Страница 30 из 72
Я как-то усомнилась в благоразумии князя. Уместнее разместить сотню оборонных башен, развесить на заборе косы из чеснока и асафетиды. Я -- рассадник неудач, от подобных людей стоит прятаться за рвами, полными ядовитой воды.
-- Наоборот, -- Князь ласково отодвинулся, -- я предлагаю тебе стать главной чародейкой при княжеском тереме.
"И единственной во всем княжестве", -- ехидно додумала я. Рот, между тем, приоткрылся.
-- Но я -- ведьма, -- обескураженное мычание раздалось нескоро.
-- И? -- Он аккуратно смахнул слезинку с уголка моего глаза. -- Ты -- добрая ведьма. Личная ведьма княжества. Как насчет такого предложения?
Что тут сказать. Новые возможности, перспективы. Среди придворных ворожей случаются такие встречи, побывать на которых -- огромная честь. Соблазнительно.
Но скучно. Подчиняться законам, сопровождать князя в поездках, потерять свободу.
А вдруг так и нужно? Набегалась, хватит. Пора бы вырядиться в пышное платье да закрутить волосы в модные нынче крендельки.
-- Чудесно! -- хлопнул в ладоши Всемил, разглядев ответ в движении губ. -- Думаю попозже, через месяцок, и предложение замужества будет встречено тобою с большим удовольствием. Пока боязно, понимаю. Но тебя, Рада, я готов ждать столетиями.
На кой тратить впустую тучу времени? Я умру лет через сорок, поэтому, если припрет, бездыханное тело будет в его полном распоряжении.
Пришлось перевести разговор в менее опасное русло:
-- А что станет с Лисом?
-- Да пусть катится куда угодно.
-- Пусть, -- настала моя очередь расплываться в сытой улыбке.
Наконец-то отвяжусь от мальчишки. Глядишь, исчезнет чувство стыда. Или хотя бы притупится.
***
Лис, переступив через неприязнь, поблагодарил князя. Всемил, в ответ, пожал руку варрена. После они, правда, клятвенно пообещали никогда больше не пересекаться друг с другом. А при встрече -- обходить стороной.
Я вычистилась, расчесалась, выдрав вместе с колтунами чуть ли не половину волос, вымылась в жаркой баньке, отдраив тело до красноты и алых царапин. Говорят, похорошела, но вряд ли; скорее -- лгут.
Забрав у стражников трех статных скакунов, мы решили вернуться в Капитск. Жалкие пожитки уместились в сумки по бокам седла. Князь отдал дружине приказ не сопровождать его до города. Мы почти тронулись, но...
Появилась проблема: я нигде не могла отыскать кота. Пройдя со мной полстраны, животное исчезло именно тогда, когда появилась возможность вернуться в родное жилище, к любимому погребу и теплой печи.
Негодник словно испарился.
-- Слава, ты вряд ли его отыщешь. Сбежал с какой-нибудь кошкой, -- предположил варрен, нетерпеливо ерзающий на покорной лошадке. -- Забудь и поехали.
-- А вдруг умрет с голода? -- печально сказала я, в последний раз оглядываясь по сторонам. -- Ух, животное.
Рыжеватый скакун, чем-то напоминающий Хромоножку, но осанистый, величественно смотрящий вперед, даже не вздрогнул, когда я взобралась на его спину.
-- Кот? От голода? В деревне, полной мышей? -- Всемил хохотнул.
Плохо он знал моего кота.
Впереди маячило будущее: безвкусное, но надежное, как твердь земли. Сложно представить себя в роли первой чародейки. Что ж, постараюсь. Куда сложнее увидеть свадьбу со Всемилом и кучу противных, визгливых белокурых детей с дырками меж зубов.
Нет, вру, вторая картинка легче. Но вместо меня в титуле женушки князя находится симпатичная пухленькая дамочка с коровьими, тупыми глазенками, подобострастно смотрящая на почитаемого мужа. А Лису бы подошла худощавая девочка, похожая на него как две капли воды. Но менее сварливая. Я бы с ней даже сдружилась.
Размышления были нагло прерваны раздавшимся позади пронзительным мяуканьем. На траве, в нескольких аршинах от нас, сидел Кот, лукаво посматривающий на меня снизу вверх огромными зелеными очами.
-- Кис-кис-кис, -- я ударила себя по коленкам.
Животное сладко зевнуло, совершенно по-человечески склонило морду в подобии поклона и развернулось, направляясь к ближайшим кустам. Оттуда вылезло похожее на Кота существо, только рыжее в белых пятнах. Кот, виляя отъеденной попой, потерся о кошку боком и исчез с ней в листве под три обалдевших взгляда.
-- Может, это не твое зверье? -- недоуменно спросил Всемил.
-- Мое, -- я махнула рукой. -- Он, как хороший мальчик, пришел попрощаться. Ну, поехали.
Солнце сияло неярко, оно уходило на покой. Я шмыгнула носом.
Какая жалость... Единственное создание, по которому я способна плакать или скучать, -- противный черный кот.
***
Невозможно всё предугадать наперед. Например, как работать учительницей, я примерно представляла. Но как быть придворной ведьмой, которая без книги чар -- полное ничтожество, узнала совсем недавно.
Два месяца на новой должности, и я мечтаю испепелить всех ноющих, обиженных, недовольных, озлобленных и прочих липких типчиков, считающих, будто они лучше знают, как я должна трудиться. То приворот не сработал, то совет по пользованию мазью плохой дала, то одеваюсь неподобающе. А после ходят довольные такие, напыщенные.
Правда, советчики не учли, что приворота я не накладывала, поэтому несчастный мужик не влюбился в сварливую тетку. И мазь я такую доселе не видела, но по запаху она напоминала издохших птиц, поэтому и совет был один: "Выкинуть". И одеваюсь я исключительно в то, что найду в комнате, потому как дорожная сумка оставалась запакованной. Пора бы разобрать её.
С ведьмаком я покончила сразу по прибытию в Капитск. Парнишка оказался внуком изгнанной ведьмы, жившей до меня в доме, и творил гадкие делишки по совету дорогой бабушки. Бедный мальчишка, он, кажется, испугался лежащего под его дверью свертка, на котором давленой брусникой было написано: "Мы помним о тебе. Невинно убитые жертвы". Заодно и повеселилась, ибо юный ведьмак улепетывал из города под покровом ночи, спешно собрав все пожитки в один кулек.
Лис, получив мешочек монет, тотчас смотался из княжества. Остался Всемил, слащавость с которого хотелось сбить веником. Он трижды предлагал свадьбу, но я, как девушка честная, отвечала прямым отказом. Ну, или почти прямым...
В дверь робко постучались. Я, невероятно обрадовавшись очередному отлыниванию от разбора сумки, побежала открывать. На пороге стояла вымокшая до нитки Ельна. Поразительно счастливая, словно попала не под дождь, а под град из драгоценных камней.
-- Милая! -- привычно завопила она. -- Ты согласилась выйти замуж за князя?!
Не совсем. Я спросила, что нужно сделать, чтобы он перестал донимать меня глупыми предложениями. Наглый Всемил предложил простейший вариант -- свадьбу.
-- Э, ну да, -- неуверенно поддакнула я, незаметно, но целенаправленно отгораживая вход собой -- Ельна имела привычку врываться без приглашения.
-- Когда планируешь провести обряд?
-- Лет через семьдесят, -- с большей долей уверенности ответила я.
Женщина попыталась отпихнуть меня и войти, но я крепко вцепилась ногтями в косяк.
-- Так нескоро? -- удивилась она.
Расчет довольно прост: я планирую умереть лет в шестьдесят (с такой работой -- в сорок), а потом князь, как я уже говорила, волен делать всё, что ему заблагорассудится. Ради такого дела я даже готова ожить и преследовать Всемила хладным трупом до конца его дней.
-- Я шучу. -- Тихий смешок не обрадовал заместительницу князя. -- Извините, но я собиралась уходить.
-- Куда? -- Во взгляде появилось подозрение.
Если б сама знала.
-- Не беспокойтесь, всего лишь в... лес. Пообщаюсь с природой, наберусь мудрости, глотнув потоков умиротворения.
Ельна, поразившись глубокой духовности первой чародейки, споро покинула мой порог. Я подхватила кошель, напялила куртку и направилась искать ту самую мудрость. Правда, в маленьком трактирчике с причудливым названием: "В гостях у ворожбы", где я была первой и единственной ворожеей.