Страница 44 из 117
Катя прошла в свою комнату и бросила себя на кровать. Мысли путались.
На кухне продолжалось чаепитие.
- Катя говорила, что вы тоже преподаете? – Буди сделал глоток ароматного темно-коричневого напитка из белой чашки с озорными голубыми горошинами и внимательно посмотрел в глаза Георгию Дмитриевичу.
- Да-да, в Гуманитарном университете профсоюзов, на факультете культуры... Я – культуролог.
- Очень приятно! Мы с вами – коллеги... Но вот с вашим вузом у нас пока нет контактов... Скорее всего, потому, что Метрополитен появился совсем недавно, на основе двух вузов... Но зато у нас учатся иностранные студенты! И много международных офисов по всему миру: в Брюсселе, в Пекине, в Дели, в Гаване...
- Подождите! – Георгий Дмитриевич отставил чашку с чаем и в упор начал разглядывать Буди. – Так вы тоже – за гуманизацию образования?
- Да. И за объединение вузов разных стран в мировое университетское сообщество.
- А мы развиваемся в этом направлении более восьмидесяти лет. И поддерживают нас почетные доктора университета! Говорят ли вам о чем-то их имена? Дмитрий Лихачев, Георгий Свиридов, Мстислав Ростропович, Даниил Гранин, Андрей Вознесенский... – Георгий Дмитриевич смог бы перечислить всех почетных докторов, но вовремя остановился. Навряд ли они известны преподавателю небольшого английского вуза.
- Я знаю не только их имена, - неожиданно для него прозвучал ответ Буди, - но и некоторые их работы. Например, читал на английском языке поэму Евтушенко «Станция Зима» и его стихи. А Мстислав Ростропович... кстати, является почетным доктором не только вашего вуза, но и нескольких учебных заведений других стран. В Великобритании – Кембриджского и Оксфордского университетов. А «величайшим из ныне живущих музыкантов» провозгласила его именно лондонская газета «The Times»...
Георгий Дмитриевич кивнул. Ему понравился кругозор молодого доктора философии. Однако... Что, если продолжить тестирование? Вот и Катя об этом просила... И глава семьи, заговорщически улыбнувшись, спросил гостя:
- А что может связывать Его Королевское Высочество принца Майкла и ректора Бристольского университета доктора Кингмана?
Буди задумался. Он сжал ручку чайной чашки, словно от этого движения увеличивалось напряжение мозговых клеточек, а потом произнес:
- Думаю, их объединяют идеи гуманизации образования...
- В точку! – Георгий Дмитриевич от удовольствия хлопнул в ладоши и добавил. – И оба они являются почетными докторами нашего вуза!
- Да ну? – Буди искренне удивился. – А вот об этом я не знал.
- Так что же главное в гуманистической сути культуроцентристской концепции?
Георгий Дмитриевич поднял вверх указательный палец, словно шпрехшталмейстер на арене, извещая зрителей о начале головокружительного сальто-мортале, и с воодушевлением закончил мысль:
- Признание духовно ответственного выбора и духовно мотивированного поступка как основы личностной зрелости человека. Да-да, вы со мной не спорьте!
- Я и не спорю. – Буди отодвинул чашку с остывшим чаем. – Развивать только интеллект –этого мало... Кстати, а вы работаете над созданием образа российского интеллигента? Эта тема для вас актуальна?
Георгий Дмитриевич снова улыбнулся незримому третьему собеседнику и ответил:
- Может быть, это будет звучать несколько иначе? Не «создание образа российского интеллигента», а «воспитание студентов на примерах лучших образцов российской интеллигенции»...
Он сделал небольшую паузу, словно припоминая тот случай, о котором хотел рассказать.
- Однажды был у нас с визитом ректор Линнского университета доктор Росс... Буди, да что же это мы? Давайте уж закончим официальную часть посиделок, а то как на симпозиуме!
Он опять что-то вспомнил, потому что начал повторять одно и то же:
- На симпозиуме! Ну надо же! На симпозиуме! – отец Кати весело расхохотался, да так, что не мог остановиться.
Не понимая, в чем дело, Буди с удивлением смотрел на странного собеседника и думал: «Неужели я не уловил смысла какой-то остроты в его словах? Вот что значит «русский юмор»! Меня об этом предупреждали!»
- Почти до слез пробило! – Георгий Дмитриевич провел по глазам салфеткой и посмотрел на Буди. – Слово «симпозиум» произошло от древне-греческого «симпосий», что значит «ритуализированное пиршество, сопровождаемое буйным весельем».
Теперь начал хохотать Буди. Он представил в «буйном веселье» того важного толстого американского доктора, который выступал с докладом на симпозиуме в Амстердаме. Доктор рассказывал о доколумбовой цивилизации майя в Месоамерике, и очень интересно, несмотря на то, что название его доклада, как и фамилия оратора, было таким длинным и трудновыговариваемым...
***
Катя лежала на кровати с закрытыми глазами, представляя потолок экраном, на котором можно «прокрутить» последние события. Неплохо бы разложить их по полочкам, чтобы определить, какие из них значимы, а какие и вовсе не нужны. Тогда все лишнее можно выбросить из головы. А может, и сжечь в топке сердца. Или – вытравить из памяти? Несмотря на белый потолок, «экран» казался зловеще черным и... пустым. Но вот на нем зашевелились, как и в прошлый раз, ожили тени кукол.
Та, которая была с длинной растрепанной паклей на голове и с огромными висячими грудями, выпучила глаза и широко открыла рот, набитый кривыми зубами:
- Нет, Катарина не простит Альберта... Не будет ему прощения! И тогда...
Ее белая пакля еще больше побелела от злости, а на пальцах рук начали расти длинные когти.
- Ты умерла! – почти прокричала Катя. – Ты еще в прошлый раз умерла...