Страница 28 из 50
Мы зашли в первую попавшуюся лавку. Алекс в явной спешке шагал по проходу между стойками, я рысцой поспевала следом. Догнала уже в отделе женской одежды, где он выбирал футболки. Перешел к джинсам, взял одну пару, отбросил и выбрал другую, рассмотрел и перекинул через локоть. Потом, видно, вспомнил о моем существовании и обернулся.
— Обувь. — Алекс явно считал, что я сама знаю, что нужно искать.
Обернувшись, я увидела стойку шлепок, сцапала первую попавшуюся пару своего размера и обернулась к нему. Он уже стоял у секции нижнего белья.
Я с горящими щеками бросилась туда же. Упаси бог, Алекс и здесь станет прикидывать мой размер. Впрочем, когда я оказалась рядом, он предложил:
— Подбери себе что-нибудь. Я подожду там.
И перешел в мужскую секцию. Едва нас разделили несколько шагов, как я ударилась в панику, схватила наугад что попало и поспешила за ним.
— Свитер взяла? Тебе понадобится что-нибудь теплое.
Куда же это мы направляемся — на Аляску? Я развернулась, добежала до столика со стопками свитеров. Выбор был небогатым — в этих краях на свитера спроса нет, во всяком случае на такие, которые согреют в Арктике. Я выхватила из стопки один и снова кинулась к Алексу. Продавщица доставала из-за прилавка ножницы — срезать ярлычки на новых шлепках. Доставала так соблазнительно, будто не прочь дать ему еще кое-что, вплоть до своего нагого тела. Сунув ноги в тапочки, я обожгла ее взглядом.
Алекс взял меня за руку, выпроводил из магазина.
— Есть хочешь?
Это явно был риторический вопрос, ведь мы уже шли к ресторанчику фаст-фуда. Стоило только упомянуть о еде, и желудок взвыл, как волк на луну.
Мы заказали еды на десятерых и много черного кофе, в который Алекс щедро насыпал сахара. Я с жалостью подумала, что он совсем не выспался. И день рождения испорчен.
Выбрав столик в стороне, у пожарного выхода, Алекс сел спиной к стене и ел так, словно забыл, где у него рот, даже не смотрел в тарелку, а лишь блуждал взглядом по ресторану. Я, наевшись досыта, откинулась на спинку стула, и тут на меня навалилась усталость. Хотелось опустить голову на столик и вырубиться. Плевать, если меня найдет Демос. Или бригада.
— Зачем ты это делаешь? — спросила я.
— Что? — Между бровями Алекса снова пролегла морщинка.
— Я так и не поняла, почему ты мне помогаешь.
Он отвернулся, чтобы осмотреть шумную компанию подростков, появившуюся в дверях.
— Я же сказал, что иначе не могу. — В его голосе не было гнева, простая констатация факта.
— Но я знаю, как вы относитесь к таким, как я.
Он покачал головой, растянув губы в невеселой улыбке.
— Про меня не знаешь.
Это верно, однако прошлой ночью я и без телепатии чувствовала его презрение.
— Ты меня ненавидишь.
Я ждала ответа. Алекс уставился через мою голову на вход, словно ждал, что в дверь вот-вот ворвется Демос. Выждав пару секунд, медленно повернулся ко мне.
— Лила, у меня нет к тебе ненависти.
Он чуть выделил голосом слово «ненависть», словно отрицание относилось только к ней, словно «ненависть» вернее было бы заменить другим словом: например, «отвращение» или «презрение».
Я уставилась в стол, свертывая салфетку в шнурок.
— Почему ты лгал?
Он нахмурился.
— Лгал? Когда?
— Насчет Демоса. Я знаю, это он убил маму. Я знаю, что он охотится за мной. А ты сказал, что это не они. Что мне нечего бояться. И еще сказал, что Саки не связана с теми, кто это сделал, а я знаю, что связана. Сообщница никак не может быть ни при чем.
Алекс на мгновение свел брови и прищурился. Потом его лицо разгладилось, гнев остыл.
— Надо думать, ты все это слышала от Кея?
— Более или менее. — (О взломе лэптопа лучше не вспоминать).
Он кивнул.
— Мне жаль, что пришлось тебе солгать.
Извинение немного сбило меня с толку. Впрочем, извинение — это мило, но главное — почему он солгал?
— Ты поверишь, что я лгал ради твоей же безопасности?
Я подняла бровь. Нет, не поверю.
Алекс вздохнул.
— Я рассудил, что ты, узнав, что на тебя охотятся убийцы твоей мамы, можешь наделать глупостей. Например, подставишь себя как приманку. Или сбежишь, решив, что мы не в состоянии тебя защитить. Ты была очень напугана.
— Ты думал, я убегу? — До прошлой ночи мне бы и в голову не пришло убегать от Алекса. Как-никак, я к нему бежала от самого Лондона!
— Такое случалось, Лила, так что у меня были основания.
Мне оставалось лишь покрепче сжать губы и слушать дальше.
— Я решил, что ты вправе знать, что происходит между отцом и Джеком — почему он так безрассудно себя ведет. — Алекс положил ладони на стол. — Но подумал, что лучше тебе не знать, что люди, убившие твою маму, теперь охотятся за тобой. Ты не заслужила такого страха — тем более, угроза была еще неявной… — Он провел ладонью по ежику волос, взглянул на меня сквозь темно-золотистые ресницы и вдруг снова стал тем мальчиком, который держал меня за руку на похоронах, отгоняя чужих.
— Лила, я не хочу видеть тебя испуганной, не хочу, чтобы ты попала в беду. Я хочу тебя защитить.
Я кивнула. Он не употребил прошедшего времени. Сказал: «Я не хочу видеть тебя испуганной». Этого хватило, чтобы раздуть искорку надежды. Может, Алекс меня все-таки не презирает?
— Почему ты ушла из бара, зачем сбежала?
Что все решило его тесное соседство с Рэчел, никому знать не обязательно.
Алекс ожег меня взглядом.
— Что сказал тебе Кей?
Я принялась терзать салфетку, замусорив клочками стол.
— Что ваша бригада занимается охотой на таких, как мы, и что те, кого вы поймали… исчезают и не возвращаются.
— Как он узнал? — еле слышно прошептал Алекс.
Меня шатнуло на стуле. Если еще нужно было подтверждение — вот оно.
Когда мы вышли наружу, Алекс замолчал и несколько раз обвел глазами стоянку, прежде чем выйти из тени здания. На сей раз он взял меня за руку и потянул за собой. В другой руке я держала покупки, а он завел свободную руку за пояс, поближе к пистолету. Сердце у меня застучало, словно у кролика, высунувшегося из норы. У «тойоты» я, приплясывая на цыпочках, дожидалась, пока он откроет машину. Но Алекс и не подумал открывать двери — только достал из багажника рюкзак и снова захлопнул крышку.
— Пошли.
Пройдя несколько рядов, мы очутились у новехонького «лексуса». Оставалась надежда, что Алекс просто хочет полюбоваться, но дрожь внутри подсказывала: на уме у него другое. Мой спутник протиснулся вдоль борта машины. Я стреляла глазами по стоянке, высматривая, не видит ли кто. В кровь выплеснулся адреналин. Алекс, холодный как лед, плавным движением вытащил что-то из рюкзака и приложил к замку. Устройство у него в руке коротко загудело, и электронный замок открылся.
Алекс оглянулся на меня и мотнул головой.
— Идешь?
Я проглотила слюну и забралась на пассажирское кресло. Алекс быстро перешел на другую сторону, забросил рюкзак назад и сел за руль. То же устройство включило зажигание. Я обомлела, не веря своим глазам, а тем временем машина уже вывернула со стоянки.
Как будто мало, что за нами гоняются Демос и военные, так Алекс решил добавить в уравнение еще и полицию!
19
Судя по знакам на магистрали, мы ехали на север, к Палм-Спрингс.
— Что мы делаем? — спросила я. — У тебя есть план?
Я очень надеялась, что есть, и хороший — такой, согласно которому Алекс отправится со мной, а не просто высадит в аэропорту. И тут мне пришло в голову, что я без паспорта. Пусть даже у Алекса полный рюкзак полезных игрушек, гаджетов и фальшивых удостоверений, но паспорта на меня нет. Значит, никуда он меня не отправит…
— Мы подыщем мотель и поспим.
— Угу… а потом? — спросила я.
— Не будем забегать вперед. — От его взгляда мое сердце пропустило удар. Хоть бы объяснил, что происходит.
Алекс и на этой машине гнал вовсю, на пределе допустимой скорости. Часом позже, выехав на дорогу к Палм-Спрингс, он остановил машину у двухэтажного мотеля — вдоль дороги их выстроилось несколько подряд. Во внутреннем дворе, над квадратным бассейном, росли пальмы. Алекс поставил машину за трейлером, так что не видно было с дороги.