Страница 114 из 295
Да и тогда никуда
От меня — могучей — он не уйдет! —
Кончила она говорить —
И огонь ее страшных глаз
Полосою пламени полыхнул,
Полоснул, как молния, в темноте
Грозовой мгновенной стрелой,
Блеснул, пролетел, промелькнул...
А угрюмый Уот Усутаакы
Тяжелодумной своей головой,
Всей широкой своей спиной,
Всей утробой черной своей,
Думал, соображал:
— Лихая будет у парня жена...
Такая спуску не даст,
Не упустит его из рук...
Ну и пусть! И ладно ему! —
Но сомнение все ж оставалось в нем,
Опасение было в нем;
Несуразное он поднял лицо,
Безобразное — в провалах, в буграх,
Переносицу сморщил, как злобный пес,
Перекосил широкую пасть,
Железные оскалил клыки;
Словно ящерица,
Семисаженный язык
Высунулся из пасти его,
Толстую шею
Обвил, как змея,
Скользнул по двум широченным плечам;
И, чавкая и мыча,
Порявкивая,
Медведем рыча,
Уот Усутаакы,
Как волк, протяжно завыл,
Зычно заголосил,
Три хохочущих пропасти под землей
Криком будорожа своим...
УОТ УСУТААКЫ
Ишь ты — важность какая!
Ишь ты — беда!..
Ты — с поводьями на загривке своем
Исподволь подольстившийся к нам,
Искристого солнца дитя,
Если ты решил убежать,
Обмануть задумал меня,
Умыкнуть невесту мою,
Если честью не дорожишь,
Ты от мести моей не уйдешь,
Пропадешь,
В могилу сойдешь!
Ты запомни, мой
Зятек дорогой,
Неразумной своей головой,
Ты запомни
Горячим сердцем своим,
Не переносящим обид,
Подобное смерти слово мое
В память свою впитай:
Если нарушишь наш уговор,
То не скроешься нигде от меня!
Спереди и сзади в тебя
Стрелы гибельные полетят...
Я приду послушать твой смертный хрип,
Посмотрю, как в твой смертный час
Вырвется три раза подряд
Белое дыханье твое!
И пожру я нежное тело твое,
Обнажу я белые кости твои,
Обгложу я дочиста их,
Выпью красную кровь твою,
Ни на камень, ни на песок
Ни капли не уроню...
И пеняй тогда на себя
И меня ни в чем не вини!
Ну, смотри ты, девка,
Сестрица моя,
Ржавая харя,
Жадная пасть,
Коль пропустишь слова мои мимо ушей,
Коль упустишь его из рук,
Я, проклятая, кровью с тебя взыщу!
Я заклятье древнее развяжу,
Выпущу я из тебя
Уймищу белых червей,
Тысячи лягушек и жаб,
Тысячи тысяч гудящих жуков,
Чтобы ползали, прыгали по тебе,
Чтобы терзали тебя...
Если юноша, славный твой женишок —
Юрюнг Уолан удалой
Вздумает от тебя убежать,
Если он высоко полетит
На своем Мотыльково-белом коне,
Волшебством ты его обведи,
Колдовством его догони,
Втягивая воздух в себя,
Как пушинку его притяни,
Клювом железным своим
Грудь ему растерзай,
Вырви сердце бьющееся его,
Выпей живую кровь!
Если скроется он под землей,
Ты рукой когтистой своей,
Ты рукой ветвистой своей
Вытащи оттуда его,
Вырви твердое горло его
И журчащим, свистящим клювом своим
Черную печень его расклюй!
Если только он от нас убежит,
Настанут погибельные времена,
Навсегда омрачатся тогда
Наши славные имена...
Предсказано было мне,
Что скачущий на Вороном коне,
Стоя рожденном
На грани небес,