Страница 52 из 72
-- Я считала дни до того, когда ты, девчонка, одумаешься. Боялась, что придется помереть в ожидании неразумной девки.
Я не отреагировала на выпад, пытаясь разобрать хоть что-то в чехарде неаккуратно вырисованных зигзагов.
-- Не узнаешь? -- с липовой лаской спросила учительница.
-- Нет, -- честно призналась я.
Старуха схватила меня за ухо и почти уткнула носом в правый угол карты.
-- А теперь? -- Палец с длинным желтоватым ногтем очертил круг около едва приметного крестика. -- Знакомо?
Я склонила голову; посмотрела на точку под разными углами. Озарение, хвала богам, случилось раньше, чем ведьма устала ждать.
-- Наша халупа? -- Вопрос, заданный утвердительными словами.
-- Во-первых, не наша, -- разъярилась старуха. -- Во-вторых, молчи, если говорить так и не научилась.
Я улыбнулась в кулак, но улыбка скоро сползла. Мы с ведьмой обогнули стол, и только тогда картинка прояснилась.
Да, первым крестиком в теперь уже левом углу -- правильном по сторонам света -- обозначался дом учительницы. Кстати, руны тоже стали малость понятнее, когда я посмотрела на них под правильным углом.
-- Тогда это, -- я указала на прочерченный пунктир от дома, -- дорога, ведущая к горам?
-- Догадливая, -- цокнула ведьма.
Вычерченная углем линия петляла, изгибалась и ломалась так, словно силилась от чего-то сбежать. Я долго разглядывала черточки. Так близко. Если распахнуть окна, то будет видна каменную гряда, до которой идти два дня. А когда мы заберемся по этой, казалось бы, отвесной стене, найдем идеальный маршрут, то...
Сердце замерло, по спине пробежала змейка. Какие, к бесам, опасности?! Я обязана узнать, что находится возле вершины Пограничных гор! Они -- моя слабость; подъем по ним казался не исполнившейся грезой, детской прихотью. Теперь есть возможность наверстать упущенное.
И заодно спасти целую страну.
-- Я пойду! -- восхищенно отозвалась я.
Ведьма сузила блеклые глаза.
-- Возьми карту, иначе потеряешься.
-- Позвольте спросить? -- Учительница промолчала. -- Для чего нужны остальные пометки?
-- Ты меня чем слушала? Я обошла по десятку верст от болота и оставляла записи после каждого неудачного похода.
Не знаю, говорила ли она правду, но голос оставался ровным. Старуха подняла чашки, придерживающие карту, и та скаталась в трубочку да подкатилась ко мне, явно приглашая забрать её с собой.
-- Но если в пещерах ничего не окажется? -- Я легонько провела по бумаге пальцем. -- Или путь завалили камни?
-- Придется смириться с тем, что дело всей моей жизни -- пустышка. Но если ты не заявишься с этим известием, то я умру в счастливом неведении.
И вновь ни единого намека на шутку. Я прикусила губу. Ситуация складывалась двояко: вроде победа близка, а желание разгадать тайну согревает душу, но если даже ведьма, проведшая долгое время в поисках, не ведает всех тонкостей, то чего ожидать от меня, глупой девчонки двадцати с хвостиком лет отроду?
-- Ты сопли долго развешивать собралась? -- перебила раздумья учительница. -- Если сказать нечего, иди к своим полюбовникам. Ты получила желаемое. Разговор окончен. И не вздумай проситься на постой.
-- К к-кому? Они не... -- заикнулась я, но осеклась под строгим шиканьем. -- Постойте! Вы говорили, что предупредите об опасностях.
-- Да? -- Она почесала тонкий нос. -- Точно. Опасайся всего. Так будет правильнее.
После чего учительница демонстративно отвернулась и занялась толчением высохших трав в ступке. Я малость помялась у стола, забрала шершавую карту и аккуратно перевязала ее лежащей рядом веревочкой.
-- А можно ещё вопрос? -- Ведьма повторно не откликнулась, я выждала пару мгновений, окончательно осмелела и продолжила: -- Почему вы не тронули нас?
-- Мне незачем марать руки. И, девчонка, мы с тобой на равных, ибо ты отказалась от обучения. И ты тоже ведьма. Не "выкай".
Я могла в сотый раз поспорить с ней, но не стала. В горле засел ком недосказанности: я так и не узнала большинства вещей, и узнавать правду на практике не хотела. Умирать с мыслью: "Так вот оно что" -- занятие не из благородных.
-- Постой, -- напомнила о себе учительница. -- Позволь одну просьбу. Не подаришь какую-нибудь личную вещицу?
-- Зачем?
-- На память.
Я изогнула бровь, слабо веря в проснувшуюся заботу и сентиментальность старой ведьмы.
-- Я брала их у всех учениц -- такова традиция, -- а ты сбежала раньше, чем я смогла взять хоть что-то. К тому же... ты -- моя любимица.
-- Но... у меня ничего нет.
Не отдавать же старые сапоги. Хотя и стоило бы. И от лишнего груза отделаюсь, и потребности ведьмы в тоскливых воспоминаниях рядом с вонючей обувью любимицы удовлетворю сполна. Так удовлетворю, что она долго не захочет меня видеть. И чувствовать.
Учительница в ожидании прожигала во мне дыры. Я, повинуясь неясному чувству, отстегнула булавку, сцепляющую прореху на любимой, но древней блузе -- новую-то пришлось выкинуть после "встречи" в подворотне, -- и передала её ведьме. В шутку. Та отреагировала поджатыми губами, но потом расхохоталась.
-- Ты всегда отличалась оригинальностью. Давай сюда булавку и уходи, девчонка. -- Наши руки соприкоснулись, и вещица перекочевала в ледяные пальцы.
-- До свидания, -- на выходе шепнула я.
-- Нет. Прощай. Заверши начатое и навсегда скройся с моих глаз.
Дверь захлопнулась за спиной. Лопатки обдало кудесничьим жаром. Из-за угла дома тут же вынырнули две знакомые любопытные морды.
-- Ну чего? -- затряс за рукав Лис.
-- Вы поговорили? -- потянул за другой удивительно активный Радислав.
Ткань затрещала. Лишившись булавки, она с удовольствием порвалась, открыв прекрасный вид от груди и до пупка. Ругалась я долго. Мы всё шли и шли, а я продолжала костерить спутников на чем свет стоит. Они послушно плелись сзади и не пререкались. Но, кажется, хихикали, наблюдая за тем, как я перепрыгиваю через кочки, пытаясь одной рукой удержать равновесие, а второй -- прикрыться.
Наконец, словарный запас иссяк.
-- Успокоилась? -- уточнил Лис, становясь серьезным. -- Поделишься с нами итогами беседы?
-- Сейчас всё узнаете...
И я путано объяснила запомненное. А такового было мало: кое-что вылетело из памяти просто так, где-то напутала в деталях.
-- И мы тащимся бес знает куда из-за того, что твоя учительница ожидает найти в горах нечто великолепное? -- без доверия уточнил Радислав по окончании пересказа.
-- Тебя никто не держит, -- огрызнулся Лис.
Его черные очи пылали привычным страстным пламенем.
-- Держит, -- поспорил Радислав, указывая на меня. -- Ведьма объяснила, что с тобой?
-- Почти, -- я сжалась. -- Сказала, что сила растет и всё такое... Но я обуздаю её. Не сегодня, так завтра.
Не признаваться же, что учительница обрадовалась, узнав о "прогрессе" в ведьмовском искусстве. Нет, пусть считают меня безопасной. Я справлюсь сама.
Радислав задумался. Ответ его не устраивал, но охотник только процедил:
-- Как скажешь.
К полуночи мы выбрались из болота, и я смогла покопаться в содержимом сумки -- в поисках целой одежды. Пока между мужчинами разгоралась перепалка, я выпутывалась из длинных рукавов старой рубахи и пыталась незаметно влезть в новую.
-- Да заткнитесь вы, -- с зевком пригрозила я. -- Всё равно пойдем. Неужели тебе, охотник, неинтересно побывать в горах?
-- Ничуть.
-- Ну, тогда... -- я не представляла, как переманить Радислава на нашу сторону.
Разве что предоставить ему свободу выбора. Пусть он уйдет, заплутает в дремучих лесах и умрет от собственного упрямства. Все счастливы.
-- Но я пойду с вами.
Лис, благодарно кивнув Радиславу, слабо улыбнулся. Друг углубился в просмотр карты, по его тонким пальцам проходила волна крупной дрожи. Бедный варрен, если в конечной точке мы найдем тупик, то от горя он рискует и рассудка лишиться.