Страница 22 из 83
— А как насчет того грузовика, который недавно приезжал сюда со стороны загонов? — спросил Ирвин.
— Этот грузовик или, возможно, какой-то другой автомобиль приезжал сюда до убийства Стенхауза и его трекера. Он остановился возле колодца, а позже объехал его и по собственным следам вернулся к загонам. Похоже, кто-то из Бринов приезжал сюда, чтобы осмотреть колодец или ветряк, но это было еще до того, как они повели скот в Уиндем. Я уверен, что Джеки Масгрейв не был убит поблизости от этой мертвой лошади. Его привезли сюда с того места, где произошло двойное убийство, и оттуда же был привезен джип со Стенхаузом.
— А неплохая идея — затолкать труп в брюхо мертвой лошади, — пробормотал Ирвин. — Проходя мимо, никто ничего не заподозрил бы, думая, что смрад идет от лошади.
— Да… неплохая идея, — повторил Бони. — Я и сам ни о чем бы не догадался, если бы не тот старик абориген на ферме у Лэнгов. Кстати, с тех пор как Боба Лэнга приняли в племя, этот колдун доводится ему названым отцом. Жаль, что я не знаю точно, как много известно масгрейвским аборигенам об обоих убийствах.
— Во всяком случае, они знали, что Джеки Масгрейва затолкали в лошадиную тушу.
— Верно, — согласился Бони. — Кто-то из аборигенов это видел. Но поскольку мы наверняка знаем, что убийство произошло не там, где лежит труп лошади, можно предположить, что свидетелем убийства этот человек не был. Он мог видеть, как кто-то притащил сюда труп, однако, должно быть, находился слишком далеко, чтобы опознать преступника.
Бони бросил окурок через опущенное стекло кабины и полез за новой сигаретой.
— Думаю, можно не сомневаться, — продолжал он, — что тот, кто видел, как труп Джеки Масгрейва засунули в лошадиную тушу, или нашел его там, был из западных аборигенов. Вместе с другими он мог забрести сюда во время кочевки. Он знал, из какого племени Джеки, и определил, что он трекер, по его ботинкам и шинели. Поэтому он вернулся к своим, чтобы сообщить об этом деле, и те подали дымовые сигналы, которые, они знали, будут переданы по цепочке масгрейвским аборигенам.
— И что дальше? — спросил Ирвин, когда Бони умолк.
— Хотя мы не знаем, — снова заговорил Бони, — что именно сообщили людям Плутона сигналы, нам известно, какое действие произвела на них эта новость. Если они знают, кто убил Джеки, они изловят этого человека и отомстят, а меня это никак не устраивает. Если же убийца им неизвестен, им придется начать розыск отсюда, с того места, где лежит тело Джеки Масгрейва, — точно так же, как мы начали расследование с осмотра трупа Стенхауза.
— Тут игра и начнется.
— Да, у нас появятся конкуренты. Впрочем, нас в первую очередь интересует, кто убил Стенхауза. Их — только убийца Джеки Масгрейва.
Мысль о диких аборигенах, ведущих ни много ни мало расследование убийства, была внове констеблю Ирвину, однако он сразу понял, насколько серьезен этот неожиданный соперник. Ибо слишком хорошо знал, что аборигены, особенно из племен, не общающихся с белыми, строго соблюдают свой закон.
Как и Бони, ему не слишком улыбалась перспектива остаться позади аборигенов в погоне за убийцей, и впервые с тех пор, как он отправился в поездку с инспектором Бонапартом, ему показалось, что дело движется слишком медленно.
— Пора нам брать ноги в руки, — сказал он с усмешкой, на что Бони безмятежно ответил:
— Пока мы как в потемках. Нам пришлось положиться на ваших трекеров, а они не слишком надежны, учитывая, что один из убитых — абориген. Поймите, мы расследуем не убийство, совершенное в маленьком городишке площадью в какую-нибудь квадратную милю. И вызвали нас не в дом с забрызганными кровью и мозгами стенами и еще не остывшим трупом, лежащим на ковре у камина в двух шагах от орудия убийства.
Ирвин уныло уставился в ветровое стекло. Небо прожег метеор и, казалось, чиркнул прямо по гребню Черного хребта. Нехотя констебль согласился, что обстоятельства дела мало походят на нарисованную Бони картину.
— Утром сходим на разведку и постараемся выяснить, каким образом Джеки Масгрейв превратился в лошадь, — пообещал Бони. — Однако нам надо запастись таким же терпением, как у соплеменников Джеки, и не уступить им в проницательности. Будем надеяться, что, явившись сюда, они не совершат грубейшей ошибки, начав охотиться за нами как за убийцами.
— Почему именно за нами?
— Мы сильно наследили вокруг трупа.
— Но ведь следы совсем свежие, — живо возразил Ирвин, — они сразу поймут, что убили не мы.
— Браво, Ирвин! Этот раунд за вами. Ладно, пойду-ка я за одеялами.
Ирвин проснулся на рассвете. Бони уже встал и успел разжечь огонь под котелком. Два следопыта не перемолвились ни словом до тех пор, пока не выпили по пинте чая и не выкурили по первой сигарете. Они были у самого подножия западного склона Хребта, куда не скоро достигал свет дня. Пройдет часа три, прежде чем на Черный колодец упадут первые лучи солнца. Они уже позолотили макушку ветряка, когда Бони и Ирвин вернулись на стоянку, тщательно исследовав местность вокруг мертвой лошади, но не обнаружив никаких следов. Наверное, убийца перевез труп Джеки тем же ковром-самолетом, который доставил труп Стенхауза на Уиндемскую дорогу.
Раздосадованный безрезультатными поисками, не позволившими даже приблизительно определить, откуда был привезен труп трекера, Ирвин заявил, что так можно искать до второго пришествия.
— Кто лучшие следопыты в этой стране? — спросил его Бони, и Ирвин без колебаний ответил, что аборигены. — Вот именно. Ни один белый не сравнится с ними в искусстве уничтожения следов. Значит, первое: тело Джеки Масгрейва спрятал в скелете лошади белый, которого сопровождали аборигены, заметавшие его следы; и второе: с ним были только черные, которые сами никаких следов не оставили. Это уже шаг вперед. Мы знаем, что убийство Стенхауза в джипе инсценировал белый и ему опять-таки помогали аборигены… люди, которым он мог доверить даже собственную жизнь. Теперь понятно, почему нам так долго не везло с поисками.
Ирвин принялся мыть посуду и складывать ее в рюкзак. Подняв голову, он сказал:
— Похоже, нам не за что зацепиться в этом деле.
— Нет, отчего же, кое-что уже проясняется.
— Неужели? Черт меня подери, что-то незаметно. Я по-прежнему не понимаю, зачем Стенхаузу понадобилось делать ложные записи в журнале, а о мотивах убийства даже гадать не берусь, кроме разве что мести со стороны Уоллесов за то, что он сотворил со своей женой. Что вы там делали с веткой возле лошади?
— Заметал наши следы. Не хочу, чтобы родичи Джеки знали, что мы нашли труп.
— Вы, значит, уверены, что они сюда придут?
— Абсолютно.
— И собираетесь оставить труп на месте?
— Да, хотя и предвижу ваши законные возражения о необходимости вскрытия и официального дознания о причине смерти. Думаю, однако, что одного вскрытия и одного дознания — в связи с убийством Стенхауза — вполне достаточно. А теперь — в путь. Обратно к загонам, а потом к Бринам.
Светло-голубые глаза Ирвина казались почти бесцветными на загорелом лице. Усмехнувшись по привычке, он поставил в кузов ящик с продуктами и фляги с водой и приготовился ехать.
— Если бы мы умели видеть суть, исследуя биографии великих, добившихся успеха людей, — заговорил Бони, когда они уже тронулись, — то обнаружили бы у них одну общую черту: все они, вошедшие в историю, — будь то Чингисхан, Наполеон или нынешние промышленные магнаты — постоянно использовали в своих целях тех, с кем так или иначе соприкасались. Друзей и врагов, умников и болванов, простофиль и хитрецов — решительно всех. Мы с вами к числу великих не принадлежим. Мы как раз из тех, кого используют. Давайте же хоть иногда, дабы прокормить наши семьи, тоже использовать других людей. Начнем с родичей Джеки Масгрейва.
Ирвин впал в задумчивость, пытаясь определить, в каких случаях Бони успел использовать его самого. Он был уверен, что человек этот, за чьей мыслью он никак не поспевал, еще не использовал его до конца. Ирвин решил, что, даже если это случится, он не станет протестовать. Когда он выезжал из Уиндема, дело казалось почти ясным. Прибыв на место и увидев мертвого полицейского в джипе, он все еще считал, что больших хлопот оно не доставит. Однако потом что-то разладилось, и этот чертов полукровка потянул его за собой во все более сгущающийся туман. Туман стал прямо-таки непроницаемым, когда Бони сказал: