Страница 25 из 39
Эта свернувшаяся спиралью золотая змейка некогда обвивалась вокруг предплечья, богатой помпеянки, ожерелье украшало шею, а серьги с изумрудами - уши.
Скульптура являлась непременной составляющей помпейских садов, и часто их владельцы выставляли там раскрашенные изваяния, - например, статуи златовласых мальчиков.
На снимке представлен перистильный сад Марка Лукреция - в том виде, в котором он был обнаружен.
ЭССЕ
Дома, поднятые из пепла
"О, Альбуций, сколь гостеприимен твой дом!" - написал кто-то из гостей на стене в саду одного из красивейших домов в Помпеях. Схожие слова могли бы относиться к любому из других изящных жилищ в городе. Такие дома, отныне освобождённые от слоёв пемзы и пепла (некоторые даже пугают своей идеальной сохранностью), без слов повествуют о том, какой была домашняя жизнь зажиточных помпеян.
Хотя в городе, где годное для застройки пространство ценилось весьма высоко, дома тесно примыкали один к другому, - всё же жителям особняков-островов был обеспечен полный покой в частной жизни. Высокие стены, чаще всего без окон, защищали жильцов от уличного шума и посягательств воров. Вместе с тем, благодаря отверстиям различной величины, проделанным в черепичной крыше, даже в самый крохотный домик проникало довольно света. Непременной особенностью подобной архитектуры было естественное чередование залитых солнцем пространств с приятно затененными покоями. Вид, открывавшийся сквозь проём уличной двери, увлекал взгляд от яркого атриума с высоким потолком и от рассеянного света в таблинуме - главном помещении для приёмов, - к залитому солнцем перистилю, или садику с колоннадой; а воздействие подобных контрастов лишь усугублялось красочными настенными росписями и затейливыми мозаиками.
В помещениях мало предметов мебели ибо за время, истекшее со дня катастрофы, почти ничего не сохранилось. Да её и тогда было немного - разве что деревянные кровати, шкафы, столики и ширмы. От зимнего холода комнату ограждали ставни, двери и занавески. По ночам горели сальные свечи или масляные светильники, а бронзовые железные или терракотовые жаровни давали скудное тепло. Но помпейские дома были не очень приспособлены к зиме: по-настоящему оживали они летом.
Даже обратившись в руины, роскошные руины Дома Фавна, названного так из-за статуи в водоёме атриума, дышат тем величавым спокойствием, которое делало помпейские дома настоящими убежищами, недосягаемые для городского гама. Неудивительно, что в судорожном смятении того последнего дня многие помпеяне искали спасения в прохладных уголках собственного жилища, чьи толстые стены до той поры всегда надёжно отгораживали их от внешнего мира.
Танцующий Фавн. Бронза. II в. до н. э. Высота 71 см. Находится на внутреннем дворике дома получившего название Дом Фавна.
Клиентам и гостям на диво
В величественном атриуме виллы Луция Альбуция Цельса, отпрыска старинного помпейского рода, приятно сочетаются солнечный свет и прохладная тень. Внушительный размер помещения (это самый большой атриум в Помпеях) и уравновешенные тона настенных фресок прекрасно согласуются с назначением комнаты - зала для официальных приёмов, призванного поразить посетителей богатством и хорошим вкусом хозяина.
Короткий коридор в дальнем конце соединяет атриум с улицей, а боковые двери ведут в спальные покои. Терракотовые водостоки, встроенные в конёк покатой крыши, позволяют дождевой воде стекать внутрь потолочного отверстия, в мелкий водоём-имплювий, проделанный в полу. В древности вода из имплювия попадала в цистерну под полом особняка: таким образом, в доме всегда поддерживался запас свежей воды для хозяйственных нужд.
Иные помпеяне предавали атриуму ещё более торжественный и возвышенный вид, выставляя в нишах или вдоль стен бюсты родственников и посмертные маски предков. Иногда в атриуме помещали железный денежный ящик (мы бы сказали - сейф) патрона, часто намертво прикреплявшийся к полу, - ведь всё необходимое для его "дел" находилось под рукой.
В величественном атриуме виллы Луция Альбуция Цельса.
Часто помпеяне придавали атриуму более торжественный и возвышенный вид, выставляя в нишах и вдоль стен бюсты своих родственников и посмертные маски предков. Иногда в атриуме помещали денежный ящик.
Хозяйские постройки
Из атриума Дома Старинной Охоты виден таблинум ныне безымянного патриция, украшенный настенной живописью и выходящий в небольшой перистиль виллы. Обычно такие помещения должны были "прибавлять весу" хозяину, каждое утро принимавшему там клиентов, которые толпились в атриуме в поисках его благодеяний.
В большинстве домов таблинум был самой большой комнатой из тех, что окружали атриум, от куда открывался самый лучший вид на все внутренние покои. Его название происходит от слова tabula (доска); поэтому можно предположить, что в более ранние времена такое помещение использовалось в качестве летней столовой. Возможно также, что некогда таблинум служил спальными покоями хозяина, отгороженными от атриума занавесками или складной деревянной перегородкой. По мере того, как сменялись зодческие стили и семейная жизнь перемещалась в более укромные комнаты вокруг перистиля, - таблинум постепенно превратился в своего рода официальную "гостиную" - помещение для приёма гостей, которых не допускали в частные покои.
Места для изысканного уединения
Расточительные помпеяне заботились об украшении даже самых маленьких уголков своего дома. Кубикулюм Виллы Мистерий - типичная для помпейских жилищ спальня без окон. Здесь стенопись с архитектурными мотивами служит иллюзорному расширению пространства. Выложенная камешками часть мозаичного пола указывает местоположение ложа, в других спальнях оно стояло в нише или было встроено прямо в стену. В большинстве спален из предметов мебели находились только ложе и светильник: причине принадлежности личного обихода хранились в других помещениях.
Над ванной комнатой в Доме Менандра тянется живописный фриз с изображением купальщиц. В отличии от общественных терм, куда ходило большинство помпеян, в частной бане на вилле, как правило, свободно помещался только один человек.