Страница 29 из 50
— Идем, — распорядился он, выключив мотор. Заплатил за номер на первом этаже, отпер дверь и пропустил меня вперед.
Я замерла посреди комнаты, не зная, что делать дальше. Алекс, войдя, свалил мешки на стул у двери.
— Не хочешь принять душ? — Он вручил мне купленную одежду.
Я взяла все и закрыла за собой дверь ванной. Зеркало мне не льстило — жуткий вид. Стянув рубашку Алекса и свое платье, я скользнула взглядом по зеленоватому следу синяка на бедре. И, словно в дежавю, пережила заново момент, с которого все началось. Тогда я тоже стояла в ванной, примерно в таком же состоянии… Теперь те беды представились детским самокатиком в сравнении с дорожным катком.
В ванной я не медлила — боялась, что вот-вот нагрянет Демос. Не хотелось бы драться нагишом. Закончив мыться, наскоро вытерлась и натянула купленные Алексом джинсы с безрукавкой. Все оказалось впору.
Когда я вышла, Алекс стоял у окна, выглядывая в щель между шторами.
— Подойди сюда.
Я подходила медленно. Его лицо опять застыло, и мне вдруг стало страшно. Словно перед следователем, ведущим допрос.
Когда я встала перед ним, Алекс завел руку назад, и во мне все оборвалось — он тянулся за пистолетом! Зачем пистолет, я и так все скажу!.. Он держал оружие, направив ствол вниз.
И вдруг протянул мне.
— Стрелять умеешь?
Я замотала головой.
— Держи. — Алекс согнул мои пальцы на рукояти. Пистолет оказался неожиданно тяжелым и теплым, нагрелся от его тела. — Вот это — предохранитель. Чтобы стрелять, надо его сдвинуть. — Он своим пальцем направил мой и, встав за спиной, навел мою руку с оружием на стену. — Целишься и стреляешь.
Он щелчком вернул предохранитель на место и отступил назад. От тяжести мою руку повело вниз.
— Целься повыше, но в грудь. Думаю, ты и сама неплохо вооружена, но на всякий случай.
Я почувствовала, как вспыхнули щеки.
— На случай чего?
— Просто мне будет спокойнее, зная, что ты сможешь отстреливаться. Только меня не пристрели, пока буду мыться. — Он еще мог шутить!.. Или это не шутка, и он и вправду думает, я на такое способна? Зачем тогда отдал пистолет?
Алекс ушел в душ, но дверь оставил чуть приоткрытой. Стоя у окна, я смотрела на пистолет в своей повисшей руке. Хотелось его отложить, и в то же время оружие внушало странную уверенность.
Зашумела вода. Машинально обернувшись, я наткнулась взглядом на вышедшего из ванной Алекса. Он обмотался полотенцем, а в руках держал грязную одежду. Бросил ее на кровать, из сумки достал свежую и вернулся в ванную, даже не посмотрев в мою сторону. Я напомнила себе, что надо дышать.
Услышав, что Алекс начал мыться, я уставилась в окно, на стоянку за пустым, засыпанным листьями бассейном. Ни полиции, ни сирен, ни черных внедорожников, с ревом несущихся по шоссе. Я прижалась лбом к стеклу. Когда же кончится эта гонка? И кто ее выиграет?
Чья-то рука легла на мою, и я чуть не выскочила из собственной шкуры. Задумалась и не услышала, как он вышел из ванной!
Алекс осторожно вынул пистолет у меня из пальцев.
— Лила, я дал тебе оружие, а ты так замечталась, что даже не слышишь шагов!
— Я же не отслужила три года в морской пехоте, у меня нет особых… — Я прикусила язык. Чуть не сказала: «особых способностей».
Я плюхнулась на кровать. Алекс остался на ногах, заботливо оглядывая меня. Как будто хотел что-то сказать. Я приготовилась отвечать на вопросы.
— Тебе надо поспать. Я посторожу.
Я смутилась.
— Нет, это тебе надо поспать, ты совсем вымотался.
Он выглядел ужасно усталым: под глазами круги, отросшая за сутки щетина блестит на щеках золотистым налетом.
— Ничего. Ты первая. Я разбужу тебя через несколько часов, — пообещал Алекс, уже отворачиваясь.
Спорить не было сил. Алекс придвинул стул к окну и сел, наведя пистолет на дверь. Я повернулась к нему спиной и уставилась в стену, стараясь ни о чем не думать, ровным дыханием отгоняя страх. Что творится в голове у Алекса, я уже не пробовала и гадать.
На сей раз у людей в кошмаре были лица.
Двигаясь по кровавому следу, я заметила разбитую вазу у двери и перевернутый столик в гостиной. Мама сломанной куклой лежала на ступенях, и из ее груди хлестала кровь; мои руки стали красными, когда я попыталась зачерпнуть эту жизненную силу и влить ее обратно.
Внезапный звук заставил меня обернуться. Надо мной с ножом в руке стоял Демос. За ним теснились другие — те, чьи лица я видела на снимках в досье. Один с усмешкой выплюнул в меня окурок. Саки виднелась за их спинами туманным пятном — приплясывала в луже крови. Я завопила и рванулась к Демосу, чтобы выбить нож, но не смогла двинуться с места — кто-то крепко держал меня за плечи.
— Тише, тише, все хорошо.
Я билась, пытаясь высвободиться.
— Лила, все хорошо, успокойся.
Его голос заставил меня открыть глаза. Алекс сидел на краю постели, удерживая меня за запястья. Я рвалась к нему, будто хотела задушить. Перестав отбиваться, я вдруг потянулась к нему. Алекс не шевельнулся, и только тогда я вспомнила: я для него больше не Лила, он меня презирает. Я уже отстранилась и хотела откатиться подальше, когда его руки обвили меня, ладони отвели волосы от лица. Чувство было таким острым, что я решила — сон продолжается. В груди будто раскручивалась катушка с нитью. Выходили все мои страхи, тревоги и унижения, я буквально захлебывалась.
— Все хорошо, — снова и снова повторял Алекс, и я понемногу поверила ему, успокоилась под его прикосновениями. Затем вспомнила сон, и волной цунами захлестнул страх.
Я расплакалась, уткнувшись Алексу в плечо и мотая головой.
— Нет ничего хорошего! Они меня найдут. — Наверняка найдут. Нас всего двое, а их так много, и у каждого способности посильнее моей, и оружие опасней, чем у Алекса.
Алекс крепче обнял меня, и я судорожно вцепилась в него. Только бы не отпускал. Он так близко, даже не верится, и прижимает меня к себе. Что изменилось, пока я спала? С прошлой ночи, когда он смотрел на меня как на врага?
— Я тебя вытащу… — Кожа у меня на голове звенела там, где его дыхание касалось волос. — Я найду для тебя надежное место, честное слово. А потом мы их остановим.
В спокойном голосе Алекса звучало тепло, столь непохожее на прежнюю холодную отчужденность, что я снова разревелась.
Как бы мне хотелось поверить! Так легко было поддаться гипнозу, что я чуть отстранилась, заглядывая ему в лицо.
— Что такое психокенозист?
Жесткие пальцы стиснули мне плечи.
— Откуда ты?.. — Алекс осекся и встал.
Я похолодела, затряслась в ознобе, словно до сознания только сейчас дошли все потрясения последней недели. Я обняла себя руками за плечи, чтобы согреться и перестать клацать зубами.
— Это от греческих слов. Психо означает «душа», а кенозис — «опустошать». — Алекс замолчал, наблюдая за моей реакцией.
— Опустошающий душу?
— Да. Демос обладает уникальной силой. Он может буквально остановить любую мысль или чувство. Он умеет избирательно предотвращать любое действие. — Помолчав и убедившись, что я поняла, Алекс продолжал: — Демос — самый мощный из всех известных представителей вашей породы.
Моей породы? Вот как он обо мне думает!
— И много таких известно? — шепотом спросила я.
— Девятеро. Нет, двенадцать, если считать тебя, Кея и его сына. Но в бригаде о вас не знают. Пока. — Алекс расхаживал по квадратику пола между кроватью и дверью в ванную.
Пока? Он собирается им рассказать? Иначе откуда они узнают?
— Вы знаете девятерых? А сколько таких всего?
— По самым осторожным оценкам, в Штатах должно быть около двухсот. Если не больше.
Двести? Двести таких, как я. Какие у нас шансы? Вроде бы не много, но если собрать всех вместе…
Меня еще трясло.
— И давно бригада охотится на них… то есть на нас?
Лицо Алекса потемнело. Он снова сердился, и я инстинктивно отшатнулась, вцепившись в изголовье кровати. Должно быть, он заметил, потому что злоба пропала с его лица. Алекс сдернул одеяло со второй постели и присел на край моей, закутав мне плечи.