Страница 33 из 75
Дхарма — это наименьший (неделимый) элемент психофизического состояния. Таких элементов насчитывается около сотни, и любая личность, согласно буддизму, есть лишь набор этих дхарм, соединённых в определённом порядке. Сами дхармы существуют только один миг, но каждый раз вместо исчезнувших дхарм появляются новые, связанные с предшественниками законом причинно-зависимого происхождения. Эти постоянно возникающие и исчезающие дхармы в своей совокупности образуют поток, который и обнаруживается как личность. Получается, что любое существо, в том числе и человек, понимается в буддизме не как неизменная сущность (душа), а как совокупность постоянно сменяющихся элементарных психофизических состояний. Говоря иначе, не личность (объект в пространстве) обладает психофизическими свойствами, а, наоборот, набор чистых психофизических свойств (поток в пространстве) создаёт личность.
Итак, согласно этой теории, ничто не переходит не только в будущую жизнь, но не обладает одним и тем же телом в этой жизни. Ведь в каждое новое мгновение существует новая личность, причинно связанная с предыдущей и обусловленная ею. При этом ум, опирающийся на предшествующий временной момент, обеспечивает память и чувство тождества личности. Однако всё-таки признаётся, что каждый такой конкретный поток дхарм в какой-то степени уникален и неуничтожим, он переходит из одной сансарической жизни в другую, и даже при достижении нирваны бытие продолжается.
Сансарические же жизни протекают, естественно, в сансарических мирах. При этом разные школы буддизма имеют разные отношения к этим самым мирам. Так называемая южная школа признаёт их реальность (и некоторые даже согласны с адекватным отображением этой реальности в сознании личности), северная же школа считает их иллюзией. Однако все направления не сомневаются в наличии других субъектов, поскольку буддизм провозглашает принцип спасения для всех живых существ, ввергнутых в круговорот сансары. Кроме человеческого, буддисты называют еще пять возможных форм существования: рождение в качестве божества (дэва), воинственного титана (асура), животного, голодного духа (прета) и обитателя ада. Три первых формы рождения (вместе с человеческой) считаются счастливыми, а три последних — нет. При этом страдают даже божества (например, Брахма, Индра): им приходится воевать с демонами (асурами), им ведом страх смерти, поскольку они также рождаются и умирают, хотя срок их жизни огромен. Естественно, страдают и обитатели ада, но личности, отметим, попадают в ад на конечное время, так как вечных мук данная религия не признаёт.
Буддизм вполне прагматичное учение, его основная цель — освобождение живого существа. Всё остальное данное учение не интересует, и знание просто ради знания его мало беспокоит. Не истины, как правило, искали буддийские мыслители, а только пути к духовной свободе. Буддийская философия относилась самими буддистами, как это ни парадоксально, к области уловок, а не к области мудрости. Буддизм, правда, утверждает, что Будде присуще всезнание, однако это всеведение обретается в акте пробуждения, для достижения которого следует не предаваться пустым словопрениям, а усердно практиковать Благородный Восьмеричный Путь.
И как уже говорилось, одной из составляющих Благородного Восьмеричного Пути является правильная жизнь, а потому буддийская система даёт людям этические заповеди, устанавливающие добрые отношения в обществе. И хотя доброта не представляет для буддистов самого высшего, в силу того что она есть действие, которое порождает карму, но добрые дела признаются всё же необходимыми на предварительном этапе, особенно если совершенствование длится несколько воплощений. Ведь зло приводит к худшим, удалённым от возможности прогрессировать условиям жизни; добро же, напротив, даёт более благоприятную для просвещения обстановку. Поэтому буддист ко всему живому выказывает нежную симпатию, он никого не убивает, никому не вредит, ни к кому не относится с гневом или злобой; хотя проявление этих добродетелей в буддизме должно быть достаточно пассивно: такой-то не мстил за обиду, снёс несправедливость или на грубость отвечал кротко.
Этические заповеди для всех последователей буддизма содержат пять обетов: не убивать, не красть, не нарушать супружеской верности (для монахов полное отсутствие половых отношений), не лгать, не пить горячительных напитков. Монахи же, кроме этого, имеют и другие ограничения, например, не есть в неустановленное время, не участвовать в светских удовольствиях, не употреблять нарядов и благовоний, не спать на мягкой постели.
Хоть сам Гаутама и практиковал освобождение посредством монашества, но тем не менее это впоследствии не помешало сформироваться буддийским общинам (в северной школе, о которой поговорим ниже). Правда, изначально всё же освобождение предполагалось лишь для монахов, а миряне, не пожелавшие порвать с суетными мечтами, считались ещё неготовыми к освобождению. Что же касается женщин, то для буддистов их положение в «табели о рангах» несколько ниже, чем у мужчин, и сперва не предусматривалось наличие монахинь, но затем Будда сделал уступку и разрешил им вступать в монашество. Однако монахини составляли отдельную общину от монахов и по численности уступали последним.
Что касается культа, то надо отметить, что первоначально буддизму были чужды его проявления. Но затем буддисты установили себе праздничные дни, связанные с главными моментами в жизни Будды. Также были определены в качестве священных мест те четыре города, где Учитель родился, где достиг пробуждения, где впервые проповедовал и где умер. Здесь, справедливости ради, нужно заметить, что Капилавасту, Гайя, Бенарес и Кушинагар у индусов и раньше, то есть до Гаутамы, считались священными местами. Появились у буддистов и свои реликвии, к каковым относят телесные останки (пепел от сожжения тела святого), предметы, сделанные в честь святого, и вещи, которые употреблял святой.
Увы, приходится отмечать, что буддизм не обошли стороной расколы: появлялись и исчезали секты, по-своему трактовались заветы Будды, разные монастыри начали конфликтовать между собой, наконец, произошло разделение буддизма на две основные школы: южную и северную (соответственно, тхеравада и махаяна). В результате всего этого, а также благодаря вторжению ислама, буддизм, родившись в Индии, в самой Индии не сохранился. Но последователи тхеравады распространились на юг и до настоящего времени обитают в Шри-Ланке, Бирме, Таиланде, Лаосе, Камбодже. Приверженцы же махаяны проживают в Непале, Монголии, России, Китае, Корее, Японии, Вьетнаме. В настоящее время буддизм активно распространяется в Европе и Америке.
О некоторых особенностях двух основных школ уже упоминалось выше, однако существуют и другие их общности и отличия. Едиными идеями для всех направлений буддизма считаются Четыре Благородные Истины, учение о причинно-зависимом происхождении и карме, доктрина анатмавады и учение о мгновенности, а также буддийская космология. Все буддисты верят, что эти принципы были провозглашены Буддой, однако если тхеравадины (южане) считают их полной и окончательной истиной, то для большинства махаянистов (северян) они есть лишь некоторые условно истинные положения, подготавливающие учеников к восприятию ими истин более высокого порядка, таких, например, как наделённость всех живых существ природой Будды или тождество нирваны и сансары (ведь, напомним, для северян сансарические миры — иллюзия).
Как видим, южная церковь мало что изменила в начальной теории буддизма, а вот последователи северной церкви очень сильно отошли от исходного буддийского воззрения, уйдя от монашеской жизни, стирая грань между монахами и мирянами, двигаясь от монашеского ордена к буддийской общине.
К примеру, южные школы считали, что цель совершенствования на буддийском пути — святость (архатство) и уход в нирвану; и эта цель достигается каждым человеком в отдельности лишь благодаря собственным усилиям. Поэтому идеальной личностью тхеравады является архат — святой монах, достигший нирваны и навсегда покинувший мир. Считается, что Гаутама до своего пробуждения также был обычным человеком, правда, наделённым добродетелью и святостью, и если монах (а в южной школе только монах может стать архатом и обрести нирвану) будет во всем следовать примеру Будды и его учению, то и он достигнет того же самого. Сам же Гаутама ушел в нирвану, его в мире нет, и для него мира нет, а поэтому бессмысленно ему молиться или просить его о помощи. Всякое поклонение Будде и поднесение даров его изображениям нужны лишь самим людям, воздающим подобными способами долг памяти великому Освободителю.