Страница 21 из 64
Все еще держа сигареты, Люк закатывает рукава и направляется к креслу перед компьютером. Он нажимает на кнопку питания на процессоре, а затем садится в кресло, ожидая загрузки. Затем тянется одной рукой к ай-поду, лежащему возле компьютера. Напевая что-то себе под нос, прокручивает песни, и я вопросительно смотрю на Сета.
Сет приподнимает брови и поворачивает голову к Люку.
— Так ты собираешься рассказать нам, или нам нужно будет догадаться?
— Вам придется догадаться. — Люк кладет ай-под вниз, и, затем, включается песня “Ru
— Мы должны угадать песню? — На лице Сета блещет энтузиазм, пока он садится ровно.
Люк кивает, открывая поисковик и нажимая несколько клавиш на клавиатуре.
— Ага.
Сет постукивает пальце по подбородку, наслаждаясь игрой.
— Мы убегаем?
Люк берет в рот сигарету, а потом хлопает в ладоши.
— Браво. Просто красава.
Я бросаю на Сета непонимающий взгляд, а он просто пожимает плечами.
— Что? Я люблю игры.
Я вздыхаю.
— Я, кажется, единственная, кто возражает против того, чтобы мы говорили о бегстве?
Они оба пожимают плечами, и я слоняюсь по комнате, рассматривая плакаты Люка и маленькие безделушки, разбросанные повсюду. Сет достает телефон и начинает набирать сообщение, а Люк продолжает орудовать с клавиатурой и щелкать мышью. По всей комнате расставлены фотографии, на некоторых он с женщиной, которая очень на него похожа, и я предполагаю, что это его мама. Еще есть фотографии с другой девушкой, намного старше Люка, и у нее такие же карие глаза, как и у него. Возможно, это тетя или сестра, но мне казалось, что она была намного моложе. На нескольких фотографиях он с горсткой случайных девушек и с Кайденом. Они стоят возле черного мотоцикла и улыбаются, выглядя счастливыми. На мотоцикле есть вмятина, а на руке Кайдена – царапины и кровоподтеки.
— Он разбил его, — уточняет Люк. Оборачиваясь, вижу, что он смотрит на меня из-за компьютерного стола, откинувшись в кресле. — Он пытался перепрыгнуть через холм и разбил его.
— Кажется, я помню. — Смотрю на фотографию снова. — Это было в тот год, когда он не мог играть несколько недель, потому что поранил руку, верно?
— Да, тот самый. И мы проиграли три игры подряд из-за этого.
— Мой папа был так зол. — Я оборачиваюсь к нему лицом. — У него была привычка обсуждать это во время обеда.
— Держу пари, что это так. — Уголки рта Люка ползут вверх, и я понимаю, что он очень мало улыбается. — Он раньше устраивал нам разносы во время тренировок.
Мысли о Кайдене разрывают мое сердце.
— Может нам следует встретиться с ним, — предлагаю я.
— Я планировал это. — Люк щелкает мышкой на кнопку «печать страницы», и принтер начинает работать. — Сразу после этого я планирую наш побег.
— Разве мы не слишком стары, чтобы убегать? — Удивляется Сет, отрываясь от телефона. — Разве это не будет небольшим дорожным путешествием, которое я предложил несколько дней назад?
— «Побег» звучит более рискованно, — признаю я. — Словно мы делаем что-то скандальное.
Плечи Сета начинают ходить ходуном, когда он издает пронзительный смех.
— Боже, я плохо на тебя влияю.
Мой рот приоткрывается, и я нахмуриваюсь.
— Что я такого сказала?
Он встает, чтобы убрать телефон в карман.
— «Скандальное». Это то, что я бы сказал. — И заваливается обратно на кровать.
Я пожимаю плечами и вожу пальцем ноги по ковру, чувствую я себя идиоткой.
— И что? Это комплимент, быть как ты.
Весь задор улетучивается с его лица и из медово-карих глаз. За несколько секунд он притягивает меня в свои объятия и крепко обнимает, словно я самая важная вещь в мире для него.
— Никогда не меняйся, Келли Лоуренс, — шепчет он мне в волосы. — Обещай мне, что не будешь.
Я обнимаю его в ответ и кладу подбородок ему на плечо.
— Не буду. Обещаю.
Принтер издает пронзительные звуки, а кнопки светиться и мигать, и Люк прочищает горло.
— Очень не хочется нарушать вашу идиллию, но я готов поделиться планом.
Мы отстраняемся друг от друга, но по-прежнему держимся за руки, обращая внимание на него. Он вертится в кресле назад и вперед, назад и вперед, пока принтер выдает бумагу с чернилами. Когда аппарат замолкает, он собирает бумаги и вытаскивает один листок. На нем картинка голубого пляжного домика воле океана. Небо чистое, а солнечный свет отражается от воды, и делает ее похожей на хрусталь.
— Ты хочешь, чтобы мы поехали на пляж? — Сет недоверчиво смотрит на фотографию, наклоняясь вперед.
Люк кивает, выкладывая бумаги в линию на столе.
— Да, у моего отца есть пляжный домик в Калифорнии, который он почти никогда не использует, и у меня есть ключ.
— Хочешь, чтобы мы поехали в Калифорнию? — Сет таращится на него, как на сумасшедшего.
Люк отключает компьютер, хватает бумаги и двигается к шкафу, держа их под рукой.
— Это всего лишь в десяти часах.
Сет смотрит на меня недоверчиво.
— В самом деле? Всего десять часов?
— Я никогда не была на пляже, — признаюсь я. Когда Сет и Люк таращатся на меня, я пожимаю плечами. — Что? Моей семье не нравится путешествовать. Моя бабушка и дедушка живут во Флориде, но в центре, и каждый раз, когда мы бывали там, мама отказывалась ездить куда-либо, кроме ближайшего продуктового магазина. А папе всегда просто хочется посмотреть спортивные отделы.
Люк могает, качая головой, а после начинает стаскивать рубашки с вешалок, некоторые спадают на коричневый ковер, но он их не подбирает.
— Ну, что дает нам еще один повод, чтобы поехать.
Сет кивает в знак согласия.
— Полностью согласен. И могу сказать, что это блестящий план. Гораздо более блестящий, чем моя старческая поездка в небесный курорт.
Люк бросает несколько рубашек и брюк в большой темно-синий рюкзак, который достал с верхней полки, а затем добавляет полосатые шорты и пару сандалий и кладет рюкзак на кровать.
— Я просто отчаянно пытаюсь свалить отсюда, чувак. Вот и все.
Интересно от чего он бежит.
— Как долго мы будем в бегах?
Плечо Люка движется вверх и вниз, когда он застегивает рюкзак.
— Думаю, до конца каникул.
Я смотрю на Сета, чтобы увидеть согласен ли он, а тот лишь качает головой.
— Нам больше нечем заняться, кроме того, чтобы тусить с твоей мамой. — Его лицо выражает отвращение. — И я, например, не хочу этим заниматься.
— Да, но сказать маме, что я не собираюсь быть здесь на Новый год…которым она будет заправлять, — говорю я им.
— Так не говори ей, — отвечает Сет просто. — Напиши сообщение, когда мы будем в дороге.
Я обдумываю эту идею, куда меньше, чем ожидала.
— Я смогу это сделать.
Сет светится и указывает пальцем на грудь.
— Я очень плохо влияю на тебя, и я рад этому.
Люк вешает сумку на плечо, сворачивает аккуратно бумаги, а затем кладет их в задний карман штанов.
— Готовы отправиться в путь? — Он идет к двери, захватит ключи от своего грузовика со стола. — Мы остановимся, чтобы забрать ваши вещи, а после заберем Кайдена.
— Но как мы заберем Кайдена? — Спрашиваю я, пока мы с Сетом следуем за ним через всю комнату. — Он даже не стал говорить со мной, когда я приходила. А что если он не захочет поехать?
Его пальцы оборачиваются вокруг дверной ручки, а затем он открывает дверь.
— Мне плевать чего он хочет. Он должен поехать и отвлечься от этой гребаной камеры пыток, также известной как его дом. Дерьмово, что он там. — Он выходит в коридор и смотрит на меня через плечо. — Кроме того, мы научим тебя, как быть более убедительной.
— Мы? — спрашиваю в замешательстве. Я стараюсь дышать через рот, выходя в коридор, где воздух вновь становится удушающим. — То есть…
Он кивает в сторону Сета, который посылает нам блестящую улыбку.
— То есть Сет и я.
Я сутулюсь, пока мы движемся дальше по коридору со спертым воздухом.
— Я просто переживаю, что мы сделаем ему только хуже, забирая его с собой.