Страница 175 из 198
Я выгружаюсь на крыльцо и забираю с собой Филина, который норовит вляпаться по самое пузо в снежно-грязевую кашу. Вместе мы дожидаемся Кира в предбаннике чёрного хода.
-- Филин, мыться! -- командует Кир.
Пёс послушно цокает в сторону ванной, где его уже ждёт слуга с полотенцем.
-- А чего Айша с Хосом на ужин не пришли? Вроде погода не для гуляний.
-- Хос сегодня работает, он с отцом придёт, какие-то карты они там рисуют, что ли... А Айшу я подвёз к Ажгдийдимидину. В клуб сегодня заходила Орешница, учила девчонок чё-то там вышивать, так что Айша раздаёт подарки. Мне вот штуку какую-то сделала, -- он достаёт из ксивника, который носит под дилем, маленький кулончик из кусочка бирюзы, обшитого земным бисером, который я покупала специально для клуба. Возраст и умения мастерицы по изделию очевидны, но для Айши это большое достижение, у неё очень плохо развита мелкая моторика.
-- Она молодец, -- хвалю я.
-- Я то же самое сказал, -- кивает Кир. -- А Хос от таких штук просто тащится, он до сих пор не может бусинку в пальцы взять. Хорошо, отец придумал ему колпачок на коготь надевать, так он хоть по экрану писать буквы может. Стилус-то еле-еле держит, и через пять минут пальцы сводит, говорит.
-- Бедняга, -- успеваю сказать я, когда из ванной выбегает счастливый Филин и нам с Киром приходится прятаться за углом, чтобы не попасть под фонтан брызг, которые он задорно стряхивает, несмотря на полотенце.
Кир смеётся и вызывает лифт.
-- Слушай, -- вспоминаю я уже в лифте, -- так ведь Айшины поделки небось не просто так побрякушки, если я хоть что-нибудь понимаю в этих духовничьих заморочках.
-- Естественно, -- фыркает Кир. -- В клубе уже такая очередь выстроилась на её поделки, чума! Но у неё всё чётко -- первую мне, потом наставникам своим по штуке, потом Унгуцу и вам с отцом, а там уж все остальные. Кстати, не знаю, для Алэка надо бы попросить, но он же носить не может, мелкий...
-- На одёжку пришить можно, он это любит, -- предлагаю я.
-- Тоже верно. Короче, в клубе все пока получают цацки от Атех.
Я моргаю, приспосабливая зрение к полутёмному коридору на нашем этаже.
-- Атех -- это же дочь того знающего, Авьяса, -- припоминаю, хмурясь.
-- Ну да, -- кивает Кир, -- она тоже к нам в клуб ходит. Ты не знала?
-- Нет... А почему? Она же довольно далеко живёт.
-- Авьяс купил ей с матерью дом в столице, теперь тут живёт. Она тоже знающая. Ну, в смысле, со способностями, как Айша. Конечно, не такая крутая, но всё равно. Ей в обычном клубе дроздец, бьют и всё такое. Я с ней немножко познакомился, когда она у нас лечилась, ну и попросил Унгуца её тоже взять. Она неплохая девка, да и родоки у неё нормальные. Конечно, папашка -- знающий, но в остальном ничего. Очень тебя уважает.
-- Да уж, я думаю. Ты решил всех сирых и убогих в свой клуб собрать, что ли?
-- Не, -- ухмыляется Кир, -- только симпатичных.
Я кошусь на него испепеляющим взглядом.
-- Шутка, шутка! -- хохочет он. -- О-о, смотри кто идёт!
Мы только что зашли в гостиную, и навстречу нам движутся Тирбиш и Алэк. Мелкий усердно переставляет задние лапки, вцепившись передними в пальцы Тирбиша так, что кончики побелели.
-- Мы идём вас встречать! -- радостно сообщает Тирбиш.
-- Пальцы тебе не оторвёт? -- интересуюсь я, приседая и протягивая руки навстречу деточке.
-- Ничего, они крепко держатся, -- бодро отвечает Тирбиш. -- Ну давай ещё немножко, топ-топ и к маме!
Алэк наконец достигает финиша и победоносно забирается ко мне на ручки.
-- Ишь ты какой прыткий сегодня! Тирбиша небось вымотал, а?
Алэк довольно лепечет что-то подозрительно похожее на "Ещё как!"
Тирбиш и правда с трудом держит глаза открытыми.
-- Да уж, князь весьма... энергичный. Капитан заходил сегодня днём, занимался с ним гимнастикой, я немного вздремнул, признаюсь... А то он последнее время совсем перестал днём спать.
Алэк, всячески подтверждая слова няни, принимается прыгать у меня на руках, издавать боевые кличи и тянуть у Кира из карманов мелкие предметы.
-- Если так тяжело с ним, давай мы тебе сменщика возьмём, может, из братьев твоих кто захочет? -- предлагаю я. -- На твоей зарплате это не скажется, ты и так всю жизнь в нашего ребёнка вкладываешь. Или хочешь отпуск?
-- Я даже не знаю, -- зевает бедняга. -- Пока он не ходил, такой спокойный был, вообще ничего не надо человеку, мне даже неудобно было, что я такие деньги получаю ни за что. А теперь вдруг фейерверк, как будто всё это время силы копил. Уже гимнастика два раза в день, а всё равно не устаёт. Если так и дальше пойдёт, я и правда один не справлюсь.
-- Судя по тому, что говорит Азаматова матушка, дальше будет только хуже, -- усмехаюсь я, слегка подкидывая ребёнка на руках, чтобы поудобнее перехватить.
-- Со мной у Гхана были те же проблемы, -- замечает Кир, ловя Алэка за руки прежде чем он успевает вцепиться мне в волосы. -- Да, братан, все мы одной кудели, а?
Алэк радостно соглашается и принимается переползать на Кира. После того как Азамат месяц назад начал с ним заниматься детской гимнастикой, ребёнок совершенно превратился в обезьёнка, и хотя ходит пока ещё шатко, отлично висит на руках, помогая себе свежеотрощенными зубами.
Тирбиш слегка покачивается на ногах, и Кир делает предупредительный выпад, чтобы его поймать.
-- Ничо, стою пока, -- отмахивается тот.
-- Иди уже спать, -- говорю. -- Завтра обсудим, кого тебе в пару взять. И рано не приходи, где-нибудь к обеду. У меня утро свободное, сама повожусь.
-- Вы потом не встанете, -- усмехается он, но послушно топает прочь, даже не пожелав Алэку спокойной ночи.
-- Буууу! -- возмущается мелкий.
-- Сам виноват, -- радостно сообщаем ему мы с Киром.
Азамат даже не опаздывает на ужин, что для него большая редкость -- обычно мне приходится идти и отдирать его от кресла сквозь протестующие вопли Старейшин и прочих злых духов. Сегодня же он является без напоминания, ест с аппетитом и болтает с Киром о девочках, периодически бросая на меня загадочные взгляды. Хоса с ним нет, кошака пробило на ночные прогулки. Тоже, видать, весна. После ужина мы немножко играем в настольную игру, для которой приспособили плюшевые игральные кости -- их можно кидать Алэку, чтобы он приносил. Он это делает с удовольствием, но так устаёт, что через часок наконец-то начинает засыпать. Я излагаю мужу ситуацию с Тирбишем, и он обещает поискать сменную няню.
Наконец дети распиханы по койкам, и мы остаёмся одни. Я иду наливать ванну с расслабляющей пеной, пока муж раскладывает нам на утро одежду -- в нашей мультикультурной семье обычно я не знаю, где лежат носки.
Ванна большая, и мы спокойно помещаемся туда оба, но Азамат немного удивляется, когда я заношу ногу присоединиться к нему. На мой немой вопрос он пожимает плечами.
-- Я уж думал, впал в немилость. Ты последнее время раньше моешься.
-- Ты последнее время на ужин опаздываешь, а потом ковыряешься в тарелке два часа. Я, в отличие от некоторых, не могу обходиться пятью часами сна.
Он раскладывает руку по бортику, чтобы мне было на что прилечь.
-- Что поделать, с этим вступлением с Союз очень много работы, а я тоже не железный, устаю. Вот, ты бы заходила почаще, как вчера. Может, я был бы пободрее.
-- Мне казалось, я тебе помешала? -- приподнимаю бровь я.
-- Конечно, -- с покер-фейсом кивает он. -- Все планы сбила, можно сказать. Пришлось вместо работы прийти сюда и позаниматься с Алэком сверх нормы, ни на чём больше сосредоточиться не мог.
-- Ты хоть пообедал, бедолажка? -- сочувственно глажу его по голове мокрой рукой, пуская по виску ручейки.
-- Можешь не беспокоиться, -- прикрывает глаза он. -- Я уже установил опытным путём, что если вовремя не поем, становлюсь недееспособным. Не те мои годы.