Страница 82 из 170
Когда мы ушли, меня все еще мутило, и я спросила, как называется эта зеленая штука. Я хотела запомнить ее название, чтоб никогда больше не притрагиваться к ней, но он сказал, что не знает и что обязательно спросит. После этого мы стали чаще приходить в эту квартиру. Мне нравилось там, хотя не могу сказать так о первом моем пребывании, когда впечатление было такое, что ребята веселые, но ненормальные и едят, непонятно что.
К рису я привыкла, а еще мне понравилась халава. Потом, через пять лет, уже будучи в Ташкенте, я узнала одного человека, который в день моего первого визита к преданным был там. Это был президент Ташкентского храма, и он сказал, что тот зеленый пудинг был халавой. Я удивилась. Но он объяснил, что когда они загорелись сделать халаву, то манной крупы у них не было, и они сделали ее из картофельного крахмала, к тому же бросили мало сахара и так уварили, что она позеленела.
К лету я уже отказалась от мяса, рыбы и яиц, но еще иногда могла себе позволить пирожные на яйцах.
Второй и третий принципы соблюдались сами собой еще до встречи с преданными. Да и четвертый тоже, так как я была не замужем. Брат закончил учебу и уехал, а я вернулась домой. Все было хорошо, пока не вернулся мой парень из Крыма, с которым я планировала заводить семью. Получилась маленькая «неувязочка». Как он воспримет мой новый образ жизни? Я боялась его потерять, но отклоняться от принципов уже не могла. Больше всего я переживала за первый и четвертый принципы.
Когда я ему сказала, что в нашем доме никогда не будет мяса, рыбы и яиц, он очень спокойно ответил, что его это устраивает. И ему даже повезло, что у него будет такая экономная жена. Он меня ошарашил, так как я ожидала другого ответа. И тогда я решила, что этот человек непременно станет преданным Кришны. Он гордился тем, что я не принимаю интоксикаций, и всегда меня защищал от нападок своих родственников по поводу первого и второго принципа. Когда же я ему сказала о четвертом принципе, он опять же спокойно сказал, что главное, чтоб я вышла за него замуж, а это все мелочи.
После замужества оказалось, что все это не мелочи, но он просил, чтоб я на него не давила и со временем он исправится. Мне не терпелось строго следовать принципам, а он не торопился. Он курил сигареты и анашу. Потом пошли проститутки и героин. Я пыталась ему проповедовать, но было все бесполезно. Иногда он плакал и просил никогда его не оставлять, и так искренне говорил о том, что мечтает все бросить, но не может. Я не знала, чем ему помочь, но в такие моменты я верила, что он не безнадежен и что из него рано или поздно получится хороший преданный.
Приехал мой брат. Он уже принял духовного учителя и жил в храме. Он меня так вдохновил, что мы с младшей сестренкой старались не пропускать ни одной программы. Я уже поняла, что без этих людей не смогу жить. Когда обстановка в доме накалилась до предела, я сказала мужу: «С тобой или без тебя, но я больше никогда не оставлю это общество». И как-то после этого страсти улеглись.
Приехал проповедник и пригласил нас в столицу на праздник Гаура-Пурнимы. Очень хотелось поехать, но не было денег. Зарплаты хватало еле-еле на хлеб с макаронами. Но тот преданный сказал, что главное — иметь сильное желание, а деньги ерунда. Все деньги принадлежат Кришне, и Он поможет преданному. А как они придут, с неба или через кого-то, это не наша проблема. Эти слова развили во мне такую веру и желание, что если бы деньги действительно упали с неба, я бы нисколько не удивилась. Причем в своем сознании я была уже там, а грубое тело оставалось дома. Муж смеялся надо мной, говорил, что я наивная, верю в сказки о том, что Бог деньги может с неба дать. Но я не обращала внимания на его усмешки и даже заключила с ним договор, что, если я поеду, то он пойдет со мной на нама-хатту, а если я не поеду, то не буду к нему приставать с проповедью. Он согласился, и я обрадовалась, думая, что он попался.
Каким образом пришли деньги, до сих пор не знаю, но их хватило даже на сестренку, и мы уехали.
Я никогда не видела Божества и столько преданных. У нас в городе всего пять преданных. Мне так понравилась программа бхаджаны, спектакли, киртаны, лекция. Брат попросил, чтоб на меня одели сари. Я не помнила себя от счастья. Одна матаджи спросила:
— Впервые ли Вы будете делать абхишеку (омовение Божеств). Я ответила: — Да.
— Тогда можно загадать желание.
Я вся тряслась от волнения перед абхишекой, и когда настала моя очередь, я в поклоне попросила: «Дорогой Господь, пожалуйста, пусть мой муж станет чистым преданным».
Через пару дней после праздника мы уехали домой. Я умудрилась еще всем подарки накупить. Кто-то снабдил нас чаринамритой и прасадом.
Все так радовались нашему приезду, а мы не могли остановиться, все рассказывали и рассказывали. В первую очередь я напоила мужа чаринамритой, подарила ему кантхи-малы. Он так радовался, как ребенок. С гордостью одел их и до сих пор не снимает, а потом я ему напомнила о договоре, и он согласился, хотя всю дорогу хотел вернуться домой.
Он согласился пойти один раз, но уже потом не пропускал ни одной программы. И вскоре мы все вместе поехали опять на праздник к преданным, в другой город, на приезд духовного учителя. Кришна опять послал деньги, как с неба. Муж в этот же день стал повторять 16 кругов мантры. Он неделю прожил в ашраме, и ему так понравились преданные, что он не захотел возвращаться к старому образу жизни. Он бросил пить, курить, колоться, через три месяца был уже полным вегетарианцем. Мы переехали поближе к преданным. Муж стал распространять прасад, а я занималась служением в храме.
И что самое интересное, как только муж принял сознание Кришны, Господь дал нам ребенка, и это после пяти лет бесплодия и активного бесполезного лечения. Сейчас мы уже ждем второго ребенка, и у нас все хорошо. Господь исполняет все желания, реальные и нереальные.
Сервер Фергана
В детстве со мной произошла интересная история, после которой я стал верить в Бога. Когда мне было около пяти лет, мои родители на выходные отвели меня к бабушке в Фергану. Был очень тёплый день, и я носился по её двору почти нагишом.
Взрослые занимались каждый своим делом, а бабушка в это время разбирала огромный сундук с вещами. Когда я подбежал к ней, она достала детские резиновые калоши: «А ну-ка померь». Я надел их, и они оказались как раз моего размера.
На чердаке бабушкиного дома мой дядя разводил голубей и забыл убрать лестницу. В новых калошах мне захотелось с разбегу забраться по ней на крышу, что я и сделал. Калоши были такие удобные, и я подумал, что смогу пройтись в них по самому краю. Я сделал два шага, и, потеряв равновесие, схватился двумя руками за электрические провода и... полностью отключился.
В это время сосед, глядя в зеркало, брился, у себя во дворе и, увидев меня, залез на забор и закричал что есть силы: «Суин! Суин! (это мой отец) Твой пацан висит на проводах!»
На крышу поднялись трое мужчин, но дотронуться до меня не могли. По моему телу «гулял» электрический ток, но все же, каким-то образом, им удалось снять меня с проводов. Спасли резиновые калоши.
Я очнулся и открыл глаза. Во дворе собралось много народу, все что-то говорили, глядя на меня. На улице возле дома стояла машина «Скорой помощи», и человек в белом халате мерил мне давление.
Когда меня сняли с проводов, пальцы на руках стояли веером и не шевелились, то ли я получил ожог, то ли еще что-то, но они не работали. Врач что-то сказал моим родителям и уехал. Бабушка взяла меня за руку и повела на соседнюю улицу к какой-то женщине. Тут же вошел старик, и бабушка на татарском объяснила ему, что произошло. Мы сидели на полу, друг против друга, старик достал свой молитвенник и попросил меня держать руки перед собой. Он начал мелодично читать молитвы и периодически сплевывал на мои руки. Так повторялось около 20 минут. Потом бабушка поблагодарила его и, уходя, оставила какое-то пожертвование.