Охота на Избранного

— Но, сир, — сказал Миня, — как мы их найдем? Мы никогда их не видели.

— Пусть так, но все же вы знаете о них больше всех нас. К тому же таким образом вы докажете свою верность Нормандии. А вы нужны ей, — второй капитан улыбнулся и закончил: — А теперь идите отдыхайте. Ваша палатка в солдатском лагере, отряд сира Росса. Завтрашний день начнется рано и продлится долго. Один из людей сира Росса даст вам утром более подробные разъяснения.

Он быстро развернулся и ушел обратно в шатер, а мои друзья остались стоять у костра.

Какое-то время Арк, Роб и Миня пытались обдумать поставленную перед ними задачу. Опознать алавантаров, схватить их — это было дело, достойное настоящего рыцаря, а не оруженосца, даже десятка оруженосцев. Но как узнать алавантаров среди других людей? А что, если те люди в пещерах вовсе не алавантары? Ответов на эти вопросы мои друзья не знали. Взглянув еще раз на шатер герцога, они поспешили вниз по склону холма по направлению к солдатскому лагерю, где для них была приготовлена палатка. Пробравшись через ряды палаток и повозок, они нашли маленький треугольный шатер темно-синего цвета. Поздоровавшись с незнакомыми юношами, жарившими куски мяса на огне костра, они вошли внутрь.

Глава 41

Арк проснулся рано, когда остальные еще крепко спали. Дрожа от утреннего холода, он лежал какое-то время под одеялом, но потом встал и вышел наружу. Все вокруг было окутано густым туманом. Но Арк слышал, как лагерь начинает просыпаться. В отдалении раздавались тихие голоса, шаги, звон оружия. Где-то рядом громко залаяли служебные собаки, топот копыт гулко раздался по холодной земле. Арк вслушивался во все эти звуки и смотрел на затянутое облаками небо. Но, когда с запада налетел ледяной ветер, он быстро нырнул обратно в палатку и лег в свою постель в углу. Слегка согревшись под одеялом, он опять закрыл глаза, но, увы, поспать ему не пришлось. По лагерю прокатились звуки боевых труб, возвещая начало решающего дня.

Все в палатке вскочили и, на ходу надевая доспехи и беря оружие, стали выскакивать наружу. Брезентовая дверь впустила внутрь холодный воздух, и Арку тоже пришлось встать. Он быстро залез в свои доспехи, взял оружие и поспешил за остальными в утренний туман. Но к этому моменту белая мгла отступила к горам, на западе четко стала видна спокойная темно-зеленая поверхность озера Азул. Арк удивился, что озеро так близко к лагерю. Вечером в темноте он даже не заметил, как войско вышло из долин Пуно к берегу Азула, самого большого озера в Нормандии, которое подходило прямо к подножию гор Края Земли. Издалека зеленая вода напомнила Арку Семиморье, и он сразу вспомнил, как в первый раз увидел морской берег. Он вспомнил Пули и тот момент, когда ему пришлось попрощаться со мной, Айком и Риком.

Пробившись сквозь шеренги солдат, к палатке подъехал молодой рыцарь и приказал всем идти в другую часть лагеря, где герцог и его капитаны уже ждали, чтобы войска заняли позиции для нападения. Все оруженосцы поспешили вслед за рыцарем, а Арк и Роб пошли за Миней, который повернул к конюшне. Но только они начали подниматься по склону, как из-за ближайшей палатки появились два мальчика, ведя в поводу их лошадей. Поблагодарив их за услугу, мои друзья быстро вскочили в холодные седла и потрусили вслед за солдатами через весь лагерь туда, где уже выстраивались шеренги ратников, чтобы выступать в сторону лагерей противника.

Вокруг выстраивались войска, трубы протрубили выступление, и ровные колонны солдат мерно двинулись к краю узкой вытянутой долины, зажатой между озером с запада и густым заболоченным лесом с востока. На небе появились красные и желтые блики, из-за горизонта выглянуло солнце. Его первые лучи упали на ровные шеренги солдат. У края долины войска нормандийцев разделились на три группы. Большая часть, в основном пешие воины, продолжила двигаться на север по покрытому росой полю. Всадники же разъехались в разные стороны — одна группа на восток, к черневшему вдалеке лесу, а другая на запад, к берегу озера. К берегу двинулись и мои друзья. Они попытались занять место в авангарде, но им приказали отойти назад, туда, где шли отряды лучников. Наблюдая за тремя молодыми оруженосцами, небритые грубоватые солдаты ухмылялись и отпускали им вслед нелестные замечания.

Пройдя еще четверть лиги по высокой траве, войска герцога Буаского остановились. Впереди открывался прекрасный вид на горы. Перед ними был Край Земли, мощный барьер, отделявший Эторию от Северных Пустошей. Внизу еще лежал туман, но высокие остроконечные пики отчетливо вырисовывались в прозрачном воздухе, образуя господствующую над местностью каменную стену, тянущуюся извивающейся змеей насколько хватало глаз. Поистине, это был самый внушительный памятник, оставшийся от Древних Времен. В одном только Виллоне распевали не менее десятка песен и еще больше плелось рассказов о великих горах и Преградах, о тех, кто их построил, и тех, кто за них сражался. И вот теперь мои друзья стояли перед этими горами, на пороге цивилизованного мира, на том месте, которое прославляли все народы, живые и мертвые.

Тем временем в полях войска ждали сигнала к наступлению. Время тянулось невероятно медленно, и каждый раз, как раздавался какой-нибудь звук со стороны отряда герцога, все вскакивали и смотрели на небо, ожидая увидеть две горящих стрелы. Но видели они пока что только птиц, высоко паривших над долиной и не подозревавших об опасностях, назревавших под ними. Мои товарищи чувствовали, как нарастало напряжение вокруг, и сами с трудом сдерживали волнение. Дыхание их участилось, глаза заболели от пристального всматривания в небо. И когда они, наконец, услышали в отдалении четкую барабанную дробь, кровь бросилась им в голову и сердца затрепетали. Людские колонны пришли в движение. Рыцари опустили забрала и взяли у оруженосцев длинные копья. Лучники натянули тетиву и наложили первые стрелы. Всадники щелкнули поводьями, а их кони приготовились броситься вперед. К этому времени ветер унес остатки тумана, и открылся вид на лагеря противника — три укрепленных форта, каждый окруженный бревенчатой стеной с невысокими башнями по углам. Самый большой лагерь находился прямо напротив центральной группы войск, второй — примерно в полулиге к востоку, а третий, самый маленький, непосредственно перед левым флангом. Мои друзья должны были участвовать в атаке на этот последний лагерь.

Из своего заднего ряда Арк, Роб и Миня рассматривали баррикады и различные строения на противоположном конце поля. Лагерь состоял из нескольких десятков палаток и длинных дощатых заборов, окружавших единственную действительно внушительную постройку — башню высотой более десяти локтей, которая стояла в самом центре форта. На ее верху Арк заметил какое-то движение, но не успел понять, что это такое, потому что услышал звук трубы со стороны позиции противника. Их враги тоже заметили сигнал к наступлению.

Пока противник готовился к защите, сир Росс и сир Диосер ничего не предпринимали и не разрешали своим солдатам двигаться с места. Они внимательно наблюдали за тем, что происходит в центре, где отряд герцога уже шел вперед. Это было красивое зрелище — солнце играло на доспехах, а знамена развевались на ветру. В лагере противника опять протрубили горны, и им ответили барабаны нормандийцев, за которыми последовали громкие команды рыцарей, которые ехали в первых рядах, а им бодро отозвались следовавшие за ними солдаты.

Колонна прибавила шаг, и скоро первые ряды центральной группы были уже у вражеской стены. Уперев копья в бревенчатую стену, нормандийцы проломили в ней широкий проход, в который тут же хлынули рыцари и их оруженосцы, рубя и круша ряды защитников. Мои друзья увидели, как несколько нормандийских пехотинцев упали на землю. Чуть подальше группа оруженосцев оказалась отрезанной от остальных и отчаянно сражалась с многочисленными врагами, окружившими их со всех сторон. Их фигуры мелькали какое-то время, но вскоре смелые юноши один за другим исчезли из виду, сорванные со своих лошадей десятками рук. Но все же защитники лагеря не могли долго противостоять множеству мечей и копий герцогского войска, и нормандийцы продвигались все дальше и дальше в лагерь, тесня врага к горам и пещерам — черным дырам на сероватой каменной поверхности.