Страница 62 из 68
Эллен придвинулась к нему. От нее пахло леденцами от кашля и кленовым сиропом. Он объяснил, как упорно искал работу, как ничего не сказал ей, поскольку не хотел волновать. Его сердце было исполосовано тысячью мелких ранок.
— Какой кошмар, — спокойно сказала она и погладила его по голове. — Ну и черт с ними. Ты был слишком хорош для этой работы. Вот увидишь, ты обязательно найдешь что-нибудь стоящее. Работу, которая тебе понравится.
Она нагнулась и поцеловала его. Он смотрел на жену. На мягкий, маленький, красный от насморка носик.
— Ты права, — прошептал он. — Черт с ними.
Он поднял глаза. Пять часов. Как раз в это время они с Эйприл должны сидеть в самолете, улетающем из Нью-Йорка.
Он стиснул руку Эллен.
После этого вечера дела пошли лучше. Не сразу, но через несколько месяцев он наконец нашел новую работу в развивающейся компании. И смотрел на Эллен свежим взглядом, ценя в ней то, что уже успел забыть.
Билл ожидал, что Эйприл позвонит или напишет и, нужно признаться, каждый раз, когда звонил телефон, сильно нервничал. Но это оказывалась не она, и Билл потихоньку расслабился, пока Эйприл не стала представляться чем-то вроде миража. Сон, привидевшийся ему. А теперь он проснулся.
Закончив говорить, Билл опустил глаза — смотреть на Чарли он не мог.
— Она все задумала заранее! — поразился Чарли. — Планировала начать новую жизнь.
— Мы оба это задумали.
— Вы написали ей.
— У всех бывают минуты слабости, — покачал головой Билл. — Думаю, если бы я знал о случившемся, смог бы наконец забыть ее раз и навсегда.
Он сложил руки, как в молитве.
— Поверите или нет, но иногда получаешь второй шанс в жизни и делаешь все, чтобы этот шанс не испортить.
— Вы сказали, что любили ее.
Билл допил кофе и наконец взглянул на Чарли:
— Что собираетесь делать? Мы все в дерьме.
Чарли сидел в самолете, глядя в окно. Соседка, молодая женщина с высветленной афро-завивкой, барабанила по клавиатуре лэптопа, время от времени поглядывая на Чарли.
А тот смотрел на небо, темное, усеянное звездами. Сэм еще слишком молод, чтобы верить в рай. По его представлению среди облаков живет Бог, которому подвластно то, что неподвластно простым смертным. Но сейчас небо было черным, и Чарли видел только призрак собственной семьи.
Эйприл бросила его, и может, тут есть и его вина, может, он сумел бы все изменить, если бы она позволила. Если бы он разглядел зловещие признаки.
Он вспомнил о ночи накануне аварии. О том, как она его будила. И просила поговорить. Это была ее последняя ночь с ними, и Эйприл, импульсивная, порывистая Эйприл понимала это. Распланировала много месяцев назад. Кто знает, что бы она ему сказала? Может, хотела попрощаться? Или передумала уезжать? Может, это был шанс все исправить, а он этим шансом не воспользовался?
Он не мог простить Эйприл за то, что разрушила семью. Рассчитала все: отъезд, будущее с Биллом, настояла на гостевой комнате. Но как она могла вообразить, что Сэм способен быть в ее жизни всего лишь гостем? Или она передумала и решила увезти с собой Сэма? Теперь он так и не узнает, чему верить.
Все время, проведенное с Изабел, Чарли чувствовал, что не верен Эйприл. Он не мог отпустить Эйприл, но теперь знал, что это она не верна. Преданность жене не позволила ему впустить Изабел в свое сердце. И сейчас он понимал, какую редкую возможность упустил, какие прекрасные отношения у них были. Теперь все пропало.
Что же, он больше не винил себя за уход Эйприл. Недаром говорят: человек — это его деяния. Эйприл устраивала в жизни Сэма грандиозные приключения, давая ему понять, что он особенный.
А Изабел… Изабел дала Сэму цель в жизни.
— Смотри в суть вещей, — говорила она. — Смотри глубже. Постарайся видеть другую, скрытую сторону этих вещей. Найди магию реального мгновения.
Но этого реального мгновения с Эйприл у него не было.
Она уехала мгновенно, не оставив письма. Изабел попрощалась со всеми, подарила Сэму дорогой объектив и сделала все, чтобы он понял, как сильно его любят.
Люди всегда советовали Чарли следовать в жизни дорожным знакам, чтобы не заблудиться. Была ли встреча с Биллом знаком? Или он опять заблудится в жизни? И найдет ли он снова магию реального момента? Сможет ли отыскать Изабел?
Чарли вспомнил запах волос Изабел. Ощущение ее кожи.
Он очень хотел рассказать ей о Билле и Эйприл и о случившемся. Хотел поговорить с ней о фильмах и книгах и о том, что у них сегодня на ужин, обо всех этих крошечных мгновениях, из которых состоит жизнь.
Ночью, проводив родителей и поужинав с Сэмом, Чарли принял решение. Позволил Сэму посмотреть после обеда фильм. А когда стемнело, вынул коробку с пеплом Эйприл и поманил Сэма к двери.
— Пойдем, — прошептал он, словно в доме был кто-то еще. Они вышли на задний двор, и, оказавшись в саду, Чарли открыл коробку и показал Сэму содержимое.
— Что это? — спросил Сэм.
— Твою маму кремировали. Она не хотела, чтобы ее похоронили в земле. Это ее пепел.
Сэм прикусил губу.
— Все нормально, — мягко сказал Чарли. — Мы можем развеять ее пепел здесь, в саду, и тогда она станет частью этого мира.
Сэм попятился.
— И ты это сделаешь?
Чарли кивнул и стал рассыпать пепел между тигровых лилий. Сделал то, чего, как раньше был убежден, никогда не сделает.
Отпустил Эйприл.
21
В солнечный майский день Чарли сидел в нью-йоркском кафе и ждал Изабел. Все представлялось таким странным, поставленным с ног на голову. Родители были на Кейп-Коде, с Сэмом. А он сидел здесь. Оказалось, найти ее не так трудно. Едва услышав ее голос, он понял, как был глуп. Как скучал по ней.
— Чарли!
А он и забыл, как она красива. И хотя на ней было простое, свободное летнее платье, ему ее вид показался экзотичным. В ней было одновременно и что-то новое, и знакомое. Он не мог понять, в чем дело. И это выбивало его из колеи. Она просияла, но не коснулась его руки.
— Чарли! О, Чарли! — повторяла она.
Они заказали омлеты подошедшему официанту, хотя Чарли был не голоден.
— Сэм тоже здесь? — спросила она и, когда он покачал головой, явно расстроилась.
— Но он здоров, совершенно здоров. Астма прошла.
— Как это может быть? — растерялась Изабел.
— Не знаю. Доктор сказал, что иногда она проходит с возрастом.
Официант поставил на стол два стакана воды.
— Он все еще фотографирует?
— Теперь уже не так много.
— О нет! Очень жаль, что он забросил фотографию! Он был хорош, верно?
— Да. Здорово снимал дороги.
Увидев, как съежилась Изабел, Чарли немедленно пожалел о сказанном.
— Теперь он снимает собак и соседей. У него верный глаз, но многие снимки получаются смазанными.
— Мог бы уже научиться избегать этого, — покачала головой Изабел и, выпив воды, спросила: — У тебя есть его снимок?
Он вынул из бумажника школьную фотографию. Теперь у Сэма были длинные волосы, как у одного из битлов. Чарли отдал фото Изабел, и та оставила его себе. Чарли не стал просить фото обратно. Изабел кивнула. И лицо уже не казалось таким сияющим.
— Давно не виделись, — обронила она.
Они рассказали друг другу о своей жизни в разлуке. Постепенно он оттаял и открыл правду об Эйприл. О том, как она собиралась сбежать с любовником и завести в доме гостевую комнату, по-видимому, намереваясь иногда приглашать Сэма в гости. О том, как он поехал к Биллу и выяснилось, что тот случайно узнал о Сэме.
— Он не захотел уехать с ней из-за Сэма, — добавил Чарли.
— Значит, он дурак. И Эйприл тоже. Боже, что они оба потеряли! От чего отказались! Скажи, ты до сих пор о ней тоскуешь?
— Не могу простить и понять того, что она сделала.
— Я тоже, — тихо согласилась Изабел.
— Больше я о ней не тоскую.
Он взял Изабел за руку, отчего та уронила вилку.