Страница 37 из 57
Рональд в недоумении смотрел на Ксавье. Он принимал его за ловкого малого, умеющего постоять за себя, но не более того. А оказывается, Ксавье один из тех, кто контролируют острова. От этой мысли Рональд вспыхнул.
— Я свободный человек! Я не нанимался к тебе в работники. Наши отношения строились на паритетных началах. Я могу в любой момент покончить все дела с тобой.
Ксавье рассмеялся так, что чуть не выронил изо рта сигару.
— Ты… человек… да еще свободный!.. Ты — мразь… грязь с нью-йоркской мостовой, которая, прилипнув к чьему-то ботинку, переправилась на острова.
Рональд, забыв, что прикован к стене, рванулся, зарычав от гнева. Но, получив удар в челюсть, отлетел на место. На несколько мгновений он словно выпал из действительности. Только почувствовав во рту металлический привкус, сплюнул и увидел, что это кровь. Но что его привело в ужас, так это зуб, который он выплюнул вместе с кровью. Языком он нащупал дыру. Передний зуб! Он взвыл от бессильной ярости. Он так дорожил своим внешним видом. Ведь он хотел блистать! Он жил этой мечтой, разрабатывая планы своего проникновения в общество богатых и успешных людей. И вдруг какой-то островной бродяга выбил ему зуб. В голове у Рональда помутилось. Он поднялся на ноги и, сжав кулаки, начал наступать на обидчика, но цепь, словно собаку, не пускала его. Он видел лишь сверкающие белизной зубы Ксавье, который хохотал до упаду, глядя на его неистовство.
— Нy хватит! — оборвал Ксавье смех.
— Где певичка? Нам пора выходить в океан.
— Я не знаю, — ссутулившись и поникнув головой, с трудом проговорил Дженсон. — Я не помогал ей бежать, — со злобной настойчивостью продолжал он лгать.
Ксавье смерил его долгим взглядом.
— Зачем мне было отпускать ее? Что бы я с ней потом делал? Как бы я сбыл ее с рук? Мне не удалось бы это провернуть так, чтобы ты не узнал.
— Клод, — обратился Ксавье к черноволосому с выпученными по-рачьи глазами бандиту, — сними со старины Рональда скальп. Возьмем его на память о нем. Он был неплохим парнем… — с наигранным сожалением прибавил Ксавье. — Да поторопись, нам пора. А сюда мы вернемся позже. Если певичка на острове, она никуда не денется. Да, — повернувшись на ходу, бросил он, — яхту Дженсона надо будет пустить на дно.
Двое гогочущих парней подхватили Рональда под руки и усадили на землю. Клод вынул из чехла нож с тонким лезвием, встал на одно колено, схватил рукой Дженсона за волосы и потянул так, что тот взвыл.
— Вы с ума сошли! Ксавье! — заорал он. — Ксавье!.. Тот медленно шел вперед, словно ничего не слышал.
— Подожди! — вопил Дженсон.
Ксавье нехотя остановился и через плечо взглянул на него.
— Я скажу! А-а-а!.. — почувствовав прикосновение ножа к своей нежной коже, завопил он так, что жилы на шее готовы были лопнуть.
— Где же она? — перекатывая сигару во рту, спросил Ксавье.
— В… — задыхаясь и выгибаясь, чтобы хоть на один миллиметр быть подальше от ножа, начал Дженсон, — в… яме.
— Какой еще яме?
— Я… я вырыл. Она побежала туда… она провалилась…
— Ладно, оставьте его, — бросил он своим людям.
— Веди! — устремил на Дженсона немигающий взгляд.
С руки Дженсона сняли наручник.
Он был словно в чаду. Шатаясь, побрел вперед.
— Вот! Осторожней! — в испуге крикнул он Ксавье. — Провалишься!
Ксавье присел на корточки, взялся за ветки и приподнял их.
— Ах ты, хитрец! Для кого же это ты вырыл яму? Уж не для дорогих ли гостей? Все же придется снять с тебя скальп.
Тем временем бандиты скинули ветви с ямы, заглянули в нее и разочарованно присвистнули.
— Ее там нет.
— Нет? — смоляная бровь Ксавье округлилась и приподнялась.
Рональд испуганно посмотрел на него и бросился к яме. Лег на край, заглянул.
— Но я… я… не знаю… — заплетающимся от страха языком принялся он оправдываться.
— Где она может быть? — стальным голосом спросил Ксавье.
— Клянусь, не знаю… Но я… я… найду ее! Найду!..
Ксавье выплюнул сигару.
— Ты подвел меня, Рон. Но я даю тебе шанс. Через неделю мы вновь заглянем к тебе. Надеюсь, ты нас порадуешь пением сладкоголосой птички.
Дженсон сопроводил их на берег и долго смотрел вслед удаляющейся яхте.
Всплывшие в памяти подробности зародили у Ксавье сомнение насчет Клода. Он приказал матросу позвать его. Тот явился.
— Он? — Ксавье метнул взгляд на Миллу.
— Я же сказала, что не видела. Было слишком темно.
— Ксавье, — возмущенно начал Клод, — что тебе наболтала эта шлюха?..
Ксавье улыбнулся Банге и сказал, что сеньорите необходимо оказать небольшую медицинскую помощь.
— Столько ссадин, — посетовал он, подавая ей руку.
Банта кивнул и сказал:
— Вечером приведешь ее ко мне.
— Непременно, — с наигранной улыбкой отозвался Ксавье, уводя Миллу.
Они прошли на нос яхты. Ксавье сделал знак матросу созвать всю команду.
Клод почему-то стал настороженно озираться.
— Послушай, я хочу есть, — заявила Милла Ксавье.
Тонкая насмешка скользнула по его губам.
— Сейчас сеньорита. Впрочем… Эй, принесите-ка сеньорите фрукты и воду.
Отдав приказание, Ксавье положил руки на борт и устремил взгляд на океан.
«Что это? Сговор? Дженсон уговорил Клода спрятать девчонку, а потом наладить сбыт в обход меня? Клод явно медлил… Обычно он вмиг снимает скальпы. Он любит это делать. Что ж, видно, время от времени необходимо обновлять команду. Людям свойственно заблуждаться, будто они незаменимы. Сколько лет отирается около меня этот толстопузый арабчонок Клод?.. Я его вывез из Туниса прямо из-под носа полиции. Он настаивает на своем французском происхождении, хотя на его морде написано: хитренький, злобный арабчонок. Вне всяких сомнений, между Дженсоном и Клодом была договоренность…»
Ксавье оторвался от своих размышлений. Взглянул, с каким удовольствием Милла поглощает куски ананаса. Повернулся к замершей в ожидании команде и сказал:
— Посмотрите, в каком состоянии нам достался товар! Я был вынужден сделать скидку, иначе Банга не хотел ее брать. — Ксавье солгал. Он попросту присвоил себе часть из полученной суммы. Вначале, действительно, Банга скривился, увидев израненную женщину, но, присмотревшись, узнал в ней певицу из отеля и заплатил условленную цену. — И кто же попортил товар? — обвел он всех пристальным взглядом. — Один наш поставщик, который вступил в сговор… с кем бы вы думали?.. — При этих словах коричневое лицо Клода побелело, и на миг проглянули его французские корни. Ксавье нарочито посмотрел в его сторону. — Увы, наш некогда верный друг Клод.
Клод выскочил на середину.
— Ксавье, да ты что?.. Ты поверил…
— Я никому не верю, кроме себя. Может, я ошибаюсь. Может быть. Но ты заронил сомнение в мою душу. А я не люблю, когда что-то беспокоит меня. К чему мне задаваться вопросом: виновен ты или нет? Виновен!
Клод застыл, словно живой манекен перед Пале-Руайяль. Милла с приоткрывшимся от изумления ртом наблюдала за происходящим. Дюжие ребята схватили Клода, подвели к борту, поставили на колени. От страха тот даже не сопротивлялся. Один из них вынул нож, схватил Клода за длинные курчавые волосы, собранные в хвост, и одним движением обвел лезвием вокруг головы так, как будто и не прикасался к ней. Клод истошно завопил. А его палач вдруг он снял с его головы весь волосяной покров. Оторопев от ужаса, Милла даже не могла закрыть глаза. Все поплыло перед ней. Милла осела на палубу.
«Что же я наделала?.. Может, его еще можно спасти?.. — Пересилив себя, она, вся съежившись, взглянула в сторону скрючившегося и истекавшего кровью Клода. — Нет, поздно…»
— Патрон, — подбежал к Ксавье матрос. — Яхта по правому борту.
Ксавье брезгливо махнул рукой. Клоду привязали к ногам груз, подхватили на руки и бросили за борт.
— Сеньориту в трюм, — распорядился Ксавье.
Милла привстала на цыпочки, чтобы хоть издали увидеть яхту, на которой были люди. Она же оказалась среди дикарей, еще более страшных, чем первобытные. Современные мутанты-дикари опасны тем, что живут среди людей, до времени пряча свою сущность. Ну кто бы мог подумать, взглянув на Ксавье в ослепительно белой рубашке, вальяжно попыхивающего сигарой, что он способен, не моргнув, приказать изощренно жестоко убить человека.