Страница 97 из 295
В золоченое их жилье;
Покровом устланное дорогим,
Увидал широкое ложе-орон
И, как только сел на него,
Провалился орон под ним,
И в пропасть бездонную полетел
Доверчивый сын айыы...
Кувырком он в яму летел,
Ударяясь боками и головой
О выступы каменные в темноте.
Ломило в висках у него,
Грохотало в ушах у него;
Наконец, упал на глубокое дно,
Ударился о промозглое дно
Удалец злосчастный
Юрюнг Уолан...
Голову с трудом приподняв,
Кругом огляделся он, —
Увидел груды длинных костей
Давно погибших людей,
Увидел груды стройных костей
Нашедших здесь могилу себе.
Мертвеца в медвежьей дохе
Он под себя на льду подстелил,
Мертвецом в широкой волчьей дохе,
Как одеялом, укрылся он,
Третьего — в оленьей дохе —
В изголовье себе подбил
И улегся, не в силах рукой шевельнуть.
От удара падения с высоты
Все болело в теле его.
Горько думал Юрюнг Уолан:
— Видно, на погибель свою
Рассудок я потерял,
Предостережением пренебрег,
Слово коня моего забыл,
В безысходную беду я попал!.. —
Слезы из глаз его потекли,
Замерзая на похолодевших щеках,
Застывая сосульками на скула́х.
А три о́боротня-абаасы,
Встретившие недавно его
В виде трех дочерей айыы,
Три серые тени подземной тьмы,
Прикрыв руками клыкастые рты,
Издевались над ним, хохоча:
— Мы плохо ли заколдовали тебя,
Как хотели заколдовать?
Мы врасплох застали тебя!
Да возможно ли,
Чтобы сын айыы
Нашу западню обошел?
Да и как ты избегнуть мог
Восьмидесяти восьми
Изменчивых обманов и чар,
Что рассеял всюду
Хозяин-дух
Ледовитого моря Муус-Кудулу,
Могучий владыка подземных бездн
Уот Усутаакы? —
Так в подземельи
Гудел, грохотал
Оглушительный хохот,
Злорадный вой
Адьарайских чудовищных дочерей,
Принявших свой страшный вид;
Громко в ладони били они,
Прикрывая черные пасти свои,
Визжали, вопили они.
Увидя хозяина своего
В обиде такой, в беде,
Юрюнг Уолана-богатыря
Мотыльково-белый скакун,
Виднеющийся высоко
Над изгородью столбовой,
Привязанный к коновязи колдовской,
Трехслойный повод свой,
Словно корень травы быты
[194]
, разорвав,
Гриву и хвост распластав,
К небесам взлетел,
Заржал в высоте,
Взывая к старшей сестре
Всадника своего,
Заклинательнице восьми небес,
Врачевательнице девяти небес
Удаганке Айыы Умсуур.
Такие слова Мотыльковый конь
Жалобно спел, проржал.
МОТЫЛЬКОВО-БЕЛЫЙ КОНЬ
Ыый-ыыйбын!!! Аай-аайбын!!!
Ты, мой плач, далеко лети,
Ты, жалоба моя, превратись
В одержимого крикуна,
В двухлетнего малыша-крикуна,
Чтобы зов отчаянный твой
Не умолкая, звучал
В солнечных чутких ушах
Небесной тетки моей
Удаганки Айыы Умсуур!
Слушай меня, Айыы Умсуур!
Владеющий Мотыльково-белым конем,
Виднеющимся высоко
Над высокой изгородью столбовой,
Где тройные засовы крепки,
Младший твой брат — Юрюнг Уолан,
Души твоей возлюбленный сын,
Наважденьем обманутый колдовским
Восьмидесяти восьми,
Словно облако, набегающих чар,
Далеко — на другом берегу
Моря бездонного Лэбийэ,
Что плещется, словно утка-турпан,
Шумно хлопает, словно утка-нырок,
К адьараям попал в западню
И упал в бездонный провал,
В погибельную подземную тьму...