Страница 116 из 136
После библиотеки пунктом назначения стала бухгалтерия на осточертевшем полуторном этаже. Искомый кабинет скрывался за дверью с мозаичными стеклянными вставками. Стены и потолок помещения являли собой какофонию форм и цвета. Желтые круги наслаивались на фиолетовые овалы, цепочка оранжевых ромбиков пронзала розовый эллипс, пятна зеленых квадратов теснились рядом с голубыми треугольниками. Аляповатая штора с зигзагами дикой расцветки дополняла визуальный стресс.
Из-за массированной атаки на глаза неподготовленное зрение разъехалось, и я не сразу заметила, что, кроме меня, в кабинете находились живые люди. Женщина с изможденным лицом уткнулась в бумажную скатерть со столбиками цифр, щелкая на счетах с бешеной скоростью. За ближайшим столом обитал молодой мужчина.
- П'ошу, - указал он на стул. - П'исаживайтесь.
Мужчина был в подтяжках и с длинными патлами, торчавшими во все стороны. Не мешало бы ему причесаться, прежде чем садиться за работу. Хотя в красочном месте, наполненном экспрессией, у кого угодно волосы встанут дыбом.
- От'ично, - поведал мужчина, изучив содержимое карточки. Не стану спорить, ему виднее. Наверняка передо мной очень умный бухгалтер.
Между тем он прошествовал к шкафу, выставив приличный пивной животик. Молодой, а совершенно не следит за собой, - разглядывала я мужчину, невольно сравнивая с Альриком, с Петей, и с тем же Мэлом, будь он неладен.
Бухгалтер вернулся с небольшой книжечкой.
- Ваш счет, - помахал ею и углубился в чтение, возя носом. - Начис'ения составят десять висо'ов каждую неде'ю. Вникаете?
Я неуверенно кивнула, с трудом воспринимая дефект речи. Похоже, в дополнение к ужасам зрения начались ужасы слуха. Может быть, это обещанные Морковкой галлюцинации? Хотя рановато. Острые ощущения гарантированы во второй половине дня.
Нервная женщина у окна застучала на счетах громче.
- Оп'ата по сде'анной 'аботе, - вещал мужчина. - К'оме того, на вас чис'ится до'г в сумме пятьдесят шесть висо'ов за невозв'ащенные та'оны. Как будем возмещать: с'азу и'и постепенно?
- Постепенно, - закивала я, почувствовав с облегчением, что к языку вернулась прежняя подвижность.
- Не менее двух висо'ов каждую неде'ю на вычет.
Если с моей зарплаты будут удерживать по два висора еженедельно, то придется возвращать долг до лета. Однако большей суммы на погашение стоимости талонов мне не потянуть.
- Давайте по два.
- Сейчас офо'мим о'де', - сообщил важно мужчина и принялся заполнять бумажки.
Я задумалась. Фактически каждую неделю буду получать на руки восемь висоров. Сносно, но надолго моего здоровья не хватит. На сухарях вскорости загнусь, тем более во время напряженной сессии. Поэтому следует поторапливаться с реализацией отцовой фляжки, пока не закис коньяк.
- Вычет автоматический. Деньги будете по'учать в кассе, - сказал бухгалтер, вручая квитанцию.
Нервная женщина с силой ударила по счетам и пробормотала со злостью. Перелистав кипу бумажных скатертей, она начала подсчет заново с первого листа.
- Игнесса Августовна, - обратился к ней мужчина поучительным тоном, - ваши счеты - п'ош'ый век, сп'ошная отста'ость. Вы безда'но т'атите в'емя, а оно не 'езиновое. Ба'анс до сих по' не сведен. Я начинаю подумывать, что вы не сп'авяетесь с обязанностями. Может быть, по'а на покой?
Женщина уставилась на него невидящим взором и, закатив глаза, сползла на пол. Виновник ее бессознательного состояния бросился на помощь.
- Игнесса Августовна, - забормотал растерянно, придерживая тетеньку, а она повисла как тряпка, - не смейте падать в обмо'ок! Не сооб'ажу, что де'ать в таких с'учаях. Что де'ать? - обратился ко мне.
Я схватила бумажный талмуд с циферками и начала обмахивать бесчувственную бухгалтершу:
- Вызывать Морковку!
- А как ее вызывать?
Что за бестолковый товарищ!
- По телефону, наверное.
- Номе'а не знаю.
Я принялась махать еще яростнее, отчего патлы на голове мужчины развивались большими парусами, открывая залысины.
- Есть телефонный справочник?
- К-кажется, на сто'е, - ответил мужчина беспомощно. - Не понимаю, как у меня со'ва'ось. Все по'ыва'ся высказать, да жа'ко бы'о.
При этих словах бухгалтерша, пришедшая в себя, сдавленно вскрикнула и опять провалилась в беспамятство. Я сунула мужчине импровизированный веер и кинулась к столу. Рылась и искала на фоне извиняющихся бормотаний мужчины, мол, он не хотел, а словно кто-то тянул его за язык, и само собой получилось облить грязью.
Все мужики таковы, - думала со злостью, набирая номер Морковки в отыскавшемся справочнике. Сначала наговорят гадостей, а потом ищут оправдания словесному поносу.
- Кларисса Марковна? - спросила на всякий случай. Вдруг не туда попала?
- Это я, - ответили настороженно на другом конце.
- В бухгалтерии упала в обморок...
- Игнесса Августовна, - напомнил мужчина, вяло обмахивая себя. Он забыл про пострадавшую, предаваясь самоуничижению за несдержанность.
- Игнесса Августовна в глубоком обмороке. Возможно, у нее инфаркт. Или инсульт. Или всё вместе, - добавила я мстительно, глядя, как мужчина истерически обмахивается талмудным веером, бормоча слова раскаяния и извинения. Зачем изображать мученика? Все равно не поверю, что перепугался за коллегу, а не за себя.
- Кто говорит? - допытывалась Морковка. Здесь человек умирает, а ее волнуют разговоры по душам.
- Да Папена говорит! - закричала я. - Которая ушла от вас полчаса назад!
Фельдшерица отреагировала на вызов и оперативно прибыла с чемоданчиком к месту происшествия. Наверное, она до последнего момента надеялась, что ее разыгрывают, но просчиталась. Я передала ей вахту в виде двух жертв бухгалтерского учета.
- Можно идти? - спросила у Морковки. - Или требуется какая-нибудь помощь?
- Вы сделали всё, что было в силах, - зыркнула на меня Кларисса Марковна, сунув под нос пострадавшей ватку с нашатырным спиртом. Женщина застонала и пошевелилась. Морковка соорудила такую же ватку для жестокосердного бухгалтера.
Я покинула царство цифр с чистой совестью и с ордером на восемь висоров, не прочь совершить по дороге еще пару-тройку подвигов.
Следующий этап - столовая для персонала. А туда-то зачем?