Стая

Так, скучая и думая, она дошла до беседки. Асфальт уже высох, но трава была мокрая, даже местами

хлюпала под ногами. Немного посидев на лавочке, Юля вздохнула и пошла обратно. Со своего места

видела, что Шаурин пошел в гараж, побыл там некоторое время и снова скрылся в особняке. К ней не

подошел. Тяжело все-таки держать нейтралитет. Кажется, переоценила она свои силы. Но вот не

дождется Денис, что она в открытую пойдет на попятную!

Вернувшись в дом, услышала брань и смех Льва Михайловича. По интонации поняла, что он играл с

кем-то в карты. Полюбопытствовав, пошла на кухню, откуда доносились эти звуки. Тем более, и

сама часто играла с ним в «дурака». И выигрывала часто. Хотя, может, Михалыч просто поддавался.

Из вежливости, так сказать.

Так и есть, в карты он играл с Денисом. Они расположились на диване. Денис, развалившись, тасовал колоду, а рядом лежала куча всякого барахла: коробки спичек, зажигалки, вероятно, их

призовой фонд. Не на деньги же играть. Михалыч игры на деньги не признавал. Но, судя по тому

азарту, с которым он участвовал в подобных мероприятиях, водился в молодости за ним такой

грешок. И мухлевал он знатно. Как пить дать, раньше в пух и прах проигрывался. А сейчас

Валентина Петровна держала его в ежовых рукавицах.

— Юля, садись с нами, — пробубнил он. Из-за глухоты говорил невнятно. Но вполне понятно. При

этом старался смотреть в лицо собеседнику, читая ответ по губам.

Юля даже не успела рта открыть.

— Ты что, Лев Михалыч! – громко сказал Шаурин. Но на двоих пока сдавать не стал. – Проиграет, расстроится, пожалуется папе, проблем не оберемся. Тебе оно надо?

Михалыч, усмехаясь, потер усы.

Юля подачу оценила. Вот провокатор!

Но, мило улыбнувшись, вложив все свое очарование, она грациозно присела на диван и проговорила:

— Почему же? Я с превеликим удовольствием утру кое-кому нос. – Постучала кончиками пальцев по

гобеленовой обивке дивана: — Шаурин, не трепи языком, сдавай карты.

Если бы кто-то из парней, которым Шаур грозился свернуть шею, находился поблизости, то он бы

очень удивился, заслышав принадлежащий ему искренний и веселый смех, огласивший в этот

момент просторную и уютную кухню. В доме было несколько комнат для отдыха с большими

удобными диванами, мягкими коврами под ногами и вместительными убаюкивающими креслами.

Но всех как магнитом тянуло именно сюда. На кухню.

— Хочешь, будем играть на конфеты? – спросил Денис, поддевая девочку.

Но Юля не обратила внимания на ироничный тон и мягкую издевку. Чуть прищурившись и поджав

губы, она некоторое время молча смотрела на Шаурина, явно о чем-то размышляя. Денис тасовал

карты, поглядывая на нее, и с лица его не сходила самодовольная ухмылка. Из другого угла комнаты

Михалыч приволок себе кресло. Уселся и предвкушающе потер ладони.

— Нет, будем играть на желание, — сделала серьезное заявление Юлия.

— Это не интересно, — сразу отмел Денис ее вариант.

— А на спички интереснее? – фыркнула она. — Никакого толку.

— Хорошо, мне все равно, — сдался Шаурин. — Хочешь, давай на желание. Михалыч, ты как?

Видишь, что Юлия Сергеевна придумала? Никак хочет нас в свои пажи заиметь, — щелкнул картами

как заправский крупье.

— А мне все одно, — махнул рукой старик и молвил с видом опытного каталы: — Главное пара

лишних тузов в кармане и все в ажуре.

— Только не отлынивать. Проиграешь – исполнишь желание. Слово дай. – Юлька не отставала.

Прицепилась с этим желанием как пиявка.

— Только не грядку укропа сожрать.

— Зачем такие крайности, все будет вполне прилично, — пыталась убедить его с невинным видом.

— На тебе «слово», надеюсь, кровью не придется расписываться.

— Как знать… как знать, — с лукавым выражением проговорила она вполголоса, хитро

улыбнувшись.

— Тогда поехали. Все равно, Юлька, тебе придется сегодня побегать. А мы с Михалычем курить

будем, — заявил весьма самоуверенно Шаурин, на что Юля только громко рассмеялась.

— Размечтался, — с деланным пренебрежением проговорила она и удобно уселась на софе, поджав

под себя ноги.

По результатам нескольких конов выяснилось, что девчонка в картах не промах. Сама игра в

«дурака» не была сильно увлекательной, но при наличии таких партнеров, как Лев Михайлович и

Юлия, на первый взгляд скучное развлечение превращалось в спектакль.

— Так, Михалыч, что за дела? Ты совсем разбушлатился! – возмутился Денис. В который раз Юлька

с Михалычем завалили его, заставив принять.

— Не мы такие, жизнь такая, — подмигнул Юле старик.

— Нет, так не пойдет, — выговаривал Денис, раскладывая в руке веер из карт.

— Видишь, девчушка какая сообразительная. Ты думал… А оно вон оно как… — развел руками.

— Он думал, что я полная круглая дура, — сказала Юля и выразительно посмотрела на Дениса.

— Ложь. И провокация, — протягивая слова, не глядя на девочку, просчитывая в уме комбинации, сказал Денис.

Каждый из них придерживался своей тактики. Юля действовала интуитивно, заодно подмечая и

запоминая, сбрасывая свои с учетом принятых другими игроками мастей. Михалыч

профессионально мухлевал. И за время игры не раз был пойман. Денис попросту считал карты.

— Вот Валька моя… Ох, и стерва в молодости была. Все нервы мне вымотала. Зато сейчас

покладистая.

— Лева, иди-ка сюда! – «покладистая Валька» появилась как раз вовремя. И кроме самого Михалыча

покладистости в ней никто не заметил.

— Да подожди ты! – отмахнулся старик. Глаза его блестели азартом. Он то и дело потирал усы, раздумывая над следующим ходом.

— Я кому сказала! Иди говорю, мне твоя помощь нужна. Ты посмотри на него, расселся! –

Валентина рассердилась не на шутку и встала в дверях, уперев руки в боки.

— Эх… — не скрывая досады, со щелчком бросил карты на стол кверху рубашкой. — Чертова баба!

Все ребятки, знать, не отпустит меня больше. Навялилась, не отстанет теперь. Играйте без меня.

— Так, господа присяжные заседатели, подведем итоги, — довольно изрекла Юля и взяла листок

бумаги, на котором они записывали результаты.

— Э-э-э… Нет. — Денис забрал листок. — Какие итоги? Мы еще не закончили.

— Как это не закончили? Михалыч ушел, игра на троих окончена, теперь можно подсчитывать

результаты. Если на двоих, то отдельно надо по новой начинать.

— Как у тебя все гладко. Выкрутилась.

— Конечно, а ты как думал? У меня все строго. Все запротоколировано. Увильнуть у тебя не

получится. Слово дал. Так что, верю я в твою честность и порядочность. Пока верю… — погрозила

пальцем.

— Ладно, давай считать, — отступил Шаурин. К чему этот мелочный спор? Это же только игра.

— Нет! – выхватила из его рук листок. – Я сама. – Закусив губу, она быстро посчитала количество

палочек напротив каждого имени: — Лев Михайлович – три, Денис — пять. Я – шесть… Все, Шаурин, ты мне должен, — довольно сообщила она.

— Хорошо, так и быть. Загадывай желание. Но только в рамках приличия.

— У всех рамки приличия разные. В твою непорочность мне почему-то не верится, — ехидно

сказала. – Ну да ладно… — отложила листок. — Думаешь отделаться парой щелбанов? Не выйдет.

Как придумаю, скажу. Предупреждаю, срока давности твой проигрыш не имеет.

— Даже отыграться не дашь?

— Ни за что!

— Кошмар какой. Ужас просто.

— Угу, гестапо, — самодовольно ухмыляясь, вторила она.

— Какая ты оказывается, Юля-Юлечка-Юляшка… Опасный ты человек… — вкладывая иронию в

слова, шутливо говорил он.

— Вот так-то. Будешь знать, как со мной иметь дело.

— А с виду такая «ромашка», — покачал головой.

— После такой игры мне определенно требуется подкрепиться. Пойду чайку поставлю, думаю, скоро

родители подъедут, — Юля соскочила с места и щелкнула кнопку включения на электрическом