Страница 126 из 295
Я твой зять —
С меня нечего взять.
Норов горячий свой укроти,
Вором напрасно меня не зови!
Красавицу Айталыын Куо
С восьмисаженной косой
По праву я в жены взял, —
По нраву она мне пришлась,
Преступления в этом нет!
Говорю тебе раз навсегда —
Добром отдаешь сестру,
Добром ее в жены беру,
А не отдаешь —
Все равно не верну.
Покамест драка не началась
И кровь еще не пролилась,
По дороге той,
По которой пришел,
Убирайся прочь, дорогой своячок!
То, что я взял — никому не отдам,
А уж я за себя постою!
Посмотрю, как распорешь ты
Толстую кожу мою...
Правду молвить — кожа твоя
Уязвима, как и моя.
Ведь не только мощные кости мои,
Бедненькие, толстые кости мои
В осколки можно разбить...
Долго не о чем нам говорить,
Добра от меня не жди.
Пока я стройные кости твои
Играя не переломал,
Пока твой прекрасный румяный лик
От ужаса не побледнел,
Говорю тебе — убирайся прочь!
Поворачивай отсюда живей,
Не оборачивайся назад! —
Словно житель дикий лесной,
Не пускающий на ночлег никого,
Грубо гостя он гнал своего...
Будто на́ землю пал удар громовой,
Будто на́ гору налетела гора,
В рукопашную схватились они.
Талую землю измяли они,
Скалы растоптали они,
Заходила земля ходуном...
Изначальный срединный мир
Закачался на древних опорах своих,
Погибельный Нижний мир
Взбаламутился, как вода
В посудине берестяной...
Всколебались высокие небеса,
Девять пестрых горных хребтов
В щебень растоптали они,
Восемь зубчатых горных хребтов
Опрокинули богатыри.
Удалой Бохсоголлой Боотур
Увертываясь, крутился, как вихрь,
Не давал себя ухватить,
Вправо, влево отскакивал он...
И подумал Нюргун Боотур:
«Много дней в поединке пройдет,
Мне удачи не будет с ним.
Хоть три месяца буду гоняться за ним,
Добра я не наживу;
Играючи, ускользает он...
А я попробую, притворюсь,
Будто иссякли силы мои,
Будто ослабли мышцы мои...
Отступлю —
Пережду, посмотрю...»
Тут прикинулся Нюргун Боотур,
Что изнурился он,
Отступил три шага назад,
Опустил могучие руки свои.
А Бохсоголлой Боотур
Решил, что он впрямь устал,
Лишился последних сил.
«Ну — думает — настала пора
Напасть на него, подмять, растоптать.
Этот человечище-исполин,
Видно, только с виду могуч,
Видно, силы он расточил...
Как морской прибой,
Гремел похвальбой,
Оказался пеной пустой...»
Тут Бохсоголлой Боотур
С громовым воплем напал
На Нюргуна-богатыря,
Будто на скалу налетел.
Ухватил его Нюргун Боотур,
Железной хваткой сдавил,
Поднял трепещущего в высоту,
Вверх ногами, вниз головой;
Теменем грянул его о скалу,
Выхватил быстро свой нож,
Выкованный из тридцати
Черных железных глыб,
По вздувшемуся горлу хватил
Поверженного врага.
Шумно хлынула, как черный поток,
Бохсоголлоя пенная кровь...
Длинные кости врага
Раздробил в осколки Нюргун Боотур,
Короткие кости врага
В мелкую шугу превратил.
На части тело его разорвал,
Во имя Солнца, во имя Луны —
Пир устроил
Для во́ронов и ворон.
Все его имущество и шатры
Предал огню Нюргун Боотур,
Пепел в синее море смел.
Остатки становья прибой подхватил,
В темную пучину умчал...
Выручив из неволи сестру,
Из неприютных пределов чужих
Пустился в обратный путь
Исполин Нюргун Боотур.