на шопинг каждые выходные?
«Да. До того, как ты ударила маму в спину и стала спать с моим отцом.» Лила стукнула меня под стулом.