Страница 40 из 181
Задохнувшаяся от ужаса (она наконец взглянула на угол дома), Рита подхватила малыша Ларса и шлёпнулась позади водителя. Перепуганный Денис плюхнулся у окна напротив.
Первой, замеченной Ларсом, вышла из-за угла зверюга с невиданно высоким гребнем на хребте. Чудовище шло, раскачиваясь тощим длинным бронированным телом. Броня тускло поблёскивала пыльно-жёлтыми чешуйками, словно облитая слизью. И вообще, чудовище сильно напоминало сушёную рыбу, если б не бегемотоподобная морда и мощные кривые лапы. Хвост отсутствовал, и почему-то это обстоятельство вызвало у Дениса ещё больший страх.
Аэротакси дрогнуло и взлетело.
И тут из-за угла же выбрели другие уродливые звери, а небо потемнело ещё больше. Люди, застывшие у магазина, единой толпой ринулись в помещение. Денис всхлипнул. Сверху он ясно видел, как чудовища вмиг потеряли медлительность, словно среагировали на женские крики и плач. Чудища прыгали на людей, опрокидывали их на землю, и у Дениса появилось странное впечатление, что дикие агрессоры убивают людей отнюдь не из голода.
А чудовищный поток из-за угла не прекращался.
Денис дёрнулся. Он будто только что услышал, как водитель лихорадочно бормочет: "Боже мой, что это… Боже мой, что это?!" Аэротакси буквально кралось на высоте второго этажа, почти вплотную прижимаясь к стене. Кралось над растянувшейся толпой, бегущей вдоль бесконечного ряда магазинов. Многие пытались проникнуть внутрь, но там уже знали, что на улице опасность, и закрыли двери. От воплей отчаяния и ненависти аэротакси словно вибрировало.
Внезапно толпа взорвалась визгом и криком, а такси едва не врезалось в рекламный щит, закрывавший балконы третьего этажа.
— Не смотри! — закричала Рита и обняла Дениса, вжимая его лицо в свой живот. — Не смотри! — Ларс уткнулся в её плечо и дрожал.
Но Денис успел увидеть.
С неба слетали те же чудовища, но обладавшие крыльями, один взгляд на которые — и ясно, что крылья — тоже оружие. И, прижатый к материнским коленям так, что рисковал задохнуться, Денис видел повтор одних и тех же кадров из фильма кошмаров.
Героем фильма стало чудовище, одно к одному схожее с тем первым, замеченным Ларсом, только крылатое, и морда похожа на мяч, плавно переходящий в суженный длинный клюв. "Пеликан!" — мелькнуло в мыслях, и мальчишка закусил губу, чтобы не захохотать, одновременно чувствуя, как потеплели глаза от подступающих слёз. Чудовище спикировало на толпу буквально в трёх метрах от аэротакси. Кто-то из людей надрывно завизжал и бросился прочь, кто-то остановился и взглянул наверх, как, например, мужчина в серой рубахе и чёрных джинсах. Он замер на полушаге, вскинувшись на движение сверху. Наверное, он даже не успел понять, что произошло. Распяленная лапа ударила его в лицо, мгновенно сжав когти. Вторая лапа вогнала когти в грудную клетку жертвы, но не для того чтобы убить — чтобы удержаться на жертве. Ибо убило чудовище первой лапой. Легко и просто: сжало когти — и череп несчастного лопнул куриным яйцом.
Денис потрясённо вглядывался в жижу, облившую когти крылатого ужаса, — и в этот миг Рита обняла сына.
Но и с закрытыми глазами мальчишка смотрел с начала до конца одно и то же: вот падает с неба чудовище с телом сушёной рыбы, мордой пеликана, ящеричьими лапами и неожиданно длинным хвостом, похожим на шланг; вот мужчина вскидывает голову кверху; вот крылатый убийца в странном сером мареве на секунду замирает над ним…
Водитель, про которого машинально думалось, что он забыл о своих пассажирах, напряжённо сказал:
— Держитесь крепче. Сейчас будет сильный удар.
Среди хаоса воплей, стонов, рычания его голос хлестнул плёткой сиюминутного, возвращением к реальности. В маленькой клетушке на высоте пассажиры инстинктивно осознавали необходимость подчиниться хозяину такси. Они вцепились во всё, во что можно было, с тревогой ожидая "сильного удара", при котором водитель не надеялся на ремни. А тот, уловив тишину после лихорадочной возни закрепляющихся пассажиров, внезапно направил аэротакси в следующее же окно бесконечного здания. Притом он успел развернуться с мчащимся на таран ящером.
На грохот обваливающегося металлизированного стекла ящер не стал обращать внимания. Добычи хватало и на пешеходных дорожках. Тем более что машина своей массой забила окно.
Водитель выскочил первым и помог выйти женщине с мальчишками. Огляделись. Они попали в какой-то офис, пустой, видимо, из-за обеденного времени. Кабинет маленький и — что важно — с единственным окном.
— Меня зовут Саймон, — представился парень, стоя у двери и вслушиваясь, что там, в коридоре.
— Рита, — машинально отозвалась женщина.
Заплакал Ларс. Денис присел на стул с круглым сиденьем, притянул братишку. Ларс плакал беззвучно, и Денис понял: если дальше будет смотреть на искажённое плачем лицо братишки, разревётся сам. Однако Ларс сам подсказал, что делать: плача, он то и дело нервно зевал. Денис огляделся.
— Давай-ка его сюда, — сказала Саймон, сообразивший, что он ищет.
Водитель легко поднял малыша и перенёс в кожаное кресло, прятавшееся за угловым столом. Денис машинально шёл за Саймоном и даже не удивился, когда Ларс, очутившись на мягком ложе, прочно огороженном спинкой и валиками, тут же свернулся в клубок и уснул. Братишке, для его возраста, слишком много досталось. Пусть не физически, но всё же…
Саймон, между тем, задумчиво стоял перед изящным стеллажем справа от кресла. Стеллаж состоял из металлических опор и пластиковых полок. Сначала Денис вяло удивился, почему водитель заинтересовался полками, поскольку на них почти ничего не было, кроме каких-то плоских коробок. Но Саймон так же задумчиво обхватил ладонью вертикальную опору стеллажа и чуть дёрнул её, точно проверяя на прочность. И Денис понял. Он любил боевые и героические фэнтези — и книги, и фильмы и игры. Поведение водителя подпадало под стереотип героя: он оказался в безвыходной, страшной ситуации, но ему нужно и выжить, и спасти слабых. Теперь и Денис с интересом вгляделся в стеллаж. В замаскированное оружие.
— А мы сможем отодрать их?
Мальчик ни на секунду не сомневался, что будет на равных принимать участие во всех событиях.
— Пластик тонкий. Об колено — и всё дело.
Они освободили полки стеллажа и живо вынесли его на середину кабинета. Рита испуганно смотрела на них, а когда раздался треск отдираемого пластика, зашипела:
— Тихо! Тихо! За дверью услышат!..
Саймон встряхнул темноволосой головой, сгоняя прядь со лба.
— Если уж на грохот моего такси сюда никто не заглянул…
Но всё же встал и вновь подошёл к двери. Помедлив, открыл.
— Пусто. Не будем включать света, может, и дождёмся, пока всё не придёт…
Он не договорил, но Денис легко закончил фразу: "… не придёт в норму".
Если честно, то мальчик не боялся за последнее. Меры предосторожности против чудовищ — это само собой, но полиция сейчас придёт в себя от неожиданности и…
— Надо забаррикадироваться.
Тихие слова Риты беспомощно повисли в воздухе, когда все трое огляделись в поисках материала для баррикады. Запирать дверь оказалось нечем. Хлипкие столы и стулья, ещё один стеллаж. Кресло, в котором спал Ларс, выглядело солидно, но одно проблемы не решало.
— Хотя бы замок заклинить! — жалобно сказала Рита.