Страница 84 из 198
Он задумывается.
-- Наверное, нет, -- говорит нерешительно. -- Так честнее получается. И часто вы... мы... так будем?..
-- Вроде как планировалась раз в два месяца на четыре дня. Но это выезды, а так-то я зимой, наверное, и в остальное время работать начну, хотя и не в таком бешеном режиме.
-- И вам уже не нужен будет помощник?
Я кошусь на Кира, но он увлечён гравием под ногами.
-- Нужен, а как же, я ведь не отращу ещё две руки.
-- М-м, -- глубокомысленно замечает Кир и оставляет разговор.
За ужином он садится подальше от Азамата и старательно не поднимает глаз от тарелки, но мой дорогой супруг сегодня упластался так, что его самого впору нести в кровать, даже не замечает ничего.
Ещё день проходит в ударном ритме, унгуцы только и мотаются в столицу и обратно, отвозя больных в стационар. К счастью, Дом Целителей довольно вместительный, проблем быть не должно.
Вечером мы приплетаемся в трактир, он же постоялый двор, и обнаруживаем там сердитого и хмурого Азамата.
-- Ты вроде сегодня гулять собирался, -- удивляюсь. -- Сорвалось?
-- Да нет, но я ж не просто так гулял, а смотрел, на что годятся местные природные ресурсы, -- объясняет муж. -- Только вот ответственный по ресурсам сильно подкачал. Горазд разглагольствовать, а по делу ничего сказать не может. Я бы понял, если бы ему нужна была экспертиза или какие-нибудь исследования, всё-таки дело сложное. Но он даже не додумался таким образом снять с себя ответственность, просто нёс ахинею, даже мне было очевидно, что это чушь, а я ведь в ресурсах полный дилетант. И ладно бы он мог мне объяснить или доказать, почему его не смущают низкие показатели, я же знаю, что ничего не знаю, может, и поверил бы. Но он двух слов связать не может! Совсем пустое место. Весь день шакалу под хвост из-за этого болвана, ужасно обидно.
-- А другого у тебя нету? -- интересуюсь, делясь с Алэком подливкой. -- Время-то ещё есть, не завтра уезжаем.
-- В том-то и дело, что нету, -- вздыхает Азамат. -- Лесоведы ещё худо-бедно есть, а вот по степям совсем никого. Уж очень это дело взяточное, кого попало не наймёшь, -- он качает головой и отмахивается, переводя тему. -- У вас как успехи?
-- Кир сегодня просто герой, -- скалюсь я. -- Руки у него твёрдые и глаз зоркий. В такие вены попадает, что не всякому врачу с лицензией удалось бы.
Азамат нацепляет свою излюбленную вежливую улыбку непонимания -- ему никогда не приходилось попадать в вену, так что он концентрируется на понятном:
-- Твёрдые руки -- это отлично! Может, ювелир из тебя получится, а? -- подмигивает Киру. -- Я знаю нескольких отличных ювелиров, к которым ты мог бы пойти в подмастерья...
Кир смотрит в стол, пожимает плечами и так и остаётся сидеть, скукожившись.
-- Пока что у него другая работа, -- напоминаю.
-- Это да, -- кивает Азамат. -- Кстати. Кир, ты как, не очень устал?
Кир, который только что был занят подавлением зевоты, вскидывается
-- Ничего я не устал! -- заявляет он с вызовом.
-- Отлично, -- Азамат достаёт рабочий планшет. -- Мне тут прислали из Канцелярии договор на тебя, там четыре страницы, да ещё должностная инструкция. Надо бы тебе это всё посмотреть и подписать, только вот я не знаю, как быть, ты же у нас не читающий...
-- Я не тупой, -- мрачно сообщает Кир. -- Что вы думаете, я четыре странички не осилю?
Я бы предпочла, чтобы он смотрел на мир позитивнее, но в целом согласна: после тех томов, томин и томищ, что он одолел в качестве домашнего чтения, четыре страницы -- это пфух! Видимо, Азамат побоялся, что он заупрямится, и решил взять на слабо. Зря только он с этим сегодня, можно было бы и подождать, а то сейчас ребёнок полночи просидит за разбором канцелярщины, да и лучше бы ему нормально объяснить, что значит каждый пункт.
Кир решительно вонзает взгляд в экран планшета и с наскока одолевает полстраницы. Потом постепенно сила воли убывает, а скука и усталость берут своё. Он начинает шевелить губами, прочитывать одну строчку по нескольку раз, отвлекаться на гульканье Алэка, которому не очень нравится эта партия детского питания, но другого у нас с собой нет.
Азамат обходит стол и подсаживается ко мне.
-- Давай я его покормлю.
Я передаю ему резиновую ложку. Алэк морщит нос, гундосит и машет руками. Азамат тоже с отвращением рассматривает этот инструмент.
-- Верно говоришь, это никуда не годится. Я тебе сейчас настоящую ложку дам, как большому, вот гляди, -- Азамат берёт свою десертную ложку из голубого сирийского фарфора. -- Вот этой ложкой намного вкуснее. Ну-ка, что там у тебя...
Азамат показательно пробует пюре и всячески изображает, какое оно вкусное. Я покатываюсь со смеху, Кир тоже похрюкивает, забыв про свой договор. Алэк радуется и тянет лапки.
-- Вот то-то же, -- резюмирует Азамат. -- А ну-ка...
Мелкий с энтузиазмом открывает рот. Процесс пошёл.
Чтобы Алэк не забывал, почему это надо есть, Азамат несколько раз повторяет номер, в итоге они съедают банку пополам, но я Алэку больше и не собиралась давать. Теперь надо молочка, чтоб лучше спалось. Удаляюсь наверх, в наш номер, а то муданжцы уж очень неадекватно реагируют на кормящую мать в людном месте.
Я возвращаюсь в ад. Кир пролетает вверх по лестнице мимо меня со свистом, Азамат застыл внизу с болезненным выражением на лице.
-- На полчаса нельзя оставить вдвоём! -- всплёскиваю руками я. -- Что у вас опять произошло?
-- Я попытался объяснить ему важные моменты в договоре... -- озадаченно произносит Азамат. -- Не знаю, Лиза, что с ним такое? Стоит мне с ним заговорить, я прямо вижу, как в нём собирается ярость. Он просто бесится от самых обычных вопросов. Я уж не вытерпел, говорю, ты что, так меня ненавидишь? Ну и он сбежал.
Азамат вздыхает и качает головой.
-- Нашёл, что сказать, -- кривлюсь я. -- Вот ведь странно, ты говоришь, ты с младенцами никогда не имел дела, однако с Алэком справляешься лучше меня. С Киром-то, по идее, тебе должно быть проще, небось Алтонгирел в его возрасте был не лучше?
Азамат задумывается.
-- Пожалуй, лучше, -- говорит он наконец. -- Алтонгирел мне доверял. И... ну, любил меня, старался угодить. А Кир меня просто не выносит. Я уж пытаюсь, как Унгуц учил, понять и услышать, но толку никакого. Наверное, всё дело в том, что я ему неприятен сам по себе...
-- Да ладно, -- одёргиваю. -- Поначалу-то ничего такого не было. Мне кажется, он себе придумал какую-то пугалку, а в чём суть -- не признаётся. Но он очень боится, что ты захочешь поговорить с ним по душам.
-- Я заметил, -- кивает Азамат. -- И, как я понял, ты это поддерживаешь.
Смотрит на меня искоса, примериваясь, я уже враг народа или ещё нет. Беру его за руку для убедительности.
-- Мне просто кажется, что пока мы не поймём, чего именно он боится, лучше не давить, иначе он совсем замкнётся в себе.
Азамат задумчиво кивает.
-- Иногда мне так хочется стать бесчувственным, -- признаётся он. -- Чтобы меня не волновало, как он на меня смотрит и что при этом думает. Вот за это отец меня и не любил, что вечно замечаю всякие мелочи, а потом извожусь вместо того, чтобы спокойно идти своим путём.
-- Зато я тебя за это люблю, -- подмигиваю. -- Достойная замена?
Азамат обнимает меня и целует с нерастраченной нежностью, изрядная часть которой предназначается для Кира, но не имеет выхода, и болезненно подпирает, как избыток молока.
Глава 19
Упомянутый к ночи Алтонгирел поджидает нас в столице. Экдал честно выполняет требования жены и прилетает домой раз в месяц, привозя всю команду. Собственно, о появлении Алтоши я узнаю первой: он звонит мне на домофон от дверей. Я в это время лечу над бескрайней степью с одной только мыслью о душе, мочалке и бактерицидном мыле.