Страница 29 из 83
— А как ваши успехи? — поинтересовался Ирвин.
— Как говорят дети, уже горячо. За мной не числится ни одного незаконченного расследования, и я обязательно раскрою убийство Стенхауза и Джеки Масгрейва. Почему я так уверен? Да потому, что не питаю уважения ко всякого рода правилам и предписаниям и, охотясь за убийцей, отбрасываю в сторону щепетильность и этику.
— Мне этого можете не говорить, — проворчал Ирвин.
— Я просто напоминаю, — учтиво сказал Бони. — Вы еще не устали от наших скитаний, Ирвин?
— Нет, мне даже нравится.
— Тогда с утра пораньше снова в путь. Нам понадобится изрядное количество продуктов и снаряжения, ибо мы отправляемся кочевать — как наш приятель Плутон и его пресловутое племя. Вы где ночуете, Клиффорд?
— Здесь, в участке. В комнате, где жил Стенхауз.
— Тогда присмотрите за этим мешком с почтой и завтра верните его почтмейстеру. Скажите, что мне пришлось изменить планы и я не смогу доставить почту по назначению. И проследите за тем, чтобы моя расписка в ее получении была аннулирована.
Бони перевернул мешок, высыпал содержимое на стол и принялся разбирать корреспонденцию. Ирвин и Клиффорд молча наблюдали, как он просматривал конверты с письмами, а потом, разложив их на две кучки, взялся за посылки и бандероли. В конце концов он сложил все обратно в мешок, за исключением одного пакета, адресованного Эзре Брину.
— Я был счастлив узнать, что многие молодые люди, обитающие на необозримых северо-западных просторах, стремятся к возвышению ума посредством изучения серьезной литературы. Должен со стыдом признаться, что в пору моей юности мы транжирили время на чтение романов и комиксов, — усмехнулся Бони. Клиффорд пожирал его глазами, как ребенок фокусника, в ожидании, когда тот вытащит из шляпы кролика. — Вот Эзра Брин, например, — продолжал Бони, — просиживает ночи над учебниками по медицине и антропологии в целях улучшения качества поставляемой его фермой говядины.
— Что вы делаете? — вскричал Ирвин.
— Хочу бросить взгляд на последнее приобретение Эзры.
— Но это же запрещено! Вы не имеете права вскрывать чужую почту. К тому же заказную!
Возившийся с узлами бечевки Бони оторвал глаза от пакета и взглянул на Ирвина.
— Но ведь я никому не делаю вреда, старина, — невинно промолвил инспектор. — Просто хочу посмотреть. Книги всегда были моей слабостью, особенно хорошие книги. Я люблю запах свежей типографской краски, люблю прикасаться к их гладкой тонкой бумаге. Только краешком глаза загляну и снова упакую, никто и не заметит.
— Это нарушение правил, — упорствовал Ирвин. — Если вам нужно ознакомиться с содержимым пакета, вы должны вскрыть его в присутствии адресата либо получить разрешение на осмотр у министра почт.
— Оба предложения лишены смысла. Адресат с полным правом не согласится на то, чтобы пакет был вскрыт посторонними в его присутствии или им самим в присутствии посторонних.
Развязав бечевку, Бони внимательно прочел отпечатанную на машинке адресную наклейку, из которой явствовало, что отправителем пакета был В. Солли, книготорговец из Пепперминт-Гроув, Западная Австралия. Несмотря на свои протесты, Ирвин следил за действиями Бони с напряженным ожиданием. Осторожно развернув коричневую оберточную бумагу, Бони извлек книгу в синей обложке с тисненным золотом названием.
— Гм, — пробормотал он. — Вот весьма полезное пособие по уходу за коровами. Лоутон. «Гинекология», том первый, десятое издание. К тому же новехонькое. И обложка очень симпатичная.
Он медленно открыл книгу и осторожно перелистал первые несколько страниц. Под ними оказалась неровно вырезанная по центру дыра, а в ней — пачка банкнотов. Ирвин тихо присвистнул.
— Будь я проклят! — воскликнул Клиффорд.
С раздражающей аккуратностью Бони принялся пересчитывать деньги, храня не менее раздражающее молчание. Потом столь же аккуратно положил банкноты обратно, закрыл книгу, прочитал и перечитал название, как будто оно могло дать ответ на десятки вопросов, роящихся в головах двух констеблей.
19
Кочующие сыщики
С тех пор как они покинули Лагуну Эйгара, Бони был необычно молчалив, и сейчас, засунув руки в карманы и расслабив плечи, он стоял на обочине дороги, озирая громаду Черного хребта. Ирвин жарил куски мяса на лезвии лопаты, удовольствовавшись отведенной ему ролью и лениво гадая, каким будет следующий ход Бони.
Позвав двух своих трекеров, сидевших у маленького костра, который они развели для себя, Ирвин оделил их ломтями хлеба и недожаренными бифштексами и отослал обратно. Потом крикнул Бони, что обед готов, и тот, по-прежнему погруженный в свои мысли, подошел и примостился у края брезента, уже не раз служившего им скатертью. Только покончив с едой, он сообщил Ирвину о новом задании.
— Вам придется навестить Эльверстона, — сказал он. — Его мы можем исключить из числа подозреваемых по нашему делу и попросить о помощи, которой нельзя требовать ни от Уоллесов, ни от Бринов, ни от Бандредов. Сколько вам понадобится времени, чтобы добраться до фермы Эльверстона?
— Часам к четырем буду там.
— Попросите Эльверстона связаться по рации с вашим сержантом, пусть он установит, где в настоящий момент находятся Джаспер и Эзра Брины. Сейчас они должны подходить к Уиндему или уже быть там. Я хочу знать, по-прежнему ли стадо сопровождают оба Брина или только один и не присоединился ли к ним Сайлас. Учитывая, что эфир открыт для всех, вы могли бы получить эту информацию так, чтобы другие ничего не поняли?
Ирвин усмехнулся.
— Сержант Букер служил во время войны в разведке, шифровальщиком, и мы с ним попытались придумать разговорный шифр вместо букв или цифр. Знаете, вроде тайного языка. Идею ему подсказал жаргон, на котором они в детстве в школе болтали. Между слогами в слове вставляли какой-нибудь другой условленный слог, например «ва». Ховативате мясваца?
— Что это означает?
— Хотите мясца? Однако я мог бы связаться с сержантом и из Лагуны…
— Единственная рация в поселке — на почте, а там Бандреды. Словом, поднимите на ноги Букера и раздобудьте эти сведения. Переночуете у Эльверстона, а утром возвратитесь сюда. Кстати, у самого Эльверстона вы тоже можете разузнать кое-что полезное: настроение аборигенов, подозрения в связи со случаями угона скота — что-нибудь, что могло бы связать Уоллесов со Стенхаузом или Бринами.
— Понял. А вы чем займетесь?
— Поброжу по окрестностям, погляжу что и как.
— Только глядите в оба. Лучше возьмите с собой одного из трекеров.
— Который из них надежнее?
Ирвин посоветовал Чарли, объяснив, что здесь его родные места, а Ларри — из аборигенов с побережья. Однако Бони отказался от Чарли на том основании, что многие из его родичей и соплеменников, должно быть, работают у Бринов и у Уоллесов, и решил взять Ларри.
— Как видите, Ирвин, собранные нами обрывки и кусочки информации, а также местонахождение обоих трупов явно указывают на Уоллесов и Бринов, действовавших либо по отдельности, либо в сговоре. Надо установить, где было совершено преступление. Я думаю, оба убийства произошли поблизости от того места, где нашли Стенхауза, или в том районе, где мы обнаружили труп Джеки Масгрейва. У вас есть какая-нибудь версия, объясняющая факт пересылки Эзре Брину четырехсот пятидесяти фунтов, спрятанных в книге?
— Возможно, Брины нашли месторождение золота и тайно его разрабатывают, — предположил Ирвин. — И Сайлас, может быть, уехал не на крокодилью охоту, как сказала нам Кимберли, а гораздо дальше на запад, к какой-нибудь укромной бухточке на побережье, где его ждали китайские или индонезийские контрабандисты.
— У вашей версии есть один серьезный недостаток, — возразил Бони. — За золото, доставленное Сайласом, контрабандисты выложили бы деньги на бочку. К чему расплачиваться через книготорговца? И еще один вопрос. Зачем портить совершенно новую книгу, чтобы послать Эзре деньги? Не легче ли было отправить их заказным письмом в прочном конверте? Или просто разложить банкноты между страниц книги, если нельзя было послать иначе? Я почти не сомневаюсь, что Брины пересылают через книготорговца что-то ценное для его брата, ювелира. Например, переплавленное в слитки золото. Посылают раз в две недели, а плату получают раз в месяц подобным же образом.