Страница 83 из 170
По дороге домой я увидел, что мои руки стали шевелиться, и показал бабушке.
Она сказала:
— Повторяй «бисмеля ирахман ирохим», тогда все у тебя будет хорошо.
Сейчас я понимаю, что Сам Господь «дал» мне эти калоши, чтобы я не сгорел дотла на электрических проводах, и через этого старика излечил мои руки. Благодаря этому случаю, я обрел веру в Бога.
В 1995-м году мы с братом ездили в городок, недалеко от Симферополя, чтобы продать коноплю. Мы долго искали клиента, опоздали на автобус, и нам пришлось до утра остаться на железнодорожном вокзале. Чтобы не замерзнуть мы выпили немного водки. Делать было нечего, и я наблюдал за людьми. Возле меня сидел один пьяный мужик, похожий на бомжа. Я заметил парня, который, подходя ко всем, что-то говорил. Он подошел и к бомжу. «Вот, — подумал я, — делать людям нечего», и сделал, как говорится, «рожу кирпичом», чтобы он не подошел ко мне. Но, так как бомж сидел рядом, я отчетливо услышал: «Сейчас я научу тебя одной мантре. Если будешь повторять ее каждый день, то ты станешь счастливым». Бомж был пьяный и безоговорочно принимал все, что ему говорили.
— Повторяй за мной — Харе Кришна.
И бомж повторил:
— Харе Кришна.
Парнишка опять:
— Харе Кришна.
И бомж:
— Харе Кришна...
И так они учили эту мантру минут пятнадцать, пока бомж сам не произнес всю ее наизусть. Парень пригласил его на воскресную программу, и больше я его не видел.
Через год я вернулся в солнечный Узбекистан, где меня ждала моя будущая жена. Мне было тогда двадцать лет, я был энергичный и любвеобильный, готовый заниматься сексом всю жизнь. Я пришел сразу к ней домой, моему вожделению не было предела, а она мне заявляет:
— Успокойся.
— Это почему еще? — спрашиваю. Она вдруг говорит:
— Тот, кто занимается незаконным сексом, теряет благочестие и после смерти идет в ад.
— А мне какое дело до всего этого? Ведь раньше у нас все было нормально. Что с тобой случилось? — недоумевал я.
Она рассказала мне, что ходит по воскресеньям куда-то, что теперь не ест мясо, рыбу, яйца и не принимает больше одурманивающих веществ. Я подумал: «Хорошо, мне больше достанется».
Поскольку я был сильно привязан к ней, то согласился на одно условие — не давить на нее по поводу секса. Потихоньку я стал погружаться в чувственные наслаждения другого рода — много курил конопли и вообще стал пробовать все, что давало кайф. У меня был девиз: в жизни надо все попробовать. Это продолжалось до 2000-го года, я наслаждался, а жена молилась Кришне.
В конце концов, я «присел на иглу», стал баловаться героином и зашел очень далеко.
Я понимал, что в любой момент могу умереть, как мои друзья от передозировки. Мне становилось страшно, а отношения с женой были на пределе.
И тогда я вспомнил Бога и стал просить Его, чтобы Он сделал что-нибудь. Я обращался к Нему, когда от кайфа мне было плохо: рвало, ужасно болела голова. Тогда я, глядя на небо, разговаривал с Богом и просил Его, чтобы Он увез меня куда-нибудь. Я понимал, что мне нужно изменить свое общение, и тогда, возможно, моя жизнь изменится. Однако этого не происходило, и, вставая каждое утро, я думал только об одном — где взять денег, чтобы опять кольнуться.
Жена сказала мне, что я должен пойти с ней на воскресную программу, но я всегда находил причины, чтобы отказаться, хотя я чувствовал, что от нее исходила чистота, и мне это нравилось.
Однажды она спросила меня:
— Можно я куплю одну книгу?
— Что за книгу? — спрашиваю я.
— Про войну, — говорит она.
Я согласился. Вечером после воскресной программы, жена принесла Бхагавад-гиту. Я полистал ее и не нашел в ней ничего интересного. Там были какие-то странные картинки, но ничего военного не увидел. Она рассказала, что это за книга, и я подумал, что каждый по-своему сходит с ума. Жена читала ее каждый день и, как бы невзначай, рассказывала мне что-нибудь из прочитанного.
В марте 2000-го года преданные из Ферганы собрались в Ташкент на праздник Гаура-пурнима. Жена очень хотела, чтобы я тоже поехал с ней. Но на работе меня не отпускали, да я и сам не хотел. Она долго упрашивала, и, в конце концов, я пообещал, что когда она вернется, то схожу с ней на воскресную программу. Если бы вы знали, как мой ум меня отговаривал, но я переступил через свое эго, чтобы выполнить данное обещание.
Побывав один раз у преданных, я больше не пропускал ни одного воскресенья и сразу стал повторять один круг мантры. Летом Бхакти Бхринга Говинда Свами приехал в Ташкент, и вся ферганская ятра поехала пообщаться с ним, в том числе и я. Меня как раз в то время уволили с работы, и мы с женой с радостью переехали в Ташкент к преданным.
Без имени X-ск
Я занималась самой настоящей магией. Мне, казалось, что маги действительно что-то могут. На моих глазах они просто, ради развлечения и тренировки, насылали болезни, а кого-то своими мистическими средствами заставляли подчиняться своей воле.
Общепринятым мнением среди них было то, что, развивая подобные способности, можно стать Богом. И некоторые из этих ребят по каким-то своим критериям решили, что из меня может получиться если не Бог, то, по крайней мере, неплохая ведьма. И взялись обучать меня своему искусству. Но, несмотря на искренние усилия, как с их, так и с моей стороны у меня ровным счётом ничего не получалось.
Прошло некоторое время, и я узнала о Сознании Кришны: пыталась читать книги Шрилы Прабхупады, которые воспринимала достаточно искажённо. Послушала пару лекций в храме, вместе с преданными участвовала в киртане, который, что интересно, очень привлекал нашу компанию. «Маги-любители» пели Харе Кришна, закрыв глаза. А, придя на свою штаб-квартиру, в старый заброшенный дом, продолжали киртан уже своими силами, под аккомпанемент разбитого рояля.
Была весна, и на центральной улице города стали появляться первые харинамы. Когда я видела поющих преданных, меня почему-то неудержимо влекло передразнивать и дурачиться, глядя на них. Но присоединиться к ним и стать, как они — даже тени мысли не промелькнуло в моей голове.
Через некоторое время случилось так, что у меня вышло крупное разногласие с одним из магов по обоюдно-важному для нас обоих вопросу. В результате чего мне было обещано: «Можешь поступать по-своему, но тогда мы тебя «изведём». Я знала, что это не шутка, и потому испугалась. Несколько дней подряд я совершенно не находила себе места и ничего не могла придумать, мысли мои путались. Я перебирала в памяти разные методы защиты от магии, о которых знала. Потом, немного совладав с собой, стала листать одну самиздатовскую книгу по соответствующей теме. Это была даже не книга, а отпечатанные на машинке листы, (тогда, в конце 80-х годов, таких книг ещё не было). Я нашла нужный мне раздел и стала внимательно читать. Раздел завершался такими словами: «Из всех перечисленных методов защиты самый лучший и неодолимый — это участие в массовом религиозном движении». Как только я это прочла, ко мне внезапно вернулась способность логически рассуждать. Точнее, я даже не рассуждала, а будто кто-то диктовал мне мысли: «Это то, что тебе нужно — религиозное движение. Какие тут есть варианты? Христианство не очень подходит. Остаются кришнаиты, другого выбора нет». Я даже сама немного удивилась, как быстро пришло решение. Но тут я подумала: «А вдруг они меня к себе не возьмут?» Преданные казались мне какой-то замкнутой группой, наподобие моей прежней компании. И я придумала, что скажу им: «Вы для меня единственное спасение! Я не буду для вас обузой и даже постараюсь принести вам посильную пользу».
В тот же день я отправилась на то место, где обычно кто-то из преданных распространял книги, но там никого не было. Несколько раз я прошлась из конца в конец по центральной улице, но, к своему ужасному разочарованию, преданных не нашла. Весь следующий день с тем же результатом я слонялась по центральной части города. Вечером, стараясь не поддаваться депрессии, я решила, что буду искать преданных, пока не найду. Наутро, в субботу, не успела я прийти на центральную улицу, как увидела харинаму. Преданные стояли и пели, а один из них из-за столика распространял книги. Я собралась с духом, вспомнила всё, что хотела сказать «в своё оправдание» и подошла. Не успела я даже начать своё путаное объяснение, как он стал предлагать мне купить книги. А когда я объявила, что у меня все они есть, он сказал, что они будут чрезвычайно рады видеть меня не только на сегодняшней программе в доме культуры, но и завтра, и послезавтра на их квартире.