Страница 274 из 393
- Вот сама и попробуй, - огрызнулся Верис, - потом расскажешь, что получилось. Видала, что с котелком стало?
- Ничего особенного, - Крата присела на корточки около кострища, - ваша птица здесь не при чем, надо следить за котелком с ложкой, а не байки травить. На миски тоже она нагадила?
- Нет, мы! - парень оскорбленно отвернулся в сторону. - Вот смотрите, пока мы тут стоим, она будет прятаться, а как отойдем подальше, сразу прилетит! Я ее подлючий характер уже понял, вот только попадись она мне в руки, вмиг шею сверну!
Судя по началу, война с птицей носила серьезный характер, раз солдаты не могли своими силами справиться с этой напастью и обратились за помощью к женской части Скаггарда. Мы с Кратой одновременно вздохнули и принялись за исконно женское дело - отмывать котелок с мисками от засохших остатков еды. Озерцо блестело чуть дальше за деревьями и пришлось посетовать, что стоянку не разбили на самом берегу.
- А там камни набросаны, сидеть неудобно на них, - Верис принес несколько стволов и орудовал топором, пытаясь разрубить их на части, - здесь трава хорошая растет, на ней хоть лежать можно.
Дрова скоро были нарублены, яма под костер выкопана и мы занялись приготовлением еды, не забывая оглядываться по сторонам.
- Верис, - окликнула я парня, когда из котла уже пошел аппетитный запах и день стал клониться к вечеру, - скажи-ка, а когда все уходили отсюда, они знали, что мы приедем?
- Как не знать, - удивился он вопросу, - раз об этом сами маги сказали? И вообще, готовить и мыть это женское дело, а не наше!
- Ну конечно, конечно, - согласилась я, - а чего по веткам все развесили, другого места не нашли? Вон там, подальше, прекрасные кусты, кто мешал туда все пристроить?
- И куда это, - солдат посмотрел из-под руки на предлагаемое место обитания стираных подштанников, - да ты чего, Рия, - возмущение скакнуло выше среднего, - вот еще ходить туда! Чем здесь место хуже? И близко к костру, никуда топать не надо! Не нравится тебе смотреть на них, отвернись или сама перевесь...ну еще дела, за целый фарлонг ходить, чтобы вешать свои вещи сушить!
Парень еще долго ворчал и брюзжал, оценивая женские способности мыслить на твердую тройку с многочисленными минусами и за это время я успела не раз поймать недовольный взгляд Краты. Значит, несмотря на то, что все знали о нашем приезде, никто и не подумал убрать подальше свое исподнее? Ну, господа мужчины, будет вам за такое небрежение по первое число!
- Рия, ты чего задумалась? - Крата не выдержала и пристроилась ко мне на бревно, делая вид, что помешивает ложкой суп в котелке. - Вот ведь лентяи какие, миски все побросали, портки свои тут распялили, любуйтесь на них, пока не надоест...небось в крепости так все не валялось, как тут, или это нам оставили убирать? Сейчас я им поскидываю все в кусты, пусть потом чешутся во всех местах!
- Иголка есть с собой? - заговорщицки шепнула я, вспомнив походные приколы. - Сейчас мы им устроим...где-то я видела в повозке подходящие обрывки тряпок, ну, попомните вы еще, как свое добро развешивать на глазах у нас!
Пока Верис спал, сочтя свой долг перед родиной выполненным, мы трудились не покладая рук, тихо хихикая и представляя себе реакцию тех, кто оденет свои одежки и тех, кто будет этому свидетелем. Зрелище обещало быть впечатляющим, во всяком случае то, что наблюдала я дома, запомнилось надолго и быстро отучило парней в походе бросать вещи где попало!
Увлекшись, мы чуть было не пропустили появление главных действующих лиц в виде целого отряда запыленных солдат, топающих вразнобой по уже известной нам дорожке от главного тракта и заметно опешивших от представшей их взору идиллической картины: дымящегося котелка с похлебкой и стопки чистых мисок рядом с порезанными ковригами хлеба. Если уж у меня то и дело набегала слюна от запаха, то что говорить о тех, кто отпахал целый день?
- Рия? Крата? О-о, чем тут пахнет! - сунулся в котелок Дарош, первым унюхавший приготовленный ужин.
- Куда морду суешь немытую? - осадил его Дрен, стряхнув пыль со спины. - Сейчас как насыплешь в котел песка, кто после тебя есть его будет?
- А до вас Тудор готовил, - подтянувшиеся солдаты принюхивались к котлу, - так от его варева мы только животом маялись!
- Ври да не завирайся! Ты лопал мою кашу да нахваливал, сам-то вообще ничего не сготовищь, кроме хура, да и то если его глиной обмажут за тебя, - не остался в долгу смещенный повар, - а девкам положено на роду готовить лучше,чем мы.
- О чем собрание? - последними, как и водится, подошли отцы-командиры, погнав подчиненных мыться перед принятием пищи, - Эльен, неужели Отеро внял нашим просьбам и спас нас от голодной смерти?
- Ничего, вчера ели мою кашу и не умерли, - буркнул Тудор, - а тут сразу хвосты распустили... миску каждый должен сам мыть, поскольку это его личное имущество, хоть и ненадолго. Сам съел, сам помыл, руки не отсохнут, зато не скажешь, что тебе на дно плюнули допрежь жратвы!
- Хорош ворчать, - кто-то попытался подобраться первым к котелку, ухватив грязной лапой верхнюю миску, - после такого дня я и из грязной поем!
- Кто мыться не будет, предупреждаю, выселю на скотник!
Не то, чтобы предупреждение Бальора прозвучало уж очень угрожающе, но в рядах пришедших это вызвало некоторое волнение и даже самые упрямые потащились к воде, не забывая, впрочем, вполголоса высказывать свои соображения. Упрямых оказалось не так много, как предполагалось изначально и, подгоняемые начальством, солдаты очень скоро заплескались в озерце.
- Рия, смотри, - толкнула меня в бок Крата, следившая краем глаза за всеми передвижениями, - а с веток-то они почти все исподнее поснимали! Как ты думаешь, когда заметят?
- А кто их знает? Ты только ухо востро держи, а то всякое может быть, - на всякий случай я стала осматриваться по сторонам на предмет быстрого отхода в случае непредсказуемой реакции. - Убить не убьют, а вот каверзу какую-нибудь в отместку могут придумать запросто.
- Может, зря мы это...- девушка тоже осмотрелась по сторонам, но вдруг прыснула со смеху, устав сдерживаться, - нет, ну надо же такое придумать, вот потом разговоров будет!
Первые вопли раздались достаточно быстро и мы, как по команде, повернулись в сторону, наблюдая за презабавной картиной - двое прыгали на одной ноге по берегу, безуспешно пытаясь натянуть подштанники с зашитыми штанинами. В воздух взлетали характерные эпитеты, носившие на данный момент недоуменно-возмущенный характер, а остальные члены трудотряда продолжали полоскаться, не обращая внимания на пострадавших. Через жидкую лесополосу доносились неразборчивые замечания и хохот тех, чья очередь еще не наступила. Один, устав прыгать, сел на камень, рассматривая растянутые на руках штаны, второй тряс этими самыми штанами, доказывая что-то окружающим, на что те пожимали плечами и отворачивались, пересмеиваясь друг с другом. Судя по всему, реакция сослуживцев не удовлетворила несчастных и они уселись на берегу, ожесточенно воюя с предметами своего нижнего белья. Остальные постепенно выходили из воды и одевались...
- Может, никто и не заметил? - Крата не выдержала и повернулась к озерцу. - Столько времени потратили...
От озерца грянул оглушительный хохот и она споткнулась на незаконченной фразе, прижав к груди сжатые кулаки. Хохот усиливался, пока не перешел в какие-то непотребные звуки, напоминающие то ли крик осла, то ли уханье. Посыпались заковыристые эпитеты, почему-то очень хорошо слышные даже нам, несколько человек натурально взвыли, крутясь на месте, кто-то повалился на землю и с места подскочили те, кто воевал со штанинами, включаясь в общий хор. Жизнерадостное ржанье подняло из засады пернатого недоброжелателя и он, мерзко каркая, присоединился к этой какофонии, пролетая над головами солдат. Результат не замедлил себя ждать - забористые матюги полетели вслед за птицей и один из солдат со всей силы запустил в нее камнем, после чего плюхнулся в воду и начал там яростно бултыхаться. Судя по стоящим в воде фигурам, местная Марианская впадина не превышала глубины до причинного места, что означало лишь одно - утонуть там невозможно, разве что захлебнуться от смеха или злости. Хватало и того и другого, судя по доносившимся репликам, но вопреки ожидаемому санкций не последовало и мы с чинно-благородным видом продолжали сидеть около костра. Наконец волнение в армейских рядах постепенно утихло, пострадавшие успокоились и, перемежая речь некими изысканными выражениями и редкими смешками, подтянулись к месту раздачи пищи. Крата с опаской раскладывала содержимое котла в миски, протягивая их расположившимся вокруг солдатам, но те вели себя вполне пристойно и работали ложками, как ни в чем не бывало. Последними подошли маги и, получив свои пайки, тоже присели на лежащие рядом стволы.