Страница 23 из 82
— Эй, Моран, ты чего творишь? — негодующе гаркнул лишившийся табурета корсар, но моментально притих под взглядом синих глаз парня.
Грир невозмутимо проследил за этой мизансценой, а Жаклин нетерпеливо отмахнулась:
— Это дело тебя заинтересует, я уверена. И нам лучше обсудить его в более уединённой обстановке, Эдвард.
— Вот как? — Грир лениво изогнул бровь.
— Да, — решительно кивнула Жаклин и понизила голос почти до шёпота. — Оно касается Дидье Бланшара.
Грир коротко переглянулся со своим спутником, и оба поднялись со своих мест.
— В наши комнаты, — распорядился капитан «Разящего».
И они вчетвером направились к лестнице, ведущей наверх — под приглушенный и почему-то удивлённый гул голосов завсегдатаев «Трёх бочек».
Расслышав одну из фраз, брошенных подвыпившим корсаром, сидевшим за столом, мимо которого они проходили, Клотильда залилась краской.
— Давно ли Грир переключился на баб? — вот что сказал гуляка.
Проходя мимо, синеглазый мальчик, названный Мораном, совершенно хладнокровно и молниеносно расквасил ему лицо об угол стола и даже не повернулся на раздавшийся дикий вопль и взрыв ругательств. Лишь надменно покосился через плечо на вмиг протрезвевшего пьянчугу, размазывавшего рукавом кровь и сопли.
Грир чуть усмехнулся, а Клотильда с содроганием отвернулась.
И эти люди — друзья Дидье?! Она просто не могла в это поверить.
Кевин за стойкой вздохнул и покачал головой, бросая подбежавшей рыженькой девчонке чистое полотенце:
— Намочи это, Нелл, и дай этому дурню, пусть утрёт рожу.
А потом сам неторопливо двинулся к лестнице, догнав всех четверых возле комнат Грира.
— Я тебя сюда не приглашал, Кев, — врастяжку произнёс Грир, пристально глянув на него.
Тот и бровью не повёл.
— Если дамы потребуют, чтоб я ушёл, я уйду. Но это мой трактир, и пока они находятся под моей крышей, я за них отвечаю.
Грир перевёл насмешливый взгляд сперва на Жаклин, потом на Клотильду, которая похолодела под этим взглядом:
— Вам нужна компаньонка, дамы?
— Пускай, — после некоторого раздумья сказала Жаклин, а Клотильда только молча кивнула. Ей и вправду стало очень спокойно в присутствии хозяина.
Распахнув дверь с затейливой резьбой в виде виноградных листьев, Грир пропустил всех в большую, хорошо обставленную комнату, в которой горел камин, и, подойдя к круглому столу в центре комнаты, нетерпеливо бросил:
— И что там с Дидье?
Жаклин взглянула на Клотильду, и та, поняв, что говорить придётся именно ей, произнесла, взвешивая каждое слово:
— Он в губернаторской тюрьме на Пуэрто-Сол. И его казнят, если никто ему не поможет.
Она умолкла, невольно стиснув руки у сердца и видя, как переглядываются трое мужчин.
— Кто вы? — тихо спросил Кевин и почему-то с тревогой посмотрел на неё. — Я Кевин Мейси, а это Эдвард Грир и Моран Кавалли.
— Меня зовут Клотильда Блэр, сударь, — коротко пояснила женщина. — Я хозяйка трактира «Розовый букет» — там, на Пуэрто-Сол.
— И какого дьявола Дидье занесло в эту дыру? — после паузы хмуро осведомился Грир.
— Это не имеет значения, — спокойно отозвалась Клотильда и мельком удивилась тому, что даже не вздрогнула под тяжёлым взглядом капитана.
Всё это и вправду было неважно. Совсем, совсем.
— А почему вы сразу кинулись к мадам Делорм? — прищурился Грир. — А она — ко мне?
Он перевёл взгляд на Жаклин — словно дуло мушкета.
— Мы же подруги, — поспешно опередила её с ответом Жаклин. — Кло попросила меня помочь.
Подруги! Трактирщица в тёмном поношенном платье и чепце, с натруженными руками и усталым лицом — и владелица судна, богато разодетая, молоденькая, надменная и изящная. Подруги!
— Да, я попросила, — невнятно пробормотала Клотильда, похолодев при мысли о том, что сейчас Грир выгонит их прочь и не станет больше слушать из-за глупых увёрток Жаклин.
И тогда уже никто не поможет Дидье Бланшару.
— Капитан! — горячо выпалил вдруг Моран, на миг коснувшись локтя Грира. — Мы можем…
— Я без тебя знаю, что мы можем, — отрезал капитан, не дав ему договорить, и Клотильда внезапно с величайшим облегчением заметила в холодной непроницаемой глубине его глаз ту же тревогу, что так отчаянно сжимала её собственное сердце.
Слава тебе, Боже…
Она пошатнулась, ощутив навалившуюся наконец усталость. Ноги у неё подкашивались, во рту пересохло, и она рассеянно припомнила, что последние два дня почти ничего не пила и не ела.
Это тоже было неважным.
Тёплая большая рука Кевина крепко взяла её за плечо.
— Присядьте, миссис Блэр. Вот сюда, к огню. Я сейчас принесу вам горячего грога.
— И мне! — распорядилась Жаклин.
— Спасибо… — Клотильда сморгнула навернувшиеся слёзы, послушно усаживаясь на подставленный хозяином стул с удобно выгнутой спинкой.
— Правильно, — проворчал Грир, продолжая хмуро и бесцеремонно её разглядывать. — Садитесь и выкладывайте всё по порядку. Без бабьих обмороков и сказок. Где его поймали?
Клотильда глубоко вздохнула:
— В усадьбе «Очарование».
На Жаклин она не смотрела.
— Когда?
— Третьего дня вечером, — хрипло ответила Клотильда. — Я села на пакетбот, идущий сюда, следующим утром, едва узнала об этом.
Мужчины опять быстро переглянулись, и она с силой проговорила:
— Я знаю! Знаю, что пиратов вешают сразу и без суда! Но он… что-нибудь придумает, я уверена!
— Он уже надумал — притащиться на ваш треклятый остров, даже никому не сообщив, куда собрался, — сверкнул глазами Грир.
Жаклин с досадой хлопнула веером по столу, и Клотильда так и подскочила:
— К чему все эти расспросы? Важно только то, что сейчас он в тюрьме, а не то, зачем он отправился куда бы то ни было! Что вы решили делать?
Капитан «Разящего» насмешливо покосился на неё, скривив губы.
— Решили, что вы сейчас тоже присядете, мадам Делорм, — сказал он вкрадчиво, — возьмёте вот это перо, лист бумаги и изобразите нам план резиденции вашего распрекрасного губернатора. Не сомневаюсь, что вы не раз были там на каком-нибудь треклятом балу и всё отлично помните. И уточните, будьте так любезны, число охраняющих резиденцию солдат. Тюрьма находится в подвалах?
Жаклин молча кивнула, подсаживаясь к столу.
— Но послушай, Эдвард, — не выдержала она, отложив перо, — как скоро вы сможете туда попасть?
Грир выдержал паузу и коротко ответил:
— Нынче же ночью, как совсем стемнеет. Через пару часов.
— Что? — выдохнули обе женщины в один голос.
— «Маркиза» только что вернулась из Шанхая, — с удовольствием сообщил Грир, как будто это всё объясняло, а Моран гордо добавил:
— Марк с Лукасом подцепили у китайцев какое-то изобретение, и теперь «Маркиза» покрывает почти пятьдесят узлов в час!
— Il est impossible! — потрясенно вскричала француженка. — Это невозможно!
— План резиденции, Жаклин, — кладя на лист бумаги большую смуглую ладонь, хищно усмехнулся Грир, и при виде этой усмешки Клотильда содрогнулась. — И клянусь Богом, эта ночка в Пуэрто-Сол будет жаркой!
Дидье Бланшар иногда мечтал о холодах.
О квебекских морозах.
Особенно в такую жаркую и душную ночь, как сегодня.
Не о таких морозах, конечно, когда на лету замерзает плевок, vertudieu!
Просто чтоб припорошивший жухлую траву снежок похрустывал под ногами, изо рта вырывались облачка пара, а на обледеневших ветках над головой чирикали озябшие воробьи.
Ему вдруг так остро захотелось оказаться в родной деревушке прямо сейчас, что аж в глазах защипало.
Дидье сердито мотнул головой и представил, что появляется там как есть — весь в синяках и ссадинах, с громыхающими на руках цепями, будто какое-то чёртово привидение, в драных штанах и обрывках тряпья вместо рубахи… и ухмыльнулся. Народ бы точно в разные стороны разбежался, palsambleu!
Он не был дома больше восьми лет.
Никто там даже не узнает о его смерти, если…