Страница 32 из 33
Я это к чему – не могу представить, чтобы в здешних дворах кто-нибудь решил на такой манер последнюю пятницу на неделе праздновать. Тут тебе и городовой , и тебе дворник с метлой, который почище пса цепного. Псы, кстати, тоже есть. Не бультерьеры, но штаны порвать способны – а кому это понравится?
Ну вот. Когда незваные гости ушли, мы с Николкой по-тихому слиняли к нему в комнату. Я кожей чувствовал, что сейчас за нашего гимназиста возьмутся – и надеялся, что при мне дядя с теткой не станут прессовать племянничка; а там, глядишь, страсти и поутихнут. Так оно и вышло – и мы смогли спокойно поговорить.
Спросите – зачем я явился под вечер, да еще и один, без отца? Все просто – с утра у нас с ним состоялся разговор… не то, чтобы на повышенных тонах, но, как говорят политики, "стороны остались при своих точках зрения". Я в очередной раз попытался добиться от него: что мы собираемся делать с порталом и с возможностью ходить в прошлое? По мне – надо было поискать либо толкового ученого (у нас, в 21-м веке) – и дать ему возможность изучать все, что он сочтет нужным. Ведь сколько, наверное, исторических документов можо найти, или событий важных увидеть своими глазами! А все эти люди, о кторых сейчас сотни томов пишут – они же сейчас живы-здоровы, их можно о чем угодно расспросить! Нет, я не призывал отца идти прямо к царю и объяснять ему, как Россию переиначить – как в книгах про попаданцев. Не дурак, понимаю, что вот так, сплеча рубить нельзя. Но не сидеть же на попе ровно?
И снова я получил очередную порцию душеспасительных разговоров – о том, к каким последствиям могут привести любые непродуманные дейстия. А то мне непонятно! Но – разве мы не соблюдаем осторожность? Единственный, кто о нас знает – это Николка, а он классный парень, все понимает и ни за что нас не выдаст. Ничего такого осособо важного я в 19-м веке не оставлял… ну, не считая калькулятора, конечно. А что, так и дать другу завалиться на контрольной, когда помочь ничего не стоит? Что я , зверь? Да и что за вред от этого калькулятора – все равно ни шиша не поймут, пусть даже на кусочки расковыряют. Не тот уровень техники.
В общем, отец отказался делать что-либо, пока мы не обоснуемся в прошлом, не обзаведемся документами и не освоимся. Я, конечно, согласился. Но – скрепя сердце. А вы что думали? Вот попробовали бы, как я – целый мир за порогом, да какой – о таком только мечтать можно да фильмы снимать, вроде "Сибирского цирюльника" или "Азазеля". Хорошие фильмы, кто бы спорил – но у нас-то все это в самом что ни на есть натуральном виде, рукой дотянуться! А тут – "соблюдай осторожность"…Ну хорошо, буду соблюдать. Убедили. Но восторгов от меня не ждите.
В общем, пришла мне в голову одна идея. Николка нашел в своей комнате четки эти волшебные, с коптским крестом – верно? Верно. Но ведь как-то они туда попали? Кто-то эе их пристроил за плринтус? Я еще вчера попросил Николку распросить единственного доступного нам свидетеля – дворника Фомича, – о том, кто до Овчинниковых жил в этой квартире. Оказалось – чудак-профессор из Московского Императорского Университета (так здесь МГУ называется). Снимал жилплощадь у прежнего домовладельца, преподавал что-то (дворник, не знал, ему что химия, что филология – немецкие выдумки), а потом уехал – и с концами. Квартиру хотели снова сдать, но не успели – домовладелец умер, дом отошел в наследство Николкиному дяде, а тот решил в него переселиться. Ну и выбрал для себя квартиру пропавшего профессора.
Так что получается? А то, что прежний жилец – и я это нутром чуял, – имел отношение к четкам. У меня немедленно сложилась версия – профессор нашел портал и сам в него и отправился. А четки оставил здесь – на всякий случай. Но в 21-м веке у него что-то не заладилось. Скорее всего – погиб, хотя я не исключал и варианта дурдома. В любом случае, назад он не вернулся – по словам Фомича, пропавшего ждали полугда, прежде чем решили занять его жилье.
В общем – что из этого следует? А то, что раз профессор оставил в квартире драгоценные четки –мог оставить и описание того, как они к нему попали! Вспомните Жюля Верна – у него любой герой, столкнувшись с тайной, пишет дневник, по которому все потом и раскрывается. А потерявшийся профессор – современник тех самых жюльверновских персонажей. А вдруг он тоже что-то записал, прежде чем уйти в будущее? И припрятал в квартире не только четки, но и свои записки? А значит – надо срочно обыскать квартиру на предмет тайников.
Первое, что мы сделали – отодвинули письменный стол и отодрали плинтус. Под ним оказалась выдолбленное в половой доске углубление – как раз такое, чтобы влезли четки. Никаких бумаг или иных носителей информации не нашлось. Хотя – я бы не удивился, увидев флешку или Си Ди; мало ли что мог профессор притащить этот профессор из 21 го века?
Но – увы. Ничего под плинтусом не нашлось. Я, было, приуныл, но тут Николка вспомнил про тайник на кухне – про тот, где лежал сейчас перцовый баллончик. Оказывается, он даже толком не обследовал этот схрон. Так, рукой пощарил – и все. Да и на кухне все время либо Марьяна, либо тетя Оля – так что обследование откладывалось. Правда – ненадолго. Николка сказал, завтра тетя Оля будто пойдет с младшей дочкой, Танечкой, к портнихе, а Марьяна обычно после 11-ти утра, ходит на рынок. Отец с Маринкой будут в гимназии, значит квартира будет пуста. Николке остается только смыться из гимназии – и мы спокойно обшарим тайничок. А если придется – то и другие поищем, времени хватит.
На том и порешили. Я засобирался домой, а перед уходом передал Василию Петровичу послание от отца. Он собирался воспользоваться приглашением Николкиного дяди и заглянуть к Овчинниковым – обсудить аренду квартиры.
Ну вот. Договоренность состоялась, и мы с Николкой отправились во двор; он провожал меня до заветной подворотни. По дороге мы еще кое о чем условились – ну да об этом , пожалуй, потом.
Увидев выходящих из дома Овчинниковых инспектора с квартальным, Яша, полтора часа кряду подпиравший стену дома напротив, покинул пост. И прекрасно расслышал, как городовой на ходу раздраженно выговаривал инспектору.
Яша все утро искал гимназиста, с к которым встретились давеча его подопечные. Зачем? А очень просто – узнав, что Яша упустил странных посетителей, старик Ройзман закатил юноше сцену, пообещал отправить его назад, в Винницу, учиться на портного, обозвал шлемазлом, и под конец – потребовал чтобы Яша, хоть вдребезги разбился, а отыскал бы пропажу!
Вот Яша и стаптывал ноги по окрестностям Гороховской, в поисках давешнего гимназиста. Мальчик был единственной ниточкой к загадочным гостям Ройзмана, так что, ничего другого Яше не оставалось.
К 3-м часам дня юноше, наконец, повезло – произошла одна из тех случайностей, о которых любят писать беллетристы. Когда он уже потерял надежду и решил вернуться в лавку – каяться в очередной неудаче – искомый гимназист сам появился из-за угла! Мальчик спешил домой, копаясь на бегу в карманах.
Стычку Николки с Кувщиновым и его шайкой Яша разглядел прекрасно. Он видел, как хулиганы кинулись на гимназиста; тот вскинул руку – и трое недругов с воплями повалились на мостовую. И когда Николка кинулся прочь, Яша последовал за ним, и – вторая удача! – чуть не лицом к лицу столкнулся с тем самым мальчиком, что вчера заходил с отцом в часовую лавку!
Оставалась самая малость – постоять немного возле дома. Что Яша и сделал, став свидетелем визита к Овчинниковым двух казенных чинов. И вот, теперь, шагал за ними, пытаясь уловить обрывки разговора.
Впрочем, преследование продолжалось недолго. Надо было проследить за незнакомым подростком, – и Яша, предоставив квартального и гимназического инспектора своей судьбе, повернул назад.
Глава восемнадцатая
Ну вот, я же говорил! – Ваня разглаживал на Николкином столе коричневатый листок размером, примерно, с лист А4. –И Жюль Верн тоже может пригодиться! –
Мальчики заявились на кухню Овчиннииковых сразу после того, как на на часах в гостиной пробило полдень. Николка оказался прав – в доме никого не было. Николка дождался, когда Марьяна соберется на рынок, – и подал сигнал ожидавшему на улице Ване. Сигнал был дан в лучших традициях 21-го века – по рации. И уже через пять минут мальчики обшаривали нишу за обоями на кухне Овчинниковых.