Страница 26 из 50
В уголках его рта пузырилась кровавая пена.
Алекс обернулся.
— Зачем ты следил за Лилой? — Лучше бы он смотрел на дорогу. На спидометре было за сто пятьдесят.
— Долго рассказывать.
— Он просил помощи, — вмешалась я. — Думал, что я сумею что-то узнать от тебя или от Джека.
Алекс на меня и не взглянул, но все же повернулся к дороге.
— Слушай, — уговаривал Кей, — почему бы нам не помочь друг другу? Высади меня, я вернусь и прослежу, нет ли погони. Я могу сообщать, куда они направляются, что замышляют, каков будет следующий ход. Вам же нужен кто-то рядом с ними.
— Каким образом ты со мной свяжешься? Ты еще и телепат? — В голосе Алекса сквозило презрение.
Кей прищурился.
— Мало же вы о нас знаете, — не без удивления протянул он. — Стоит мне подумать о том, куда я хочу попасть — хоть на другой конец света, — и я уже там; захочу вернуться — и я в своем теле. Дай мне свой номер, и я буду держать вас в курсе последних событий. Лучше CNN.
Я представления не имела, о чем речь. Очень хотелось спросить, куда девается тело, когда он уплывает в другие места, но страшно было прервать разговор.
Алекс свернул на скоростную полосу и снова нажал на газ.
— Зачем? Тебе-то какая выгода?
— Ты поможешь мне вернуть сына. Ваша бригада остановит Демоса, а ты придумаешь, как освободить Ната.
Алекс насупился, словно взвешивал все «за» и «против». Помолчав несколько секунд, назвал номер мобильного. Кей забормотал, повторяя цифры.
— Запомнил? — спросил Алекс.
— Да, запомнил. А как насчет тебя? Если я сделаю, что обещал, ты поможешь мне вернуть сына?
В машине повисло молчание. Потом Алекс кивнул, всего один раз, не отрывая взгляда от дороги. Свернул к барьеру и остановился. Мимо просвистело несколько машин.
Кей чуточку расслабился, вытер с губ слюну и передвинулся к двери, чтобы выйти. Но задержался и кивнул на меня.
— Ее надо увезти как можно дальше. Хорошо бы за границу.
Вот теперь Алекс всем телом развернулся к нему.
— Зачем? — спросил он, вдруг насторожившись.
Кей покачал головой, скривил разбитые губы.
— Саки ее выследит. Теперь, когда они повстречались, это будет просто, дай только время. Или ее мог бы выследить Нат. Если его заставят.
— Твой сын тоже умеет выслеживать людей? — Алекс выхватил вопрос прямо у меня с языка.
— Да, таких, как мы. Насколько я знаю, Саки, чтобы следить за кем-то, должна прежде прочитать его мысли. А Нат просто видит.
— Как? — спросила теперь уже я.
— Трудно объяснить. — Кей, похоже, и не собирался объяснять: выглядывал в окно, жевал губу и ерзал на сиденье. Каждое его движение вопило: выбраться отсюда!
— Постарайся, — не слишком вежливо попросил Алекс.
Кей покосился на него и вздохнул.
— Когда мы вне тела мы видим вокруг людей ауры, как свет.
Я разинула рот.
— Так я узнал, что Лила — одна из нас. Цвета ауры ярче, свет переливается, горит сильней. Чем сильнее способность, тем ярче горит. — Словно искусствовед объясняет, как лежат мазки мастера на полотне. — Они тебя найдут, Лила. Поверь, найдут. Ты им очень нужна.
— Зачем я им понадобилась? Почему они не отступятся? — В моем голосе появились истерические нотки.
Кей глянул на меня, как на дуру.
— Потому, Лила, что они хотят обменять тебя на Алицию. Ради тебя Алекс и Джек пойдут на все.
Я с трудом сглотнула, пряча взгляд от Алекса.
— Ты уверен?
Может, так было прежде, пока Алекс не знал. Теперь, пожалуй, я сильно упала в цене.
Кей, видимо, сообразил, что я имею в виду, и пожал плечами.
— А может, Демос просто хочет завербовать тебя в свое маленькое войско?.. Так или иначе, они не отступятся, пока тебя не найдут.
С этими словами он выскочил из задней двери и похромал к придорожным кустам и деревьям.
Алекс тронул машину и влился в поток движения. За несколько секунд стрелка спидометра коснулась отметки сто миль.
Когда мы остались вдвоем, атмосфера наэлектризовалась так, что казалось, малейший звук или движение превратят машину в огненный шар. Я напряглась всем телом, готовая драться или бежать, хотя побег был невозможен, разве что я решилась бы вдребезги разбиться об асфальт.
— Алекс… — Я набрала в грудь воздуха. — Почему ты не увез меня на базу?
Он обдумал вопрос и отрывисто отозвался:
— Тревога. Небезопасно.
— Я о другом. — Я прятала взгляд и тщательно подбирала слова. — Сам понимаешь, по своей воле я и близко не подойду к вашей базе — теперь, когда знаю, что вы с нами делаете и кем считаете. — Его лицо потемнело от гнева. Должно быть, он гадал, что я узнала и откуда. Я заставила себя продолжать: — Я не понимаю, почему ты меня не сдал. Не провел «задержание» или как там это называется.
Мотор басовито взвыл, когда Алекс нажал на газ, упираясь подошвой в пол. Чудо, как он не прожег взглядом дорожное покрытие. Хорошо, что Алекс не на меня так смотрит, что он ни разу за всю дорогу на меня не взглянул. Глаза его были скрыты в тени, но тон ясно показывал, что терпение вот-вот лопнет.
— Джек решит, что Демос достал нас обоих, и погонится за ним. Задержит или притормозит, но в любом случае даст нам шанс отправить тебя за границу, где ни бригада, ни Демос тебя не найдут.
Он не ответил на вопрос, зато сказал очень многое о другом. За границу? Как он думает объясняться потом с Джеком? И куда собрался меня отправлять? В Лондон нельзя, там меня и без Саки найдут, стоит полистать телефонную книгу. Так куда же мне деваться? Есть ли на всей планете безопасное для меня место?
Я смотрела в окно на красно-белое созвездие дорожных огней и крутила в уме его слова, пытаясь вообразить, что ответил бы Джек. Потом до меня дошло, и я круглыми глазами уставилась на Алекса. Он сказал, что отправит за границу меня, — значит, сам со мной не собирается? Он с ума сошел! Я одна не полечу, я и контроля не пройду, как меня поймают. Надо было уговаривать, умолять Алекса лететь со мной, но, заглянув в его мрачное лицо, я растеряла все слова.
Часы на панели показывали 3:06 ночи. Когда цифры сменились на 3:30, я снова заговорила:
— Алекс… почему ты мне помогаешь?
Во вспышках дорожных фонарей не разобрать было выражения его лица.
— Что? — переспросил он, словно не понял вопроса.
— Почему ты мне помогаешь? — дрогнувшим голосом повторила я. Если он так ненавидит нас… меня… зачем старается спасти?
Алекс отвернулся, рывком переключил передачу и рявкнул:
— Не могу иначе!
Я тоже отвела взгляд, глядя на слившиеся в сплошную линию полосы разметки. «Как будто мне дали выбор, — думала я, — как будто я сама решила стать такой!»
Я в бешенстве врезала ладонью по дверной ручке. Рука Алекса мгновенно приковала меня к месту — наверное, он решил, что я хотела выпрыгнуть. Увидев мое оторопелое лицо, медленно вернул руку на руль, бросив мне напоследок взгляд, в котором угроза смешалась с предупреждением. Итак, теперь Алекс подозревает меня еще и в суицидных намерениях. Замечательно. Телекинетик с самоубийственными наклонностями. Лучше быть не может!
18
Открыв глаза, я уперлась взглядом в пряжку ремня. Сидела, всем телом развернувшись к дверце, держась за ручку, словно и во сне старалась спрятаться или сбежать.
Я выглянула в окно. Машина стояла у обочины озаряемой рассветом дороги. Никакого движения: ни людей, ни машин — затишье, как между двумя вздохами. Любопытно, где мы… Все здесь напоминало покинутый город, плоский, сухой, присыпанный пылью. Даже в этот ранний час над дорогой поднималось дрожащее марево. Сквозь тонированное стекло я различила несколько зданий, вроде бы складских или торговых. Я представления не имела, зачем мы сюда заехали, разве что Алекс свернул с дороги, чтобы поспать.
Медленно передвинувшись на сиденье, я обернулась к нему. Алекс смотрел в свое окно, и я, вместе с облегчением, что он никуда не делся, ощутила боль: ведь он здесь не из любви или привязанности, а ради какого-то сомнительного кодекса чести.