Страница 81 из 170
Дома обстановка была очень тяжелая, из-за того, что отец постоянно избивал детей изощренными способами. И после очередного побоища я сбежала к бабушке. В это время у нее жил мой двоюродный брат.
Мы с детства были с ним дружны, и я даже мечтала иметь мужа, похожего на него. Он увлекся какой-то религией. Особенно это сильно не нравилось нашей бабушке. Да и мне было не совсем понятно и жаль его. Он с бабулей часто стал воевать из-за того, что она умышленно пыталась кормить его мертвечиной. А однажды он вырезал какие-то картинки из книги и заявил, что теперь будет всю вегетарианскую пищу предлагать этим картинкам. Я подумала, что он «спятил» окончательно.
Как-то бабуля сделала вареники, а он ждал, когда они сварятся, чтобы предложить своему Богу на картинке. В это время я пришла со школы ужасно голодная и прямиком на кухню, но он меня очень вежливо попросил подождать 15 минут, и я согласилась. Когда он ушел кормить картинки, мне показалось это такой глупостью, сидеть и ждать перед тарелкой вареников непонятно чего. Слюнки текли у меня от голода, и я, махнув рукой на просьбу брата, стала есть. В это время в спальне зазвенел колокольчик. Я ела и думала: «Неужели он действительно кормит их? А зачем же тогда колокольчик?» Он вышел очень счастливый, но когда увидел, что я ем вареники, то взорвался:
— Я же просил тебя подождать, и ты согласилась. Если бы я знал, что ты так сделаешь, я бы не предлагал!
Он был так сильно расстроен, что мне стало стыдно за несдержанность, и я попыталась как-то отговориться:
— Не переживай так сильно, ну подумаешь..., — говорила я.
Но он сказал, что тем самым оскорбил Господа и чуть не заплакал. После этого вареники уже не лезли мне в горло. Я почувствовала себя такой дрянью. А он ушел в уборную и переживал там, но вдруг вылетел оттуда стрелой и стал кричать бабуле:
— Ты что, в тесто яйца положила? Я же просил тебя!
— Подумаешь, всего два яичка, — сказала бабуля, и ему стало еще хуже. Он сказал, что это огромное оскорбление (Оказалось, что он увидел скорлупку от яиц в мусорном ведре).
— От двух яиц ничего не будет, и вообще ты зашел слишком далеко со своей диетой. Постоянно ковыряешься в еде и устраиваешь допросы.
После этого был небольшой скандал, и они оба обиделись друг на друга, и долго не разговаривали. А я чувствовала себя очень виноватой во всей этой истории и по-другому стала смотреть на вырезанные картинки. Они стали как будто живые. Бабуля, для которой смыслом жизни являлось накормить всех людей, очень оскорбилась, когда он заявил, что будет готовить сам. Я считала брата фанатичным и иногда любила подтрунить над его завтраком, смакуя хлеб с салом, а он весь передергивался и говорил, что я порчу ему аппетит.
Ему нравилось поговорить со мной на духовные темы, а мне нет, но я строила из себя внимательного слушателя, а в конце разговора говорила ему, что все это — чушь. Но иногда интересно было послушать реальные истории из жизни преданного, тогда я думала, что имя «преданный», это прозвище одного из его друзей. А в основном я ни с чем не была согласна: ни со строением вселенной, ни с тем, что никто из космонавтов так и не долетел до Луны.
Я думала, он такой, вроде бы, разумный, неужели, он верит в эти сказки? Ведь в газетах, по телевизору говорят совсем другое, неужели он телевизор не смотрит? А ученые, они ведь все доказали. Больше всего меня бесило, что он опирался на один единственный источник — Ведические Писания, и все время просил меня почитать книгу Шримад Бхагаватам. Но я говорила, что всем книгам верить нельзя.
Он что-то пытался мне доказывать, переубеждать, но я не слушала, считая все чушью и сказками для наивных дурачков. В конце концов, как-то я все-таки открыла какую-то книгу и прочла там небольшой текст, в котором перечислялись греховные поступки двух негодяев (сейчас я знаю, что это были Джагай и Мадхай). Там писалось, что они занимались грабежами, разбоем, принимали интоксикации, занимались прелюбодеянием, и в конце этого большого списка было написано, что, помимо всего этого, они ели мясо. Меня это очень рассмешило, и я стала с вызовом ему говорить:
— По-твоему, все нормальные люди — великие грешники? Ну, с другими поступками я согласна, грех, но мясоедение — это ведь норма цивилизованного общества.
Я смеялась и думала, что он зашел очень далеко. Из умного молодого человека он превратился в глупца и фанатика какой-то секты. И тут пришел его старший родной брат. У них были не очень хорошие отношения, и я решила, что он поддержит меня и мои утверждения. И я рассказала ему про этот отрывок из книги и про мясоядение, но каково было мое удивление, когда он сказал, что он тоже видит в этом грех.
— Кто дал тебе право убивать невинных животных и есть их плоть? Если тебе очень хочется мяса, отрежь себе руку, пожарь и съешь.
После этого мне было уже не смешно, и я вдруг задумалась над этим. А действительно, кто дал мне право это делать? Именно в этот момент я поняла смысл вегетарианства, и я стала уважать своего брата и больше его не дразнила, так как где-то внутри мне тоже захотелось стать вегетарианкой.
Шло время, я стала больше прислушиваться к его рассказам, хотя чаще всего я ничего не принимала, но что-то все-таки логическое и убедительное в его проповеди было. А однажды он рассказал мне о четырех регулирующих принципах, вернее он просто перечислил их:
1. Не есть мясо, рыбу, яйца.
2. Не принимать интоксикации.
3. Не играть в азартные игры.
4. Не заниматься сексом совсем.
Сделал ударение на слове «совсем» и ушел.
Тут во мне закипел такой протест. С первыми тремя я уже была полностью согласна, но оставить секс совсем, у меня не укладывалось в голове. Не из-за того, что меня это привлекает, а из-за того, что на этом кончится весь род человеческий. Я весь день думала об этом, и, когда он вернулся, я была на пределе. Я стала ему говорить:
— Через 20-30 или 50 лет все ваше общество просто вымрет, как динозавры.
Он меня успокоил, сказав:
— Секс разрешается в браке и только для зачатия детей. Если муж и жена не хотят нести ответственность за детей, они должны прекратить заниматься сексом совсем.
Это был холодный душ для моего ума. Могу точно сказать, что именно в этот момент я приняла сознание Кришны глубоко в сердце. Я прониклась глубоким уважением ко всем членам общества и смотрела на них, как на ангелов, именно благодаря четвертому регулирующему принципу. Я думала: «Какой же силы воли должны были быть эти люди. Соблюдение этих принципов так возвышало их над этим миром, что я еще больше стала уважать своего брата и гордиться им, и уже больше не отвергала ничего, что он говорит.
Был февраль 1995-го года, когда однажды он сказал, что ему дали адрес, где будет проходить программа, но так как он плохо знал город, он попросил меня его проводить. Это было несложно сделать, к тому же идти было не так далеко. Мы дошли до двери, и я сказала, что пойду обратно, но он удержал меня за рукав и позвонил в дверь. Я не хотела заходить, было страшно и неудобно, но он сказал, что он тоже здесь в первый раз и тоже боится, и попросил меня остаться. Я была категорически против, но в этот момент открылась дверь, и нам сказали: «Харе Кришна».
Уйти уже не было возможности, и я, щипая брата, что было сил, зашла в квартиру. Через пару лет я узнала, что это бабуля попросила его взять меня с собой, так как моя психика была нарушена из-за обстановки дома и отношений с отцом. Меня часто преследовали мысли о великом мщении. И она решила, что общение с верующими людьми и посещение храма успокоит меня и отвлечет от страшных мыслей.
Был какой-то праздник, но никакой праздничной обстановки я не почувствовала. Просто эти ребята рассказывали какие-то истории, мне непонятные. И вообще они часто употребляли такие слова, которые я никогда в жизни и не слышала, не то на другом языке, не то чересчур заумные, и постоянно громко смеялись. Ну, я, для компании, чтобы не выглядеть дурой, в эти моменты улыбалась, хотя было не по себе и при удобном случае щипала брата. Потом сказали, что нас покормят, и мне стало еще дискомфортней, чем было. Я стала умолять брата пойти домой, но он сказал, что пойдем после того, как поедим. Я была очень зла на него. И пыталась отказываться от еды, но они вдруг все стали меня уговаривать немного поесть. Я не хотела привлекать к себе внимания, но получилось все наоборот, и немедленно согласилась, чтоб переключить внимание на другие вещи. Нам дали подносы, на которых размещался рис, какой-то десерт из сладостей трех видов: шарики, какая-то масса и зеленый прозрачный кубик, на вид, как мармелад, пудинг или холодец. Рис был невкусным, по крайней мере, для меня его вкус был непривычный. Наверное, из-за специй мне он не понравился, и я не стала его доедать. В горле стояло неприятное ощущение, и я решила попить напитка, но от его резкого запаха стало еще хуже, а вкус напоминал аптечные настойки. Я подумала: «Боже мой, как они это едят!» И решила, что лучше всего съесть сладости, но с чего начать, я не знала и решила сделать это с зеленовато-болотного пудинга. Я отломила половину этого квадратика и отправила в рот. И вдруг почувствовала, что съеденный мною рис и напиток выходит назад. Я попыталась проглотить этот кусок, но он застрял у меня в горле. Я пыталась протолкнуть напитком этот кусок, вкус которого трудно передать. Чувство тошноты еще долгое время не проходило. Хотя брат мне все шептал, что оставлять ничего нельзя, больше я не рискнула притронуться к этой еде.