Страница 41 из 181
— Зачем?!
— Не знаю. Мне так спокойней.
Саймон пожал плечами и пошёл к окну. Машина упёрлась носом в пол кабинета, багажник остался на высоте и с улицы. Взрослому человеку трудно залезть в аэротакси, не потревожив машины. Рита не успела опомниться, как водитель помог Денису забраться в кабину и сказал вслед:
— За пассажирским сиденьем внизу есть дверца с двумя защёлками по бокам. Откроешь — там сумка. Вытащишь осторожно. Я пока машину подержу.
Денис добыл сумку быстро, несмотря на её тяжесть. В сумке оказались универсальные инструменты для мелкого ремонта. Пока Саймон возился с кабинетным замком, Рита препиралась с сыном по поводу вылазки в аэротакси, вклиненное в окно.
А потом сделали всё: и заклинили замок, и обзавелись оружием из металлических стоек стеллажей (правда, Денис вспомнил бронированные бока чудовищ — и его передёрнуло), и уговорили Риту ещё раз отпустить Дениса в машину за продуктами, и разобрали кресло на части, устроив кровать для Риты с Ларсом, и попытались ещё раз дозвониться хоть куда-то, но молчали и личные телефоны, и оба кабинетных компьютера.
А потом наступил вечер, и сразу стало ясно, что Саймон зря беспокоился о свете: вечер подступал постепенно — сначала сумерками, затем сплошной тьмой. Саймон сначала решил, что женщина с ребёнком спрячется за тем же угловым столом, а они со старшим пацаном будут поочерёдно спать у двери. Теперь же, когда стало понятно, что энергосистемы города приказали долго жить, Саймон сказал, что спать они будут вместе, приготовив на всякий случай фонарики из машины.
Уже засыпая, Денис незаметно для себя длинно вздохнул, и на его голову опустилась тёплая мамина ладонь. Но и привалившись к мягкому маминому боку, Денис продолжал думать о том, что Диснейленд находится в конце той самой улицы, откуда появились чудовища; о том, что папа обещал приехать в парк сразу после работы…
29.
Утром Дениса разбудил Саймон. Мама и Ларс не проснулись, когда Денис тихонько откатился от них. Оказывается, Саймон уже сбегал на разведку и нашёл неподалёку туалетную комнату. Коридор с "их" кабинетом и туалетной комнатой был прямой. Пока Денис справлял нужду, Саймон сторожил и его, и спящих.
Когда они вернулись, водитель признался, что прошёл весь коридор от тупика до лифта. Где-то кабинеты были открыты — и пусты. Где-то закрыты, и тогда Саймон еле слышно стучал, но за дверью не откликались: "Кто там?" И тогда Саймон пришёл к выводу, что они на этом этаже одни. У Дениса даже закружилась голова, когда он представил, что они единственные живые не только на этой линии этого коридора, но и во всём здании. Неужели всех сожрали чудовища?
Но голова закружилась слабо, да и вообще с момента пробуждения Денис чувствовал себя вялым, словно больным, как было однажды, когда на спор с пацанами он выпил банку пива для взрослых. Наверное, поэтому он и не испугался, когда Саймон тихонько разбудил его. А вот Саймон был лихорадочно возбуждён. Он сказал, что за окнами тех, открытых кабинетов сначала было очень темно, хоть глаз выколи. Но теперь, с рассветом, видно слишком многое. Даже в своём апатичном состоянии Денис понимал, что Саймону очень хочется показать, что там, на улице, и в то же время он боится напугать. А ещё мальчишка подспудно, почти не осознавая того, понимал, что Саймон обязательно должен поделиться впечатлением от увиденного, и тогда парню станет легче и спокойнее. И Денис сказал:
— Покажи.
Они ещё раз огляделись. Коридор в оба конца от "их" комнаты продолжал пустовать, и можно было надеяться на несколько спокойных минут. Затем Саймон показал мальчишке кабинет, по-утреннему сумеречный, откуда улица лучше просматривалась.
Оба чуть не умерли от страха, когда парень, закрывая дверь, уронил прихваченное оружие — стойку от стеллажа. Длинная полая трубка сухо забренчала по полу. Неизвестно, отчего испугался Саймон, но Денис ужаснулся, не проснулись бы мама с Ларсом. Стойка упасть на пол окончательно не успела: в очередном подскоке она так и застыла в воздухе, дрожащая в двух дрожащих кулаках, большом и маленьком. Саймон некоторое время смотрел на неё, а когда Денис отлепил от стойки мокрые пальцы, прошептал:
— Такого психа, как я, только в спецназ, да? Крутая была бы комедия…
"Зато я проснулся", — мысленно возразил Денис, вспоминая полыхнувшую в теле молнию, облившую кожу жарким потом… Он крепче сжал собственную железку и подошёл к окну.
В городе ещё только начало светать. Поэтому в сумеречную улицу надо было вглядываться даже со второго этажа. Будто затаившись от невидимого врага, на дороге беспорядочно застыли машины. Здесь был и наземный, и воздушный транспорт. Правда, транспортом эту смесь металла, стекла и пластика уже не назовёшь. Словно какой-то великан захотел поиграть, сгрёб в кучу попавшиеся под руку машины, а потом они ему надоели, он стукнул кулачищем поверху кучи — и получилась городская дорога нынешним утром.
Долго Денис не смог разглядывать искорёженные в авариях машины и перевёл взгляд на пешеходные дорожки. Здесь было посвободнее, хотя несколько машин, видимо потеряв управление, ворвались на тротуар. Денис машинально поискал глазами хоть что-то, что напоминало бы очертания человеческой фигуры. Нигде и ничего. Какие-то тряпки и бумаги, лениво перебираемые утренним ветерком, в которых взгляд почему-то увязал или вообще проваливался, — вот и всё. Денис даже отвернулся на секунды, когда понял, что это за пятна. Но что-то встревожило в смутном отпечатке утренней улицы, который остался перед глазами. И он снова обернулся. Где же оно? Так, кажется, нашёл.
— Саймон, слева кто-то движется.
Парень, тоже наблюдавший улицу искоса, от стены, стиснул железку.
— Слева — где?
— Полицейская машина носом в белый фургон.
Саймон отступил в сумеречную комнату и встал за Денисом.
— Вижу.
Полицейскую машину, которую узнали по надписи на крыше, обходил человек, пока ещё плохо видный в чёрной тени дома. Он нервно дёргал головой, словно пытаясь опередить потенциального врага, и то и дело приседал, прячась за частоколом из машин.
— Саймон, давай его позовём?.. А то вдруг здесь чудовища?
— Легко сказать — "позовём"… А если те же чудовища услышат?
— Давай окно откроем — я тихонько сбегаю за ним.
— Окно-то я открыть смогу… — неуверенно сказал парень, внимательно рассматривая щеколды рам.
— Саймон, давай быстрее. Вдруг что-нибудь случится.
— Давай-давай… Торопыга. И вообще… Сейчас выходить на улицу…
— Там же человек! Сожрут же его!
Кажется, Саймон начал жалеть, что привёл мальчика посмотреть на улицу. А Денис уже прыгал от нетерпения. Чего ещё ждать от двенадцатилетнего пацана? Саймон же медлил. За всю свою небогатую событиями жизнь он всё же усвоил, что очертя голову бросаться на помощь не стоит. СМИ, выбирая для показа самые экстремальные эпизоды из жизни человеческого муравейника, словно предупреждали: взрыв опасных проявлений человеческой психики начинается порой с чего-то незначительного. А на данный момент улица была мощным источником для появления психопатов. За себя Саймон не боялся, будучи в хорошей физической форме. Но ведь он поневоле принял на себя ответственность за жизнь женщины и её детей. Есть над чем задуматься, есть отчего заколебаться… Но, глядя на взбудораженного мальчика, Саймон решился.
— Ладно. Только ты останешься сторожить окно. Если что — закроешься.
— Почему ты? — обиделся Денис.
Парень едва не улыбнулся: мальчишка, кажется, в воображении уже обыграл киношку, где он в главной роли рыцаря в сверкающих доспехах — и как тут не обидеться? Ведь всё складывается очень просто и здорово… Но Саймон сдержался и, вручную отодвинув мини-щеколды. Воспользоваться автоматикой побоялся: слишком резкое движение может привлечь внимание затаившегося врага. Слава Богу, сигнализация отключилась, чуть только перестали подавать энергию.