Страница 38 из 117
Интересно, что у всех великих людей есть и пик славы, и - «не лучшие времена». А у многих последнего даже гораздо больше – так и заканчивают свое пребывание на грешной земле в нищете.
Когда она любовалась картинами современников Рембрандта, его учеников, и конечно же – учителя – Питера Ластмана, подумала: «Хорошее имя – Питер, оно так часто встречается среди нидерландцев. И так созвучно с именем нашего Петра Первого...».
Музей Ван Гога[122] располагался в парке рядом с Рийксмузеем[123]. Современное и очень даже модное здание. Из картин этого художника Кате больше всего понравился "Цветущий миндаль"[124]. Оказывается, Ван Гог написал это полотно, когда услышал от любимого брата Тео радостное известие о рождении сына – впоследствии единственного своего племянника. На нежно-голубом фоне расцвел миндаль. Его цветы как будто настоящие, их хочется потрогать, настолько они осязаемы, хочется вдыхать и вдыхать их аромат... А вот «Подсолнухи»[125] Ван Гог написал для Поля Гогена, с которым тогда дружил. Однажды к приезду Поля он украсил в своем домике комнату, повесив на стены шесть подсолнухов – три на голубом фоне и три – на желтом. И желтый фон очень необычен, он навевает совсем не радостные мысли...
«Почему у многих гениальных людей трагична судьба? - этот вопрос задавала себе Катя и не могла на него ответить. – Вот, например, Ван Гог. В порыве ярости мочку уха себе отрезал, а потом и вовсе оказался в клинике для душевнобольных. А в конечном итоге – самоубийство. Чего ему не хватало? Удовлетворения своим творчеством? Душевного равновесия? А может, несостоявшегося личного счастья?»
- Катя, ты не уснула? – Буди дотронулся до ее локтя, чтобы вывести из состояния глубокой задумчивости.
- Нет! Просто думаю...
- Да, далеко не радостной была судьба этих великих людей с мировым именем! – произнес он в унисон ее мыслей.
- И почему? Вот я думаю об этом и не нахожу ответа...
- Катя! Давай не будем о грустном... Ты ведь сегодня уезжаешь, а мы еще и не увидели символ Амстердама!
- Да? – она словно стряхнула с себя негатив и даже изобразила на губах нечто вроде улыбки:
- А что? Есть такой символ?
- Конечно! Поедем к амстердамской бухте!
Еще издалека увидела она здание цвета морской волны. Оно возвышалось над въездом в тоннель и напоминало очертания корабля, нос которого вздымается над заливом. Интересная стилизация!
- И что это такое, а, Буди?
- Музей Немо[126]!
- Немо? А я читала в детстве роман Жюля Верна «Двадцать тысяч льё под водой»[127]! Там тоже был Немо! И путешествовал он на подводной лодке «Наутилус»...
- Вот видишь, значит, ты уже знаешь о том, что образ этого капитана – вымышленный, и его имя переводится как «никто»...
Он поддержал ее за руку, когда она выходила из машины:
- Осторожно, здесь асфальт влажный... Да, в этом музее тоже можно совершить путешествие на грани вымысла, что-то среднее между реальностью и фантазией... Знаешь, здесь есть даже кафе с таким же названием – «Наутилус». Обычно с него и начинают экскурсию. Ты как? Хочешь посмотреть?
- Думаю, уже не успеваю... А как хотелось бы!
- Тогда пойдем наверх!
Он подхватил ее под руку и потянул за собой:
- Есть кое-что интересное на четвертом этаже...
Она слегка запыхалась от быстрого шага, почти бега, в одном месте даже споткнулась и тонкий каблучок застрял в выемке между ступеньками. Но тут же осторожно вырулила из этого плена:
- Да подожди ты! Не гони лошадей!
- Каких еще лошадей? – засмелся он. – Или ты о том, что это мы с тобой как пара скакунов?
- И как это ты догадался?
А вот и ступенчатая крыша, похожая на палубу! Катя остановилась и перевела дыхание. Смотреть вниз – начинает кружиться голова, а вот вдаль – на панорамный вид старого города – истинное наслаждение! Отсюда и древние, и современные крыши зданий кажутся такими малюсенькими... Вроде кукольных.
- Да это ж настоящая смотровая площадка! А, Буди! Ты слышишь?
- Так и есть!
- И кто на выдумку мастак?
- Что ты спросила?
- Говорю, кто придумал такое чудо?
- А-а-а... Архитектор Ренцо Пьяно! Действительно, ему удалось найти именно такое место в гавани, откуда открывается панорамный вид.
- А где символ Амстердама? Ты ведь до этого о нем говорил!
- Вот сейчас ты и стоишь на этом самом символе! Разве не чувствуешь? А точнее – на крыше здания Музея Немо, который и есть символ! Чувствуешь себя капитаном корабля? Не выпускай из рук штурвала, Катя!
В этот момент со стороны залива заиграли духовые инструменты.
- Смотри, Буди!
Катя показывала туда, на залив, где торжественно шествовало какое-то судно. Видимо, на его палубе и играл оркестр. А рядом с ним – толпились люди. Кажется, они танцевали. Видимо, туристы... А к кромке гладкой поверхности воды так близко приблизились здания Амстердама! Они возвышались плотной стеной, любуясь своим отражением в зеркале, которое с самого рождения положили у их ног.
- Катя, мы еще куда-нибудь успеем? Как у тебя со временем? – спросил ее Буди, перекрикивая громкие звуки духовых инструментов.
- У меня времени нет совсем! Так что... если только – Музей мадам Тюссо[128]! Это непростительно – не увидеть восковые скульптуры! Да! А самое главное! О каком таком «плывучем голландце» ты говорил? Я его тоже хочу посмотреть! Короче, оставляем «голландца» и мадам. Все!
***
Когда Катя вернулась домой, Паула уже хозяйничала на кухне:
- Ну ты и пропала! Со своим Буди гуляла?