Страница 28 из 30
— Мне насрать на ваше дознание и на ваши полномочия. Мы часть прямого подчинения, операция, которую мы проводим — особой государственной важности и совершенно секретна. Если вы немедленно не освободите моего человека — я позвоню министру обороны и доложу о сложившейся ситуации. Или — я могу позвонить Президенту, полномочия у меня есть. Но не факт — что после этого полномочия останутся у вас…
В себя — Аллен пришел на борту транспортного вертолета, несущего его в Баграм. В вертолете был Снейк, контр-адмирал Бьюсак, несколько офицеров штаба и приписанная к ним группа охраны ВВС, отвечающая за безопасность. Он не знал о том, что его — освободили по звонку министра обороны США, предписавшего немедленно прекратить дознание.
Снейк был мрачен как туча. Аллен — предпочел ни о чем не спрашивать — ему только было непонятно одно: как вся эта история в Кабуле так быстро стала известна и повлекла столь серьезные последствия. В том дукане что — какая-то явка была?
После посадки — лейтенант-коммандер провел его в тесное здание штаба. Налил кофе — ему и себе. Кофе был на удивление хорошим.
— Теперь рассказывай — сказал он — как ты сумел вляпаться в дерьмо. Ты что — совсем рехнулся?
Лейтенант рассказал все, что произошло в Кабуле. Без утайки. Коммандер Снейк посмотрел на него как на сумасшедшего.
— Что за херню ты порешь, Аллен? Какой к чертям дукан?
— Сэр, но это так.
— Твою мать…
Аллен почувствовал, что дело неладно. Совсем неладно.
— Сэр, что-то произошло?
Коммандер отхлебнул кофе, и лишь потом сказал — как плюнул.
— Дулитл убит. В Кабуле. Из американского оружия…
Лейтенант Джон Дулитл был убит двумя пулями сорок пятого калибра буквально у самого американского посольства в Кабуле, в дипломатическом квартале, охраняемом как последний рубеж обороны. Стреляли в спину, дважды, с близкого расстояния, никто ничего не видел и не слышал. Тело обнаружили почти сразу же, но убийцы или убийц — уже и след простыл. Судя по направления выстрелов — стреляли из проезжающей машины, и попали очень точно. Тот, кто это сделал — знал, что делает.
И теперь — операция была под угрозой срыва…
На следующий день — приехала специальная группа из дознавателей ВМФ, какие-то необычные дознаватели с большими полномочиями. Лейтенант Аллен, как человек, конфликтовавший с Дулитлом — пошел на полиграф первым и сидел там три часа, ответив на триста двадцать восемь хитро сформулированных вопросов — их учили лгать на полиграфе, но сопоставление реакций при одних и тех же вопросах, заданных в разной формулировке — должно было выявить ложь или хотя бы помочь определить степень искренности отвечающего.
Ничего не определилось. Как нельзя кстати, поспела информация из посольства США в Исламабаде — пару месяцев назад лейтенант Аллен, выполняя специальное задание ЦРУ попал в антитеррористическую полицию Пешавара и был там избит до потери сознания и сотрясения мозга. Травмы Аллена подтвердил посольский врач, в том числе травму головы. В сочетании со специальными навыками допрашиваемого — это говорило о том, что картина исследования на полиграфе могла быть искажена до неузнаваемости и не могла свидетельствовать ни в пользу лейтенанта Аллена — ни для его изобличения.
Ничего. Ноль.
Допросили всех остальных — хотя понимали, что это бессмысленно. По журналу — выходило, что отсутствовали только Дулитл и Аллен, все остальные были в Баграме и могли подтвердить алиби друг друга, их видели и посторонние люди. У Аллена был мотив — хотя и слабый, но больше против него ничего не было.
Так ничего и не выяснив, группа дознавателей улетела в Кабул. Им приказали обо всем забыть и продолжить тренировки, информацию засекретили. По официальной версии — лейтенант Джон Дулитл погиб во время тренировочного спуска, сорвавшись с троса и сломав шею, об этом было записано в официальных документах. Естественно — настроения в группе это не улучшило.
Вашингтон. Белый Дом
29 апреля 2011 года
Последнее… крайнее перед атакой совещание состоялось в ноль восемь тридцать по времени Восточного побережья, в дипломатическом кабинете Белого Дома. Участвовал весь силовой блок: Бреннан, Дониллон, Панетта, по спецсвязи из Джелалабада — участвовал Бьюсак. ЦРУ представляя директор Национальной разведки Кейпс. Не было министра обороны Гейтса, государственного секретаря Хилари Клинтон. Первый сказался больным. Вторая была занята. Это были два опытнейших политических бойца, с отменным чутьем и их отсутствие могло бы и насторожить президента.
Не насторожило…
Президент был в не слишком хорошем настроении, хоть и не показывал этого. Не далее как вчера — у него было совещание с представителями ФРС и членами экономического блока правительства. Прямо перед самой президентской кампанией — они сказали, что кризис победить не удается и есть как минимум тридцать пять — сорок процентов вероятности повторного кризиса в течение ближайших двух лет, и такова же вероятность — длительной, в пять — семь лет стагнации. И это только в том случае, если европейцы удержат евро, если нет — вероятность цепной реакции обвала по всему миру существенно возрастает. Это были как нельзя лучшие новости перед выборами — тем более, что каждый пятый американец находился за чертой бедности, а каждый восьмой — не имел работы. Президент понимал всю тяжесть сложившейся в экономике ситуации и даже думал о том, чтобы отложить специальную операцию на несколько месяцев, чтобы она пришлась аккурат в разгар предвыборной гонки — так, она намечалась на июль-август. Но последние события — заставили наоборот, форсировать подготовку к операции.
Все дело было в человеке по имени Абу Ахмед аль-Кувейти. Аль-Кувейти — было не именем, а кличкой, что означало — кувейтянин, человек из Кувейта. Такие клички были необходимы и становились частью фамилии, потому что Абу Ахмед — очень распространенные в арабском мире имя и фамилия.
Все началось еще в две тысячи втором году — тогда в руки ЦРУ попало немало людей, занимавших высокие посты в Талибане и Аль-Каиде. Среди имен, которые удалось тогда получить — было и имя Абу Ахмед аль-Кувейти — никто не знал, подлинное оно или вымышленное. Этот человек считался курьером и никакого значения ему не придавали. Эту информацию подтвердили в две тысячи третьем году захваченный Халид Шейх Мохаммед, оперативный командир Аль-Каиды, а в четвертом году — Хасан Гул.
В две тысячи пятом году был взят живым новый командир Аль-Каиды, Абу Фарадж аль-Либи, который на допросе сообщил, что курьером Бен Ладена был человек по имени Маулави Абд аль-Халик Ян, про человека с именем аль-Кувейти он не знает. К тому времени — у сотрудников ЦРУ уже было подозрение относительно аль-Кувейти — и Халид и аль-Либи всячески старались убедить следователей в том, что аль-Либи имел самое минимальное отношение к организации. В то же время — с первого года человека с подлинным или вымышленным именем аль-Кувейти никто не видел.
Однако, эта информация так могла бы и остаться без использования: в конце концов, никаких данных по аль-Кувейти не было — если бы не один аналитик ЦРУ по имени Джон. Невысокий, неаккуратный, с внешностью бухгалтера — он обладал редкостным терпением и усидчивостью. Кропотливо перебирая протоколы допросов, запоминая имена — он скармливал это компьютерной программе, которая должна была помогать антитеррористическим силам в их работе. Эта программа, поглощая огромные объемы информации, приходящие с системы перехвата Эшелон и от ее операторов, вводящих в нее совершенно секретную информацию — должна была выстраивать что-то вроде математических моделей происходящего. Математический аппарат этой программы был настолько сложен, а количество входящих данных столь велико — что под ее работу потребовалось закупить суперкомпьютер. Но дело стоило того. Именно эта программа в середине девятого года идентифицировала аль-Кувейти и благодаря нелегально полученным базам данных перевозчиков — указала на город Абботабад в северо-западном Пакистане, известный в стране курорт и военный центр на самой границе. А потом — и на здание, построенное недавно и с очень подозрительно оплачиваемой электроэнергией.